Уровень Байкала приблизился к минимальной отметке, заданной федеральными властями

Фото: Михаил Кичанов

Маловодье 2014 года привело к тому, что на Байкале сложилась крайне сложная ситуация. Уровень озера вплотную приблизился к минимальной отметке, заданной Правительством РФ еще в 2001 году, и для обеспечения водой городов Иркутской области на Ангаре должен быть опущен еще ниже. В Республике Бурятия заявляют о неминуемой экологической и социальной катастрофе, на другом берегу Байкала, в Иркутской области, говорят о том, что необходимо принять решение, которое соответствовало бы исключительности ситуации. В Правительстве РФ готовы, в силу обстоятельств, пересмотреть минимальный предел для озера, составляющий 456 м над уровнем моря.

Обычно за год в Байкал поступает около 61 кубического километра воды, приток в этом году составил всего лишь 41,8 кубокилометра. Это — второй с конца результат за все время наблюдений за Байкалом (за исключением далекого 1903 года). Как следствие, ко 2 февраля 2015 года вода в нем, по данным Енисейского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов, опустилась до отметки 456,07 метров в Тихоокеанской системе высот (ТО). За то время, что эксплуатируется Иркутская ГЭС, уровень Байкала достигал и меньших значений, но до 2001 года, когда было принято постановление Правительства РФ № 234, не существовало жесткого ограничения: уровень воды может быть ниже 456 метров и выше 457 метров ТО.

Два берега, одна проблема

Руководство Республики Бурятия уже поспешило заявить о том, что ситуация близка к критической. «Впору объявлять ЧС, поскольку воды нет, если что-то загорится, пожарную машину заправить будет негде, — заявил ее президент Вячеслав Наговицын 12 января. — Подготовьте обращение в Минприроды РФ, аргументированно объясните ситуацию, с учеными покажите, что может произойти. У нас торфяники осушились, начали гореть, а иркутские энергетики еще хотят снизить уровень».

В сложившемся маловодье, по мнению властей Бурятии, также было виновно ОАО «Иркутскэнерго»: якобы это принадлежащая компании Иркутская ГЭС «слила» воду Байкала, чтобы произвести больше электричества. В «Иркутскэнерго» в ответ посоветовали властям Бурятии воздержаться от необоснованных и популистских заявлений и пояснили: объем пропуска воды через Иркутскую ГЭС устанавливает не компания, а Федеральное агентство водных ресурсов (ФАВР) исходя из интересов всех групп водопользователей. «Мы строго выполняли и продолжаем выполнять получаемые от госрегулятора предписания», — подчеркнули в компании.

Впоследствии, впрочем, пресс-служба президента Бурятии уточнила: в словах главы республики не содержалось обвинение в адрес ОАО «Иркутскэнерго» в чрезмерной «сработке» Байкала. Тем не менее, с подачи бурятских властей шумиха достигла федеральных СМИ: если раньше о маловодье писали отдельные издания, то в январе о нем заговорили в ведущих газетах и на телеканалах, вещающих на всю Россию.

Позиция властей Иркутской области на этом фоне осталась неизменной: «призму» регулирования Байкала здесь предлагают пересмотреть с учетом возникших гидрологических условий. «Не так давно проходило совещание на федеральном уровне, я ранее писал президенту, а вчера отправил письмо полпреду в Сибирском федеральном округе, — рассказывал 22 января губернатор региона Сергей Ерощенко. — Я никогда не делил Байкал на иркутскую и бурятскую территории. Проблема общая, и если мы перестанем сбрасывать воду, она станет общей для пятисот тысяч человек». Примерно столько живет в Ангарске, Свирске, Усолье-Сибирском, Черемхове и прилегающим к ним территориям, расположенным ниже Иркутской ГЭС по течению Ангары (в Иркутской области). Водозаборные сооружения этих городов и ближайших поселков, которые питают не только жилые дома и социальные объекты, но и крупнейшие промышленные предприятия области (вплоть до вырабатывающих тепло и электричество ТЭЦ), рассчитаны на работу при определенном стоке реки. Для того чтобы они функционировали, необходимо, чтобы через плотину Иркутской ГЭС ежесекундно проходило как минимум 1 300 кубометров воды в секунду (1 250 кубометров, если кромка льда образуется выше Усолья-Сибирского, расположенного примерно в 100 км от станции). Именно этот расход указан в правилах использования водных ресурсов водохранилищ Ангарского каскада ГЭС, утвержденных в 1988 году. Несмотря на это, член Совета Федерации ФС РФ Арнольд Тулохонов в конце декабря предложил снизить сбросные расходы до 1 100 кубометров в секунду; при этом жителям и организациям Иркутской области, которые в таком случае остались бы без воды и тепла, сенатор рекомендовал «принять все меры для решения водных проблем». Какие именно меры он имел в виду, Тулохонов не уточнил.

