Аминь

Сюжеты года
Москва, 23.12.2013
«Эксперт Сибирь» №1-4 (403)
Главный сюжет уходящего года — закрытие промышленных гигантов, созданных в советское время. Превращение в индустриальные парки с массой небольших современных производств, расположенных на одной территории, прошли единицы. Причем подобные процессы власти обычно не администрируют

По правде говоря, этот текст должен был стать совсем другим. В начале этого года мы запланировали, что будем регулярно рассказывать о том, как в нелегких сибирских условиях (когда на российские особенности экономики и политики накладываются логистика и климат) живут и развиваются местные и пришлые промышленники. От идеи веяло промышленной романтикой первых комсомольских строек и настроением борцов с суровыми обстоятельствами.

Но с самого начала года реализация идеи как-то не задалась. Уже в январе стало известно, что банкротом стал знаковый для Новосибирска завод «Сибсельмаш», в феврале было заявлено о банк­ротстве Красноярского завода комбайнов. С тех пор новости о закрытии «старой» промышленности «советского разлива» стали приходить с заметной регулярностью. Ноябрь и декабрь, например, ознаменовались еще двумя событиями: началом процедуры банкротства Новосибирского металлургического завода им. Кузьмина (правда, как говорят, технического) и признания банкротом томского ОАО «Сибэлектромотор» (правда, там тоже все просто — завод переезжает в Северск, а площадку в центре Томска продает, чтобы погасить долги).

Оптимисты говорят — ничего страшного, на базе советских гигантов вскоре пышным цветом расцветут новые, эффективные и компактные производства. И в это можно было бы поверить, если бы наяву, как правило, все не происходило иначе. На место уступивших в битвах с невидимой рукой рынка промышленников, как и в начале девяностых, приходят «офисные» и складские компании — тоже создающие рабочие места, но, к несчастью, не производящие существенной добавленной стоимости.

Трудное время

Общий фон событий не особенно впечатляет. Буквально на минувшей неделе Росстат опубликовал свежие данные о динамике промышленного производства в январе–ноябре этого года. Предварительные итоги года неутешительны. Промышленность страны не только не развивается даже на уровне статистической погрешности, напротив — она деградирует. Так, в январе–ноябре падение к прошлогоднему периоду составило символические 0,1%. Но если сравнивать ноябрь к ноябрю, то падение будет уже на уровне одного процента.

О предварительных итогах начали отчитываться и некоторые регионы Сибири — например, индустриальный Кузбасс. Здесь падение промышленности в отдельные периоды еще существеннее. Например, нынешний октябрь к октябрю прошлого года — минус 2,1%. Правда, за 11 месяцев этого года в регионе виден символический рост производства — 0,1 процент. То есть фактически здесь уже второй год идет стагнация: напомним, по итогам 2012 года промышленность упала почти на два процента. Регион топчется на месте — впрочем, как и другие территории. На общее ощущение стагнации накладывается и осадок от отдельных историй — больших и гигантских заводов, обанкротившихся в этом году.

«Сибсельмаш»

Самый большой из банкротов — новосибирский завод «Сибсельмаш». Завод был основан в 1929 году для производства комбайнов, однако время быстро все расставило на свои места — в годы Великой Отечественной войны предприятие перешло на снабжение армии, да так в этой отрасли и осталось. А комбайны стали побочной продукцией. В лучшие годы здесь трудились 19 тыс. человек, а от предприятия-гиганта отпочковывались заводы — «Луч», низковольтной аппаратуры (НВА), металлургический завод им. Кузьмина. Вместе они образовали целую индустриальную улицу — Станционную, впечатляющую своими масштабами до сих пор.

 012_expert-sibir_01-04.jpg

«Сибсельмаш» — и рекордсмен по количеству руководителей Новосибирской области, начинавших на нем карьеру. В 1982 году директором завода стал Виталий Муха (губернатор в 1991–1993 годах, а затем в 1995–1999 годах), а в конце 1990-х — Василий Юрченко, нынешний глава области. На долю второго выпали самые сложные решения: в девяностые годы завод фактически лишился оборонного заказа. А в 1997 году на базе дряхлеющего предприятия были созданы четыре государственных унитарных предприятия: санаторий «Парус», машиностроительный завод «Сибсельмаш», «Сибсельмаш-Спецтехника» и инструментальный завод «Сибсельмаш». Два последних работают до сих пор.

