Улучшить банковский метаболизм

Чтобы банки могли стать частью финансовой системы в сложной и прогрессивной экономике, им нужно сделать процесс кредитования бизнеса выгодным для себя

Сегодня доля корпоративных операций в прибыли банков уверенно сокращается. Если в 2011 году доля «корпората» составляла две трети портфеля банков, то в 2012 — уже меньше половины. При этом банки отдают предпочтения крупнейшим предприятиям того или иного региона или предприятиям оптовой торговли, как правило, не претендующим на долгосрочные кредиты. Семи- или десятилетний кредит на переоснащение производства с отсрочкой платежей на период монтажа оборудования — несбыточная мечта для финансовых директоров большинства компаний. Развиваются ли в таких условиях технологии и производства? Ответ очевиден.

Недавние заявления президента России Владимира Путина о том, что банкам следует снижать ставки, так как у них «завышена маржа и риски», придает сложившемуся формату банковского существования определенную пикантность. С темы теперь не «соскочить» и делать что-то все равно придется. Что именно — обсуждали участники нашего традиционного Сибирского банковского форума.

Бесконечная схоластика

Камень преткновения в переговорах банков и бизнеса — ставки. Главным аргументом российских банкиров является высокая инфляция. «Разрыв по номинальной ставке в российских и немецких банках на конец прошлого года составляет в среднем около 10 процентных пунк­тов», — говорит заместитель главного редактора журнала «Эксперт» Александр Ивантер. Ключевые составляющие этого разрыва — разница в стоимости привлеченных средств, а также дифференциал в уровнях премий за риски и уровнях безрисковой маржи. Иными словами, немецкие банки работают, ориентируясь на существенно более низкую рентабельность бизнеса, нежели их российские коллеги. При этом немцы не боятся опускать ставки частных депозитов ниже уровня инфляции, ориентируя свои банки на долгосрочное развитие экономики.

«В теории зависимость инфляции и ставок правильна. Хотя российская банковская система сильнее завязана на внешний рынок: нужно учитывать уровень ставок, под которые банк привлекает средства», — отвечает на это управляющий филиалом Газпромбанка в Новосибирске Намжил Урбанаев. В итоге это ведет к очередному долгосрочному росту ставок. При этом кредитные и депозитные ставки заметно превышают уровень инфляции. «По данным ЦБ, крупнейшим кредиторам займы обходятся в 8–14%, а сектору МСБ — в 18–22%. «Голубые фишки» живут своей жизнью, а реальные ставки по кредитам для более или менее живого бизнеса, у которого кредит чуть ли не единственный источник существования, гораздо выше. На октябрь прошлого года в Новосибирске они были в среднем на уровне 14–20%, а, к примеру, в Екатеринбурге — более 30%, — отмечает Ивантер. — Эти ставки выше не только уровня инфляции, но и в принципе любых разумных ориентиров доходности бизнеса в реальном секторе экономики».

Неудивительно, что в банках отмечают падение спроса на корпоративное кредитование. Например, в СФО прирост корпоративного портфеля банковского сектора за 2012 год составил всего 153 млрд рублей (всего же он чуть превысил один триллион рублей). Это всего на доли процента выше показателей 2011 года (см. «Возрождение кредитного рынка Сибири» в «Эксперте-Сибирь» № 16 за 2013 год). При этом, по подсчетам Александра Ивантера, мощности существующих предприятий загружены в среднем на 64%, а во многих отраслях — менее чем на половину. Даже с учетом экономической нецелесообразности эксплуатации некоторых старых советских предприятий, показатели очень низкие. «На мой взгляд, недозагруженность мощностей плохо согласуется с перегревом рынка, — заявил Александр Ивантер — Кредитного бума в секторе корпоративного кредитования нет. С конца 2011 года динамика корпоративного кредитования затухает. Расширение портфеля кредитов промпредприятиям снизилось с 20–25% до 10% годовых. Долгая жизнь в жестких кредитных условиях учит компании жить без заемных средств. Многие из них даже гордятся этим».

Впрочем, кроме бескредитного существования у предприятий всегда остается шанс найти финансирование за рубежом. «Крупнейшие заемщики вышли на иностранные рынки и стремительно гасят кредиты в отечественных банках», — приводит доказательство генеральный директор ЦЭА «Интерфакс» Михаил Матовников. Хорошими темпами в сегменте кредитования юрлиц растет только микро- и малый бизнес. Например, в 2012 году рост в этом секторе в Райффайзенбанке составил 55,8%. Но эти предприятия работают в сфере торговли или услуг. В отсутствие альтернатив ввиду небольшого размера бизнеса они готовы кредитоваться под баснословно высокие проценты. «Поток малого бизнеса неиссякаем. Предприниматель готов кредитоваться под 20–24%», — говорит директор филиала «Новосибирский» Уральского банка реконструкции и развития Александр Коваленко. Другое дело, что профиль экономики такие заемщики вряд ли изменят.