Представители Бурятии, в свою очередь, говорят о том, что от нынешнего маловодья могут пострадать около 70 тыс. человек, проживающих вблизи восточного побережья Байкала. Помимо этого пугают и экологической катастрофой: понижение уровня воды в озере вызовет массовую гибель рыбы и других живых организмов. По расчетам министерства природных ресурсов Республики Бурятия, которые приводит информационное агентство UlanMedia, только потери рыбопродукции и эксплуатационные затраты на промысловый возврат, без учета ущерба биоресурсам, в этом случае составят 24,3 млрд руб­лей. Причина — «отступление» береговой линии на 50–100 метров, о котором говорят в Байкальском институте природопользования СО РАН. Вследствие этого может произойти пересыхание нерестилищ майской субпопуляции желтокрылки, играющей крайне важную роль в цепи питания омуля, хариуса и нерпы, вдобавок значительная часть личинок омуля (именно так называется биологическая стадия развития, предшествующая мальку) не попадет на мелководье Селенги.

«Ситуация наблюдалась и раньше»

Впрочем, объективность подобных оценок сразу вызвала серьезные сомнения в научном сообществе и федеральных органах власти. Нынешнее маловодье, с последствиями которого приходится сталкиваться сейчас, — ситуация чрезвычайная, но далеко не уникальная. Только за те 55 лет, что прошли с запуска первых гидроагрегатов Иркутской ГЭС, уровень Байкала 11 раз опускался ниже отметки в 456 метров ТО. Более того, до ее строительства средний многолетний уровень озера составлял 455,48 метров. Минимум — 454,93 метров — был зафиксирован в 1903 году, максимум, составивший 457,10 метров, — в 1869 году. Иными словами, максимальная амплитуда колебаний уровня в естественных условиях составила 2,17 метров.

После того, как было заполнено водо­хранилище Иркутской ГЭС, Байкал поднялся примерно на метр — его средний многолетний уровень повысился до 456,42 метров. В то же время в техническом проекте станции также были предусмотрены определенные ограничения. Так, уровень мертвого объема водо­хранилища Иркутской ГЭС (минимальная отметка, ниже которой эксплуатация гидроузла в нормальных условиях не допускается) составляет 455,54 метров. Нормальный проектный уровень, в свою очередь, установлен на отметке 457 метров, однако на случай экстремального паводка предусматривалась возможность «форсировки» до 457,5 метров.

За то время, что существует станция и с ее помощью осуществляется искусственное регулирование Байкала, нормальный подпорный уровень превышался 17 раз. «Форсировать» озеро при этом приходилось от 6 до 42 см (457,42 метров в 1988 году). В то же время, сказано в государственном докладе о состоянии Байкала и мерах по его защите (вышел в 2013 году), в 1979–1982 годах вода опускалась ниже уровня мертвого объема на 32 см. За все 365 дней крайне маловодного 1981 года уровень озера ни разу не превысил отметку 456 метров, а в 1982 году был достигнут абсолютный минимум за время существования Иркутской ГЭС — 455,27 метров. Получается, что максимальная амплитуда колебаний достигла 2,15 метров — почти столько же, сколько и в естественных условиях.

