Сага о форсайте

Наука и технологии
Москва, 10.11.2014
«Эксперт Сибирь» №46 (432)
Томский государственный университет стал партнером международного проекта «Глобальное будущее образования»

Foresight, «взгляд в будущее» — социальная технология, системный процесс, позволяющий группе экспертов выявить доминирующие в той или иной области тренды, договориться о приоритетах и сформировать общее видение, общую «дорожную карту» будущего развития. Именно такой форсайт-прогноз «Образование-2030» в течение нескольких лет разрабатывало Агентство стратегических инициатив (АСИ), что позволило выявить несколько ключевых трендов развития образования в России. Однако идеологи прогноза пошли дальше, и совсем недавно в Москве стартовало официальное открытие международного форума «Глобальное будущее образования» (Global Education Futures Forum — GEFF), который продлится год. Фактически это тот же форсайт, но уже в мировом масштабе. Его организаторами выступили Сколковский институт науки и технологий (Сколтех) ВШЭ и Нацио­нальный исследовательский Томский государственный университет (ТГУ). Ведущие эксперты взялись выявить основные тенденции современного образования и выработать практические рекомендации на двадцать лет вперед для отдельных стран и регионов. О том, как будет развиваться этот проект и какого результата намерены достичь партнеры, «Эксперт-Сибирь» беседует с ректором ТГУ Эдуардом Галажинским.

— Сначала в этом направлении работала проектная группа «Метавер», а затем в течение нескольких лет — Агентство стратегических инициатив, — рассказывает ректор томского университета. — АСИ уже давно ведет работу в рамках форсайта исследований науки и технологий, а пять лет назад возникла отдельная тема. Смысл ее в том, чтобы попробовать предвосхитить будущее образования и договориться об этом будущем. Условно, собираются триста экспертов в какой-то отрасли, и если большинство считает, что скоро мы будем летать на беспилотных устройствах, то высока вероятность того, что эксперты будут правы, поскольку они чувствуют, куда идут технологии и каковы тренды в области транспорта. Так что GEFF — это совершенно исключительный проект, связанный с определением сценариев развития мировой системы образования. Новый трек уникален тем, что он привлек международных экспертов со всего мира для того, чтобы сложить единую карту, единое понимание того, каким должно быть образование будущего.

— Очевидно, что понять основные вызовы ближайших десятилетий — это половина дела. Важно не только нарисовать футуристическую картину, но и разобраться, что с ней делать в дальнейшем. Это предполагает грядущий глобальный форсайт?

— Конечно. Ведь форсайт — не только сбор экспертных позиций, это еще и конструирование будущего. Когда ключевые люди начинают думать о перспективах развития, они вольно или невольно договариваются о каких-то стратегиях, их экспертное мнение начинает влиять на реализацию того или иного сценария. В конечном итоге это все соберется в глобальную карту, и полученный нами материал, безусловно, будет полезен для университетов и образования в целом. Еще одна задача форсайта — договориться о будущем. Собрались эксперты и обсуждают, например, тему влияния электронных ресурсов на образование. Это огромная масса вопросов, и когда люди начинают это обсуждать, у них складывается представление о будущем, и, по сути, это элемент конструирования будущего. Очень важно, что в форсайте две стороны. С одной — прогнозирование, а с другой — социальный конструктивизм. Мы сами начинаем договариваться друг с другом.

— А чем этот проект интересен, полезен конкретно для ТГУ?

— Для правильного позиционирования университета нам необходимо понимать все современные вызовы, которые сегодня лежат в основе поиска новой модели образования. И с этой точки зрения для нашего университета было очень важно попасть в число ключевых игроков. Сегодня в проекте участвуют Агентство стратегических инициатив, Сколтех, Высшая школа экономики и мы. И чем конкретно этот проект интересен нам? Я уже говорил, что в России АСИ давно делало такие вещи, и были сформулированы определенные тренды. Например, цифровые технологии, которые стимулируют появление новых моделей трансляции знаний. Появляются первые нейроинтерфейсы типа Google Glass. К 2030 году ожидается массовое появление чипа, вживленного в мозг человека. Тоже, казалось бы, фантастика, но вот на конференции «Тройная спираль» специалисты из Беркли в Томске нам показывают минителефон, вживленный в кожу руки. Его не видно. И все это элементы грядущей «когнитивной революции», эпохи «интернета вещей» и Нейронета, который сменит Интернет. Все это несет совершенно новые модели глобального образования, и мы, как один из ведущих вузов страны, не можем остаться в стороне.

— То есть тенденции в российском секторе более или менее ясны, осталось «прыгнуть» в глобальное образовательное пространство. И что тогда?