Нужна инновация

В своем апрельском интервью телеканалу «Россия 24» бывший министр финансов России Алексей Кудрин заметил, что темпы роста экономики обеспечиваются низкой ставкой кредитования и длинными деньгами. «Длинные деньги и низкая ставка кредитования появляются там, где весь бизнес уверен, что инфляция будет и через год, и через пять лет низкой. Вот что является ключевым», — отметил Кудрин. Но правила существуют, чтобы их нарушать. Как мы уже упомянули выше, в Европе на фоне рецессии и инфляции банки находят в себе силы держать кредитные ставки для бизнеса на низком уровне. Все дело в источнике финансирования. У зарубежных банков есть разно­образные источники фондирования — развитая пенсионная система, портфельные инвесторы и т.д. «В нашей стране ощущается нехватка долгосрочного капитала, поэтому мы недостаточно активно развиваем собственную промышленность, куда сегодня нужно вкладывать деньги», — отметил финансовый директор ОАО «Искитимцемент» и член совета директоров ОАО «НЗ Экран» Константин Корсунь (см. «Мы пока еще не «Газпром» в «Эксперте-Сибирь» № 16 за 2013 год). Что же может стать источником привлечения средств для кредитования производственного сектора в России?

Михаил Матовников привел пример из российской банковской истории, когда определенный риск со стороны банков привел к весьма фееричному результату и поднял весь банковский сектор на новую ступень развития: «Несколько лет назад банк «Русский стандарт» рискнул развивать потребительское кредитование, причем большинство банков отнеслись к этому скептически. В результате инициатива открыла маржинальный сегмент. Сегодня такая же инновация нужна в корпоративном секторе, и банкам нужно ее придумать».

Но пока самым маржинальным сегментом в банкинге остается розница. В 2011 году потребительское кредитование увеличилось в три раза по сравнению с 2010 годом. В 2012 году кредитов было выдано уже на триллион рублей — четверть от кредитного портфеля российских банков. При сохранении текущих условий, по прогнозам Михаила Матовникова, лет через шесть–десять это будет уже 50%. Однако у медали есть и другая сторона. «Выдачи быстро догоняют погашения. Спрос остается высокий, а портфель перестает расти. Из-за роста кредитования произошло снижение пассивов. Кроме того, вкладчик перестал быть источником, позволяющим фондировать корпоративный портфель. Эта бизнес-модель умерла. Банки вынуждены уходить в длинные деньги, в ипотеку», — эксцентрично резюмирует Матовников.

При этом эксперт пророчит скорый конец тем банкам, которые кредитуют «корпорат» за счет розничных кредитов. Означает ли это утверждение то, что банкам срочно нужно «уходить» в ипотеку, наращивать, несмотря ни на что, розницу и бросать корпоративных заемщиков? Если бы это было так, то ни о каком усложнении экономики речи бы не шло, а банки выполняли бы только свои ростовщические функции. Но пока крупнейшие банки зависят от государства, финансовым институтам придется искать источник средств для кредитования корпоративного сектора. «Пока банки в корпорате не рискнули ничем. Не произошло взрыва, который случился в рознице. Инновация не найдена», — заключает Михаил Матовников. Эта инновация должна лежать в плоскости, которая прогнозирует перспективность и доходность бизнес-проекта, а не отталкивается и не ограничивается только залогами бизнеса. «Будущее — за бизнес-планами и допдоходностью от кросс-продаж, залоги — это прошлое. Нам нужно исправить несоответствие в спросе и предложении. Бизнес нуждается в долгосрочных кредитах, в проектном финансировании, но банки могут предложить только краткосрочные кредиты под высокие проценты», — отмечает Константин Корсунь.

Судя по последним событиям и заявлениям нового главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной (она займет свой пост в июне), банковскую систему действительно ожидают большие перемены. Но государство, видимо, намерено пойти на экстренные меры для быстрого результата. К примеру, на снижение ставок, которое инициировали бы госбанки. «Мое глубокое убеждение, что начать снижение ставок должны госбанки, и их нужно об этом попросить», — говорит Александр Ивантер. «Мы готовы. Почему нет? Когда госбанки задают темпы, а не параметры — работать можно. Крупные банки задают ставку по крупным клиентам, но банки нашего масштаба на этом сегменте не присутствуют. Пока мы с мелкими клиентами и населением работаем не менее эффективно. Кроме того, мы никогда не увлекались дорогими пассивами», — отмечает председатель правления банка «Кузнецкбизнесбанк» Юрий Буланов.

«Сам процесс снижения ставок не считается чем-то сверхъестественным. Многие финансовые аналитики прогнозируют снижение ставок уже в мае. «Снижение произойдет на 0,25 процентного пункта по всем ставкам уже в мае. К концу года все ставки однозначно будут ниже, чем сейчас, на 1–1,25 процентного пункта», — отмечает аналитик ИФК «Метрополь» Марк Рубенштейн. «Ставки могут снизиться уже в ближайшие месяцы. В этом случае к концу года они стабилизируются на уровне конца первого полугодия или середины третьего квартала. При этом ставка рефинансирования на конец года составит 7,5%, кредитные ставки снизятся в среднем на 0,25 процентного пункта, депозитные ставки и нормативы резервов ФОР останутся неизменными», — отмечает аналитик Райффайзенбанка Мария Помельникова.

Но, чтобы снижение ставок не казалось кошмаром, банкам нужны свое­образные предохранители, которые сделают ту среду неопределенности, где они окажутся, более прозрачной и безопасной. Потому что даже сегодня, несмотря на то, что отечественные банки сильно подняли для себя планку риска, через которую трудно перескочить бизнесу, «модель управления рисками практически не реализована», — отметил Михаил Матовников. В данной ситуации, по словам эксперта, конкурентным преимуществом для банков будут инвестиции в систему управления рисками. «Мы впервые находимся на пороге ситуации, когда это имеет значение и начинает сказываться на бизнесе банка. В ближайшие 12 месяцев эта тенденция проявится ярко», — спрогнозировал эксперт.