Если говорить о тех случаях, когда вода не дотягивала до отметки в 456 метров, подчеркнул на пресс-конференции в редакции «Российской газеты» директор Гидрометцентра России Роман Вильфанд, «нельзя сказать, чтобы что-то критическое случалось». «Ситуация, связанная с высоким температурным режимом и маловодьем, наблюдалась и раньше, происходило естественное понижение уровня, — сказал он. — Это природный фактор, не человеческий, не антропогенный. Вспомните, полвека назад была проблема с Каспием: безо всякого антропогенного воздействия происходило понижение [уровня], а с 1978 года — резкое монотонное повышение, длившееся 17 лет. Существуют природные циклы, с которыми тяжело конкурировать, тяжело бороться, тяжело их минимизировать».

В случае с Байкалом есть два ежегодных пика наполняемости озера. Первый начинается с активным таянием снега в водосборном бассейне в первой декаде апреля и длится до июня, второй — летом и осенью, когда заполнение обеспечивают дожди. «2014 год характеризовался тем, что при полноводной первой фазе вторая практически не наступила, — объяснила руководитель Федерального агентства водных ресурсов Марина Селиверстова. — Лето было очень засушливым, и вторая порция пополнения запасов озера не состоялась». Синоптики отмечают: в тех регионах Восточной Сибири, где расположен водосборный бассейн Байкала, было очень жарко, и наблюдался дефицит осадков, нараставший с июня по сентябрь.

Ниже некуда

«Внутри года приток ведет себя очень непредсказуемо, — подтвердил старший научный сотрудник лаборатории гидрологии и гидрофизики Лимнологического института СО РАН Валерий Синюкович. — [Поэтому] особо повлиять на уровень мы не можем: как вода поступает в Байкал, так и мы, исходя из имеющихся гидроресурсов, стараемся регулировать». Именно так и вели себя в Енисейском бассейновом водном управлении ФАВР, которое отвечает за установление режима работы всего Ангарского каскада ГЭС. Причем тут нужно подчеркнуть особо: интересы энергетиков в этом вопросе играют последнюю роль. Ведомство задает расходы воды исходя из потребностей населения, коммунальных предприятий, судоходства, рыбопромышленного и лесопромышленного комплексов, а энергетики работают в рамках установленных режимов. При этом действует оно строго по гидрологической обстановке, которая, как мы уже разобрались, до конца мая не особо отличалась от той, что складывалась в 2013 году. Более того, апрель 2014 года оказался более теплым, так что весенний паводок начался раньше обычного и к тому же был более обильным. Для того чтобы пропустить его и обеспечить дальнейшее наполнение озера без «перелива» (максимальный уровень, напомним, ограничен 457 метрами), Енисейское БВУ предписывало в апреле 2014 года увеличить сбросные расходы Иркутской ГЭС с 2 000 до 2 300 — 2 400 кубометров в секунду. При этом уровень озера удерживали на более высокой отметке, чем за предыдущие 15 лет назад — 456,13 метров. А в мае, когда попуски составляли 2 000 кубометров в секунду, Байкал, как и положено, начал наполняться.

Однако пришло лето, не принесшее осадков. Сбросные расходы станции уже в первой половине июня уменьшили до 1 500 кубометров в секунду — это минимум, при котором летом еще возможно судоходство. Затем, прибавив 60–150 кубов в течение трех дней середины июля, их удерживали на этом уровне. После чего, пока еще не завершился сезон судоходства и не был до конца осуществлен северный завоз, со второй декады сентября ведомство начало постепенно снижать попуски до 1 425 — 1 300 кубометров в секунду. Уровень Байкала, несмотря на неблагоприятные условия, к началу сентября поднялся до 456,57 метров. Заслуга в этом, к слову, принадлежит именно Иркутскому гидроузлу: в естественных условиях из озера в среднем вытекает 1 922 кубометра в секунду, тогда как ГЭС позволяет задержать воду. Если бы станций каскада не было, Байкал обмелел бы куда больше.