— Да, все тренды просчитаны на российском примере, сделан большой доклад по глобальному будущему образования. И сейчас предпринимается попытка пройтись с этой же идеологией по всему миру. Собрать мировых экспертов для форсайта, — чего еще не было, — и за полтора года охватить мощными форсайт-сессиями ключевые образовательные центры мира — в 2015 году это будут Сан-Франциско, Сан-Паулу, Сингапур. И главная идея не только в том, чтобы понять, что будет с образованием, но и поговорить с инвесторами, обсудить, какими будут возможности для инвестиций в образование. Сейчас мы наблюдаем взрыв стартапов в этой сфере. В апреле 2015 года будет большая форсайт-сессия в США, конкретно в Силиконовой долине, и там будет присутствовать множество серьезных венчурных капиталистов как с американской, так и с российской стороны. Это возможность посмотреть на прогноз с точки зрения инвестиций. Потому что инвестиции в образование только за последнее время выросли с 3 до 12 млрд долларов. Во многом, благодаря тому, что традиционное образование не удовлетворяет нуждам постиндустриального общества.

— Образование «уходит» в Интернет?

— И это становится все более заметно. Появляются такие онлайн-проекты как Coursera, созданная в Стэнфорде или Edx, которую поддерживают Гарвард, Беркли и MIT. Это площадки дистанционного обучения, заявляющие о том, что к 2020 году среди их слушателей будет более 1 млрд человек. Не исключено, что такие наднацио­нальные «университеты миллиардов» могут всерьез потеснить традиционные вузы. Отдельные курсы начинают выстраивать в длинные образовательные цепочки от получения базовых знаний до специализации, их дополняют системой найма, получая эффективный механизм отбора студентов со всего мира. При этом мнение, что учеба должна заканчиваться до 25 лет, уже устарело, сейчас в тренде обучение на протяжении всей жизни. Уход от идеи «получить диплом» и переход к идее «обрести определенные знания и умения» становятся все более актуальными. Новые онлайн-инструменты помогают развивать когнитивные навыки. Процесс обучения становится более индивидуализированным, содержание его подстраивается под особенности учащегося. В этом парадокс. Образование становится все более массовым, но за счет новых технологий все более индивидуальным. Человек может осваивать новый материал в том темпе и таким образом, как это наиболее комфортно и эффективно для него. Информационные технологии позволяют организовывать этот режим для миллионов людей одновременно. Активно внедряются игровые формы — уже доказано, что в таком режиме человек эффективнее осваивает предмет. Образование все больше ориентируется на практические занятия, поощряются реальные проекты и стартапы.

С одной стороны, доступность образования, конечно, огромный шаг вперед, но с другой — есть опасность перенасыщения ненужными специалистами. Все это ведет к тому, что привычным системам придется меняться. Существуют и определенные риски. Некоторые эксперты считают, что новые университеты объединятся с ведущими компьютерными компаниями, а затем глобальные бренды могут захватить систему образования. Появление новых технологий и продуктов почти мгновенно влечет за собой появление новых профессий и специальностей. Университетам в этом случае необходимо незамедлительно реагировать на такие изменения. Все эти и другие причины говорят о том, что привычным системам придется меняться. Но как именно? Как и куда? Как должен быть организован жизненный цикл обучения человека? Какова роль в создании образовательной экосистемы городов и социальных обществ? Как должна быть организована глобальная экосистема образования и как она должна взаимодействовать с локальными (регио­нальными) системами? На эти вопросы мы и будем пытаться получить ответы.

— Эдуард Владимирович, недавно вы участвовали в X съезде ректоров вузов России, на котором присутствовал президент Путин. Как бы вы охарактеризовали текущее отношение власти к процессам в высшем образовании?

— Сам факт появления президента России на съезде и его активное участие в обсуждении проблем говорят о том, какое внимание первое лицо государства уделяет сфере образования. Он выслушал все доклады, сообщения, комментировал выступления. И в этом смысле присутствие главы государства на съезде — свидетельство понимания важности того, какую серьезную роль сегодня играют образование и знание в экономике. Мы же понимаем, что страны, в которых качество образования находится на высоком уровне, имеют быстрый процесс трансфера новых знаний в экономику, благодаря чему государство повышает свою конкурентоспособность.

Второй момент — и президент, и глава Минобрнауки говорили о необходимости сохранения финансирования науки и образования, несмотря на ту непростую экономическую ситуацию, которая сейчас складывается в России. Третий момент, который я бы выделил, — это последовательность курса реформ и трансформаций образования. Было заявлено безапелляционно, что те процессы, которые были начаты, продолжатся. Курс не меняется. Идет дифференциация вузов, выделяются разные типы университетов, которые решают разные задачи. Нет университетов вообще. Есть исследовательские и как мы — ведущие, лидеры российской системы образования, есть регио­нальные, есть федеральные, которые решают крупные научно-хозяйственные задачи. Есть те, кто готовит в массовом порядке бакалавров, и те, кто может быть, должен работать даже без аккредитованных государством программ. Спектр образовательных услуг чрезвычайно широк, и это еще один шаг к решению вопроса целевой модели и позиционирования нашего университета. Я уверен, что мы на правильном пути. Если есть внятное понимание университетом своей роли, задач, уникальных научных образовательных продуктов, целевых аудиторий, рыночных ниш и т.д., то это всегда приводит к успеху. И со стороны государства внимание к этому очень серьезное. Поскольку мы участвуем в Программе 5–100 и на наш университет делает ставку государство и лично президент, это налагает огромную ответственность. Но я уверен, что мы справимся, поскольку коллектив Томского государственного университета во все времена даже самые сложные задачи всегда решал с честью.

Новости партнеров

Реклама