По иронии судьбы, главным виновником окончательного банкротства стала Федеральная налоговая служба. В конце 2011 года «Сибсельмашу» удалось договориться с кредиторами о рассрочке, а со Сбербанком — о кредите в 800 млн руб­лей, но в начале января 2012 года налоговики потребовали расторгнуть мировое соглашение. Сама процедура банкротства была запущена в начале этого года. Это и распродажа имущества, и увольнение двух тысяч оставшихся работников. Правда, в августе стало известно, что ликвидация «Сибсельмаша» откладывается, поскольку конкурсному управляющему не удалось продать половину имущества завода. Кроме того, Минпромторг РФ до сих пор не снял с предприятия мобилизационное задание, без чего невозможно подготовить к продаже имущественный комплекс основного производства. Агония продолжается, а небольшие производственные компании, за минувшие годы все-таки разместившие свои цеха на территории «Сибсельмаша» и готовые работать там и дальше, фактически находятся в подвешенном состоянии.

Красноярский завод комбайнов

В 1916 году в Красноярске был создан производитель машин для лесной отрасли «Краслесмаш», а в 1941 году на базе двух машиностроительных заводов из Запорожья и Люберец — «Краскомбайн». Первый — единственный в стране завод по комплексной автоматизации добычи леса, второй до последнего года был единственным за Уралом реальным производителем сельскохозяйственных машин, с долей в общероссийском рынке комбайнов на уровне четырех процентов. Весной этого года оба предприятия были обанк­рочены. К этому времени вместо прежних 15 тыс. на комбайновом заводе, например, трудились менее 600 человек. Заводы были перманентно убыточными.

 013_expert-sibir_01-04_1.jpg

В 2000 годы новым собственником предприятий стал концерн «Тракторные заводы», созданный в 1996 году Михаилом Болотиным. Кстати, сам концерн тоже в неважном финансовом состоянии — фактически это тоже банкрот. «Краскомбайн», впрочем, закрывается красиво — без банкротства, формально — с переносом производства в Чебоксары, на площадку другого предприятия КТЗ — «Промтрактор». А «Краслесмаш» планируется перенести в Курган. В любом случае одного их своих знаковых производств Красноярск лишился. На площадку завода уже нашелся арендатор — это строительная компания «Сибиряк» с проектами вездесущей жилой застройки. Уже посчитано, что на площадке в 24 гектара почти в центре города удастся разместить 28 жилых домов с объектами социальной инфраструктуры. Кстати, на стройке уже предлагают поработать и нынешним сотрудникам завода — возведение объектов планируется начать в следующем году.

Новосибирский оловянный комбинат

Некогда монополист на рынке олова в стране — оловокомбинат в Новосибирске (НОК) — был введен в эксплуатацию в 1942 году. Место было выбрано не случайно: ровно посередине между сырьевой базой (основные месторождения — на Дальнем Востоке) и потребителями олова (в европейской части страны). Долгое время предприятие выживало благодаря советскому плановому хозяйству и мировой конъюнктуре цен на олово. Но в 1990 годы цены поползли вниз (за исключением коротких периодов передышки), из-за обрушившихся хозяйственных связей прекратили свое существование четыре из восьми горно-обогатительных комбинатов на востоке страны. Тогда гендиректор и основной бенефициар НОК Александр Дугельный предлагал создать на базе этой инфраструктуры холдинг с государственным участием. Эти планы не были реализованы, но в 2003 году цена на олово вдруг стала расти. Под задачи развития были взяты кредиты, Дугельный спешил выстроить вертикальную структуру и даже планировал перенести НОК ближе к сырьевой базе.

 013_expert-sibir_01-04_2.jpg

Но в 2008 году компанию подкосило 40-процентное падение цены на олово, и с тех пор НОК уже не выходил из медленной агонии. Хотя Дугельный не собирался сдаваться — так, в 2011 году он затеял переработку оловосодержащих «хвостов» — отходов производства прошлых лет, накопившихся на промплощадке. Но эта ставка оказалась ошибочной, и в июле 2013 года на НОКе было введено конкурсное производство. Завершить его планируется в начале следующего года, после чего, вполне вероятно, комбинат, напротив которого через улицу Ватутина вырос ТРК «Мега» шведской компании IKEA, станет историей.

Резюме

Все эти истории логичны. Заводы-гиганты в современных условиях, за редким исключением, обречены; лицо модерновой индустрии — сообщества диверсифицированных производств среднего размера. Другое дело, что на месте исчезающих сибирских гигантов промышленности в реальности ничего такого не появляется.

И еще одно замечание: все эти истории нельзя списывать только на конъюнк­туру, все это — действия конкретных людей. Есть ведь и обратные примеры: прежде всего, работа гендиректора новосибирского завода «Труд» Юнуса Ислямова, который в годы кризиса перенес основное производство с перегруженной улицы Большевистской на площадку умершего завода «Сибтекстильмаш» на окраине города. Вот его слова: «Я бы взялся и за «Сибсельмаш». Но у нас менталитет такой — когда ты берешься за такие активы, все крутят пальцем у виска. А когда у тебя получилось, все кричат «вау».

У партнеров

    Реклама