Но в четвертом квартале приток был отрицательным — шло испарение воды, а в зимние месяцы она, замерзая, превращалась в лед, что давало определенные потери. Перемена произошла только в январе, когда ледостав завершился в северной и центральной частях озера, а на юге из-за слишком высоких для сибирской зимы температур уменьшилось испарение. В итоге средний приток увеличился до 50 кубометров в секунду. По оценкам Росводоресурсов, в первом квартале 2015 года он может составить 100–300 кубометров/с (при норме 319 кубометров/с). Синюкович приводит простой расчет: при минимальных сбросных расходах к тому моменту, как начнет таять снег, уровень Байкала понизится до 455,8 метров. А по оценке ИСЭМ СО РАН, ко второй половине апреля уровень озера может снизиться до отметок 455,81–455,85 метров. Но если предположить, что пропуски снизили бы до минимума еще в апреле, то вода в любом случае опустилась бы ниже 456 метров.

«Нужно критически осмысливать»

«Ни о каком обмелении Байкала ни один нормальный человек говорить не будет, — категорично заявляет директор Института водных проблем РАН академик Виктор Данилов-Данильян, с 1993 по 2000 год возглавлявший правительственную комиссию по Байкалу. — Глубина озера больше полутора километ­ров, а мы тут рассуждаем о десятках сантиметров. Что это за обмеление?»

Поэтому большинство доводов, которые приводят представители Бурятии, ученый посчитал необоснованными. Так, пересыхание колодцев — это следствие засухи, вызвавшей маловодье. «Подземного стока из Байкала практически нет, — констатировал он очевидный для специалистов факт. — И если колодцы и связаны с Байкалом, то лишь в обратную сторону — в том смысле, что они берут воду из тех водоносных горизонтов, которые дают приток в Байкал, но никак не наоборот. Вода там высохла по той же самой причине, по какой маловоден сам Байкал, — осадков было мало. И когда есть два следствия одной и той же причины, только по неграмотности можно говорить, что одно из этих двух явлений стало причиной другого».

Торфяные и лесные пожары, наблюдавшиеся как в Бурятии, так и в Иркутской области, точно так же были вызваны засухой, а не снижением уровня воды в озере. «Мы все классические признаки здесь видим: сначала были высокие температуры и дефицит осадков, потом из атмо­сферной засухи это перешло уже в почвенную. И мы понимаем, что если в почве нет воды, то никакая вода не поступит и в озеро, — подчеркнула Селиверстова. — Это простые физические процессы, на мой взгляд, вполне понятные даже тем, кто знает только природоведение. Аргументы нужно критически осмысливать и подвергать сомнению».

То же самое касается и заявлений о массовой гибели рыбы в том случае, если уровень воды в Байкале опустится ниже 456 метров. «Мы знаем, что 18 тысяч лет назад уровень Байкала понижался на 30 метров, и твердо знаем, что уже тогда в нем были омуль и сиг, но ни один из этих видов рыб не вымер, — парировал их и. о. директора Лимнологического института СО РАН академик Михаил Грачев. — Вы сами видите, какой низкий уровень был в 1981 году». Первые тралово-акустические исследования, цель которых состояла в том, чтобы оценить численность омуля, сотрудники института проводили в конце 1980-х, когда начался промышленный лов этой рыбы. Тогда подсчитали, что в озере обитает около 300 млн рыб. После этого были организованы регулярные съемки. Данные, полученные позже, существенно разнились, так что в 2011 году численность оценивалась в 360,4 млн рыб. В свою очередь, в Байкальском филиале ФГУП «Государственный научно-производственный центр рыбного хозяйства», анализируя имеющиеся данные, полагают, что с 1980 годов по настоящее время численность омуля колебалась от 213 до 269 млн экземпляров. При этом сотрудники предприятия отмечают, что тенденция к снижению общих запасов рыбы начала проявляться в двухтысячных (после того, как было принято постановление № 234), но оно не является критическим и требует лишь соответствующего снижения допустимого улова и ужесточения контроля за промыслом омуля». В ней же содержится фраза о том, что одним из главных дестабилизирующих факторов стал нелегальный лов.

