«Членские взносы мобилизуют предприятия»

Машиностроение Сибири
Москва, 05.10.2015
«Эксперт Сибирь» №41-42 (463)
Директор КГБУ «Алтайский центр кластерного развития» Александр Кондыков — об опыте организации и развития «Алтайского кластера аграрного машиностроения»

Фото: Михаил Кичанов

Пять лет назад ведущие алтайские сельхозмашиностроители объединились в «Алтайский кластер аграрного машиностроения» (АлтаКАМ). Инициаторами и учредителями объединения выступили Главное управление сельского хозяйства Алтайского края и региональное управление по промышленности и энергетике, при поддержке промышленных предприятий края. Сегодня это одно из самых успешных объединений такого типа в стране. Об итогах пятилетней работы АлтаКАМа, его месте в экономике региона в интервью журналу «Эксперт-Сибирь» рассказал директор КГБУ «Алтайский центр кластерного развития» Александр Кондыков.

— Александр Анатольевич, какое место в кластерных проектах Алтайского края занимает аграрный кластер?

— В крае реализуется четыре кластерных проекта — биофармацевтический, аграрного машиностроения, полимерный композитный и энергомашиностроительный. Если смотреть с экономической точки зрения, то АлтаКАМ занимает второе место после биофармацевтического. По итогам 2014 года, компании, объединенные в АлтаКАМ, произвели различных изделий на 2,2 миллиарда рублей, правда, результаты биофармацевтов заметно внушительнее — более 16 млрд рублей. Экономика предприятий композитного кластера, как и энергомашиностроительного — около двух миллиардов рублей. Безусловно, сложившаяся конъюнктура на российском рынке — растущий спрос на отечественную продукцию из-за повышения курса валют — создает условия для выхода аграрного машиностроения на лидирующие позиции в регионе.

— Что стало причиной создания кластера аграрного машиностроения?

— Главная причина — боязнь потерять сельхозмашиностроение как отрасль. Мы хотели уберечь предприятия края от той печальной судьбы, которая постигла «Алтайский тракторный завод» (АТЗ) в Рубцовске, более полувека выпускавшего гусеничные тракторы. В момент создания кластера это предприятие проходило процедуру банкротства и было ликвидировано в 2011 году. Задача была избежать вакуума после ухода этого гиганта с рынка, создав условия для развития предприятий-партнеров тракторного завода. В советские годы в Рубцовске сформировался пул предприятий, производивших для АТЗ запчасти, навесное и прицепное оборудование — бороны, плуги, косилки, а также организации, специализирующиеся на ремонте тракторов.

Вторая причина — желание обеспечить наших сельхозтоваропроизводителей качественной и достаточно недорогой техникой, чьи эксплуатационные характеристики были бы сравнимы с зарубежными аналогами. Задача приоритетная, учитывая, что в сельском хозяйстве работают до 40 процентов населения Алтайского края. И в 2010 году, когда был сформирован кластер, и сегодня технологическая вооруженность сельского хозяйства края находится на довольно низком уровне. Сельхозтехника на 70 процентов изношена, и ее не хватает. Это красноречиво показал 2014 год. Тогда из-за нехватки комбайнов крестьяне не успели убрать весь урожай до наступления холодов, в результате чего 30 процентов зерновых оказались под снегом.

Третья причина — снять риски в поставках импортной техники. Сельхозпроизводство строго циклично, к посевной кампании технику нужно готовить еще осенью, а импортные запчасти мало того что стали очень дороги, еще и очень долго идут к заказчику. Сроки поставки деталей могут достигать и полгода, и год. А это значит, что некоторые селяне могут так и не выйти в поля.

— То есть, инициатива кластера появилась сверху?

— Нет, проект стартовал на встречных курсах. Сельхозмашиностроители, озабоченные теми негативными процессами, которые я перечислил, обращались в администрацию края с просьбой о поддержке. В качестве одного из вариантов власть предложила кластерный подход. И производственный бизнес оказался готов решать свои задачи совместно, в том числе со своими ближайшими конкурентами.

«Минимум пафоса»

— Каковы условия вхождения в кластер? 

— Для вхождения каких-то особых условий нет. Членом кластера может стать любой производитель сельхозтехники, от корпорации до микробизнеса. А вот условия нахождения в кластере два. Первое — экономическое. Это обязательная уплата членских взносов для обеспечения работой органов управления кластера и организации совместных мероприятий. Второе требование — желание продуктивно работать, в кластере ценится инициативность. Если компания не принимает участие в работе кластера, мы ее исключаем.

— Членские взносы высокие?

— Нет, к тому же они дифференцируются от масштаба предприятий. Микробизнес платит порядка 10 тысяч рублей в год, малый бизнес — до 25 тысяч рублей, средний — порядка 50 тысяч, крупный — до 200 тысяч рублей. Членские взносы мобилизуют предприятия, у них появляется больше интереса к работе в кооперации, они становятся требовательнее к себе, к своим партнерам, к администрации кластера. Деньги же нужно отрабатывать!

— Кластер берет на себя продвижение продукции членов объединения?

— Да, прежде всего, информационное сотрудничество, участие в российских и международных выставках и показах, проведение выездных семинаров, взаимодействие с органами власти. Например, каждый год перед началом весенне-полевых работ мы проводим демонстрационный показ техники в одном из районов Алтайского края. В этом году он проходил на площадях машиноиспытательной станции в Поспелихе. На таких мероприятиях минимум пафоса, а больше дела. Производитель показывает, на что способна его техника, а сельхозпроизводитель определяет, нужна она ему или нет.