«Рыбаки жалуются, что на байкальских мелководьях в конце этого лета не было рыбы, — заметил по этому поводу Данилов-Данильян. — Честное слово, виновата в этом даже не засуха, виновато плохое состояние Байкальского побережья именно в районах мелководий, где есть достаточно удобные места для туристических баз. Там практически никаких нормальных очистных сооружений нет. И если ситуацию с экстремально низкой водностью мы видели много раз, то в этом году мелководья Байкала зацвели впервые в истории (в прибрежной зоне были обнаружены скопления нитчатой водоросли рода спирогира. — Ред.). И не из-за того, что воды мало, а прежде всего из-за того, что не очищается антропогенный сток. А раз вода цветет, то какая там рыба?»

Прокомментировали ученые и слухи о том, что Байкал форсированно «спустили», чтобы быстрее наполнить водохранилище Богучанской ГЭС. Как пояснил Виктор Данилов-Данильян, влияние стока Байкала в Ангару на наполнение водохранилища Братской, Усть-Илимской и Богучанской ГЭС вообще незначительно. Основной объем воды для этих ГЭС дает не Байкал, а притоки Ангары. Это наглядно видно из цифр: Ангара приносит в Енисей в три раза больше воды, чем забирает из Байкала. Кроме того, по указанию Росводресурсов во второй половине 2014 года расход воды через плотину Богучанской ГЭС был выше, чем приток в ее водохранилище. Иными словами, водохранилище, наоборот, «спускалось»: уровень воды в нем за сентябрь–октябрь снизился на 15 сантиметров, а объем — на один кубический километр. Делалось это в первую очередь для поддержания судоходства на Ангаре ниже плотины.

Пространство для маневра

Разрешение на то, что уровень Байкала в 2015 году опустится ниже 456 м в Тихоокеанской системе высот, получено. Об этом публично объявил 2 февраля премьер-министр России Дмитрий Медведев. Однако об изменении постановления Правительства РФ, принятого 14 лет назад, судя по всему, речи пока не идет — решение будет принято исключительно на время экстремального маловодья. Так что документ, рассчитанный на средние по водности годы, продолжит действовать. В нем, однако, не будет учитываться вероятность наступления катастрофического маловодья, которая оценивается в один–два процента, или экстремального паводка, составляющая уже около 15%. Иными словами, неизменной останется не только нижняя отметка, но и верхняя, выдержать которую в крайне многоводный год будет очень сложно.

Как признают гидрологи, пространства для маневра у Росводресурсов, отвечающих за режим работы Иркутской ГЭС, немного. Если превысить отметку в 457 метров, то под угрозой затопления окажется застройка на берегах Байкала, возведенная там, где по техническому проекту станции строительство было запрещено. Если прибегнуть к холостым пропускам, чтобы ее удержать, то под угрозой затопления оказываются многие объекты в нижнем бьефе Иркутской ГЭС. По оценке Синюковича, для этого достаточно увеличить сбросные расходы до 3 000 — 3 200 кубометров в секунду, несмотря на то, что возможности гидроузла позволяют пропускать до шести тысяч кубометров воды ежесекундно. Но пока, по всей видимости, федеральные власти решают проблемы по мере их поступления.

Что такое уровень озера и от чего он зависит?

В среднем многолетнем водном балансе озера Байкал приходная часть баланса представлена в основном притоком поверхностных вод (примерно 57,77 кубических км в год — или 82,4% прихода). Существенная доля также приходится на осадки (9,26 кубических км, 13,2%), незначительная — на приток подземных вод (3,12 кубических км — или 4,4%). С расходной частью баланса также все ясно. Более 86% приходится на сток поверхностных вод в единственную вытекающую из Байкала реку — Ангару (60,89 кубических км). Остальное испаряется в атмосферу.