— Насколько динамично прирастает кластер участниками?

— Большой динамики нет. И нет ее по объективным причинам: машиностроительные предприятия как грибы не растут. Сейчас в кластер входят 22 предприятия, что на пять больше, чем было в момент создания объединения. Суммарно они производят примерно 70 процентов машиностроительной продукции региона. Как правило, входящие в кластер предприятия специализируются на производстве изделий для растениеводства — это плуги, бороны, культиваторы, сеялки, жатки и так далее. Но есть и производители техники для животноводства, изделий для кормозаготовки.

На предприятиях кластера заняты 2,5 тысячи человек.

— Как географически размещены предприятия, входящие в кластер?

— Они сконцентрированы в двух точках — в Рубцовске и Барнауле. Так сложилось исторически. В Барнауле развитие отрасли определял и продолжает определять «Алтайский моторный завод». Здесь работает «Барнаултрансмаш», «Алтайский завод агрегатов» и целый ряд других.

— Можно ли сказать, что в АлтаКАМе есть якорные предприятия?

— Если под «якорями» понимать заводы, которые обеспечивают работой другие предприятия, отдают заказы на субподряд, то в нашем кластере такого нет. Хотя между многими предприятиями и есть производственные и технологические связи. Можно сказать, что в кластере есть наиболее инициативные предприятия, которые формируют рабочую атмосферу всего объединения. Такую ведущую роль берет на себя «Рубцовский завод запасных частей», «Алтайский моторный завод», «Леньковский Сельмашзавод», «Алтайский научно-исследовательский институт технологии машиностроения», «Тонар Агро». Например, «Леньковский Сельмашзавод» запустил совместный с белорусской компанией «Гомсельмаш» пилотный проект по сборке комбайнов. Ожидается, что в ближайшие два года степень локализации комбайнового производства составит 30 процентов. Мы рассчитываем, что в этот проект включатся и другие участники кластера. «Алтайский моторный завод» готов делать двигатели для комбайнов «Гомсельмаша», другие заводы возьмутся за производство рам, крепежей, электро­оборудования.

— То есть, перед руководством кластера стоит задача повышения кооперации между предприятиями?

— Задача такая есть. Но кооперация может принимать различные формы. Это объединение усилий в сфере продвижения продукции, в сфере продаж, научного и конструкторского сотрудничества. Конечно, ноу-хау никто разглашать не будет, но какие-то общие разработки, подходы в организации производства, стратегии успеха могут и должны быть предметом обсуждения внутри кластера. Предприятия неизбежно пойдут по пути субконтрактинга, это насущная необходимость. Чтобы избежать перепроизводства, участники рынка должны договариваться о нишах присутствия, согласовывать модернизацию, покупку высокопроизводительного оборудования. Сейчас у многих компаний похожее оборудование, которое они не могут загрузить на полную мощность. Оно не окупается, заводы несут убытки.

«Барьеров нет»

— Довольны ли вы результатами работы кластера?

— Жизнь показала, что модель эта рабочая, интересная. Радует, что в кластер приходят и молодые предприятия, например, барнаульская компания «СиСорт», специализирующаяся на производстве фотосепараторов. Растут и объемы производства. Начинали мы с 1,8 миллиардов рублей, в прошлом году эта цифра была 2,2 миллиарда рублей, планы текущего года — 2,7 миллиардов. Предприятия кластера выпускают технику под все существующие сельхозтехнологии — от глубокой вспашки до No-Till. Во многом сложившаяся ситуация объясняется повышенным вниманием краевых властей к развитию отрасли.

— Члены кластера имеют приоритетное право на господдержку?

— Да, у нас нормативными актами закреплено, что члены кластера имеют преимущественное право на получение государственной поддержки. Сделано это для того, чтобы стимулировать кластерное движение в регионе. При этом если возникает ситуация, когда на конкурсе рассматриваются одновременно плохой кластерный проект и хороший индивидуальный, естественно, поддержку получит второй проект. Повторюсь, никто никому не мешает вступать в кластер, никаких барьеров нет.

— Какова география продаж предприятий кластера?

— 65 регионов страны, плюс страны Средней Азии — Казахстан, Узбекистан, Таджикистан. За пределы территории края заводы продают до 90 процентов своей продукции. Более того, в этом году впервые мы столкнулись со стопроцентной предоплатой. Динамичный курс рубля по отношению к мировым валютам заставляет заказчиков принимать решения быстро. Конечно, мы заинтересованы в том, чтобы местные аграрии покупали больше алтайской техники. И такую тенденцию мы уже видим.

— Входящие в кластер предприятия — конкуренты. Для развития кластера это не проблема?

— Да, они конкуренты, и это нормально. То, что предприятия начинают сотрудничать, больше узнавать друг о друге, договариваться между собой, делает рынок только цивилизованнее. Да и качество продукции неизбежно возрастает. Компании понимают, что они представляют теперь не только самих себя, но и большой аграрный регион — Алтайский край. При таком повышенном внимании становится стыдно делать плохой товар. Техника и технологии совершенствуются, больше внимания отводится контролю качества.

— Есть ли задача по расширению числа участников кластера?

— Нет, это дело добровольное. Но мы уверены, что кластер будет расти. Появляются новые предприятия, все больше игроков этого рынка осознают пользу партнерства и кооперации.

У партнеров

    Реклама