При этом стоит учесть, что уровень озера зависит не только от соотношения выпавших на его водосборном бассейне осадков и притока поверхностных и подземных вод (приход), испарения и стока Ангары (расход), но и от режима эксплуатации ГЭС Ангарского каскада — Иркутской, Братской и Усть-Илимской, работающих в компенсационном, или взаимозависимом режиме. С 1 декабря 2012 года в каскаде также появилась Богучанская ГЭС. После сооружения плотины Иркутской ГЭС в 70 км от истока Ангары и наполнения водохранилища (1956–1958 годы) уровень Байкала повысился на 1,3 м (до 456,80 м). И с тех пор средне­многолетний зарегулированный уровень озера (единый с уровнем Иркутского водохранилища) поддерживается на один метр выше среднего уровня Байкала, существовавшего до строительства станции. Это позволило использовать часть объема озера в качестве водохранилища для регулирования стока путем искусственного сезонно-годового и, в определенной мере, многолетнего регулирования уровня воды. Годовой ход уровня озера Байкал в условиях подпора в целом сохранился близким к естественному режиму. Зарегулирован­ность проявилась в увеличении амплитуды колебаний уровня (от 80 до 113 см) и сдвиге в сторону запаздывания сроков наступления наибольшей сработки и наполнения водоема.

Годовой ход уровня на озере обычно характеризуется плавным повышением до отметок близких к нормальному подпорному уровню (в мае–сентябре), стабилизацией максимальных уровней в октябре и непрерывным понижением с ноября по апрель. Колебания уровня воды в Байкал благодаря обширной площади водной поверхности (31,5 кубических км) и значительному стоку в Ангару (60 кубических км/год) в целом не велики. В последние 20 лет — в среднем 23 см (от 456,46 в 2013-м до 456,69 м в 1994-м).

Постановлением Правительства РФ от 26 марта 2001 года № 234 «О предельных значениях уровня воды в озере Байкал при осуществлении хозяйственной и иной деятельности» были определены предельные значения уровня воды в Байкале (при использовании его водных ресурсов в хозяйственной и иной деятельности) в пределах отметок 456 м (минимальный уровень) и 457 м (максимальный уровень) в ТО. Допустимый объем сработки уровня Байкала в диапазоне 457–456 м (по терминологии гидроэнергетики — «полезный объем») составляет 31,5 кубических км, или 0,14% от объема воды в озере (23 тыс. кубических км). Это постановление отменило установленные «Основными правилами использования водных ресурсов водохранилища Иркутской ГЭС» (1982, 1988 годы) пределы эксплуатационных изменений уровня воды в Байкале в отметках 457,4–455,54 м. За весь период действия постановления установленные им границы ни разу не нарушались. С 2001 года амплитуда колебания уровня воды выдерживалась в прописанных отметках, при этом всегда удавалось обеспечивать выработку электроэнергии, работу водозаборов, навигацию в низовьях Ангары и на Енисее.

По материалам Государственного доклада «О состоянии озера Байкал и мерах по его охране в 2013 году»

Финансовая подоплека

Ряд экспертов увидели в стремлении бурятских чиновников искусственно нагнетать ситуацию вокруг Байкала финансовую подоплеку. Как пишет «Газета.ру», Бурятия традиционно является главным получателем средств федерального бюджета на мероприятия по охране озера и с 2012 года получила по этой статье уже свыше 1 млрд руб­лей. Поэтому в текущей ситуации властям республики выгодно громко заявлять о своем бедственном положении — ведь это позволит просить новые дотации «на защиту Байкала» у федерального центра.

Кроме того, в конце декабря 2014 года правительство России выделило очередные 500 млн руб­лей на охрану Байкала для трех регионов: Бурятии, Забайкальского края и Иркутской области. Возможно, именно наиболее «пострадавший» регион может рассчитывать на основную часть суммы. И в этом смысле, проиграв войну за отметку озера, Бурятия рассчитывает выиграть финансово, заключает издание.

А «Комсомольская правда» отмечает, что у проверяющих органов есть большие вопросы к эффективности расходования средств по программе защиты Байкала властями Бурятии. Возможно, именно с этим связана и передача всех полномочий по экомониторингу Байкала на федеральный уровень — распоряжение правительства России на этот счет было подписано в начале февраля.

Новости партнеров

Реклама