В чем сила СИ?

Тема недели
Москва, 23.12.2019
«Эксперт Сибирь» №01-04 (539)
В начале декабря 2019 года президент РФ Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин дали старт поставкам по газопроводу «Сила Сибири» — самому крупному инвестиционному проекту Сибирского региона, да и всей страны. Контракт на поставку газа оценивался в 400 млрд долларов. 38 млрд кубометров газа ежегодно. Сибирь снова качает!

После того, как на федеральном уровне было учреждено Министерство развития Дальнего Востока и Арктики, с отдельным бюджетным фондом и широким набором преференций для бизнеса, а в последнее время и для населения, Сибирский регион оказался в своего рода сумеречной зоне, где солнце бюджетных и частных инвестиций вроде и светит, но не греет, а внимание федеральных чиновников привлекают только чрезвычайные ситуации — пожары, паводки или последствия волеизъявления граждан.

Последнюю пятилетку все силы федеральных властей были брошены на удержание Дальнего Востока. Регион стремятся сделать хоть немного привлекательным для людей — как минимум сократить отток населения и как максимум развернуть миграцию. Инвесторы стали оседать либо на подходах к СФО в нефтегазоносном поясе Уральского округа или «перелетали» дальше на восток, где созданы экономические спецусловия. Последней каплей стала смена прописки Республикой Бурятия на Дальневосточный федеральный округ. В итоге Сибирь вышла из федеральной экономической информационной повестки и стала регионом, где постоянно происходят природные и техногенные катастрофы.

Очередные шаги для выхода из смыслового тупика были предприняты в нынешнем году, впервые Сибирь была представлена на Петербургском международном экономическом форуме одним стендом, как единая территория. Помог в поиске новых смыслов и президент России Владимир Путин, который на этом же форуме высказал мнение о том, что регион должен стать связующим звеном между европейской частью России и Дальним Востоком, между рынками Китая, стран АТР, Европы, включая Восточную Европу, это, в свою очередь, должно привлечь сюда свежие, хорошо подготовленные трудовые ресурсы.

 19-02.jpg

Инфраструктурная неустроенность

По данным Национального рейтинга состояния инвестиционного климата, в топ-20 входит только Новосибирская область, второй год подряд она удерживает 19 место. Системная работа позволила региону за три года подняться с 57 места (в 2015 году). Что же касается остальных субъектов, то за год в рейтинге поднялись лишь пять из них: Республика Алтай — 48-е место (+13 позиций), Кемеровская область — 41-е место (+8), Омская область — 64-е место (+7), Республика Хакасия — 77-е место (+4), Иркутская область — 65-е место (+2). Все остальные по своей инвестиционной привлекательности с треском провалились. Так, Томская область, которая занимала в 2016 году 12-е место, сейчас находится на 34-й позиции (-9 пунктов в сравнении с 2018 годом). Три года подряд итоги рейтинга ухудшаются в Красноярском крае — 74-е место в текущем году (-11 пунктов рейтинга). Алтайский край занял в 2019 году 66-е место, снизившись на 12 пунктов, Республика Тыва — 53-е место (-7 пунктов).

И, конечно, нельзя сказать, что регионы не работают, не ищут инвесторов. Во всех субъектах созданы институты развития. Активно формируется технологическая и административная инфраструктура ТОРы, ТОСЭРы, индустриальные парки и прочее.

Согласно статистике, даже при отсутствии должного инвестиционного климата региональные экономики показывают рост инвестиций, причем чем ниже в рейтинге АСИ, тем выше инвестиции. По данным федерального Минпромторга по итогам I полугодия 2019 года, регионами-лидерами по привлечению инвестиций являются Красноярский край (178,7 млрд рублей), Иркутская и Кемеровская области (150,4 млрд и 130 млрд рублей соответственно). В целом, на развитие экономики и социальной сферы Сибирского федерального округа в I полугодии 2019 года было направлено 699 млрд рублей инвестиций в основной капитал, или 113,1% к уровню соответствующего периода 2018 года. Совокупный объем инвестиций в регионы округа составил 10,4% всех инвестиций России. Удельный вес инвестиций за счет собственных средств составил 64,9%, привлеченных средств — 35,1%, в том числе 3,1% — за счет средств федерального бюджета. И показатели действительно хорошие, единственно, эти цифры в большинстве своем сформированы компаниями-резидентами сибирских регионов, то, что они вложили сами в себя. Новых проектов, реализованных внешними инвесторами, практически нет. Наоборот, наблюдается отток игроков. Компания Mondelez International свернула проект по строительству мультикатегорийного завода полного цикла на территории Промышленно-логистического парка, расположенного под Новосибирском, и выставила свой готовый уже на 90% завод на продажу. В компании объяснили, что не хватило емкости рынка. Еще один пример, когда не угадали с экономической конъюнктурой, — ТОСЭР «Заринск» в Алтайском крае, по сути, был организован под одного якорного инвестора (завод по переработке кожи, компании «Русская Кожа»). Предполагалось, что здесь будет создан целый кожевенный кластер, который включал бы предприятия по производству мебели и кожгалантереи. Но в процессе реализации проекта выяснилось, что такие объемы данной продукции рынку не нужны. И пришлось остановиться только на одном заводе. И в Кемеровской области компания «ПромЭко», начавшая в 2018 году реализацию почти миллиардного проекта на территории ТОР в Новокузнецке, приняла решение об отказе от реализации ранее разработанного проекта создания завода по утилизации крупногабаритных шин.

Причин подобной инвестиционной рассогласованности, конечно, две, участников процесса тоже ведь два — административные проволочки и недостаточная проработка инвестпроектов. По данным АСИ, чтобы подключить новый объект к электросетям в целом по стране требуется около 45 дней, тогда как в Красноярском крае — 108. Похожая история и с регистрацией прав собственности. Так, в Омской области на эту процедуру тратится до восемнадцати дней, что в два раза больше, чем в среднем по стране. А чтобы поставить земельный участок на кадастровый учет, в Иркутской области необходимо ждать 44 дня. «Чтобы в Томской области получить разрешение на строительство, тратится 96 дней, тогда как в Москве или Татарстане — только 58», — резюмирует ситуацию полномочный представитель президента России в СФО Сергей Меняйло.

«Необходимо сделать так, чтобы предприниматели лишний раз не ходили по инстанциям, — говорит и заместитель генерального директора Агентства стратегических инициатив Александр Пироженко. — Нужно развивать межведомственный документооборот, уменьшать количество внеплановых проверок и делать все, чтобы инвесторам не было необходимости ходить по кабинетам».

По словам Дениса Журавского, исполнительного директора Ассоциации индустриальных парков России, готовая инфраструктура, сервисы и поставщики — вот главный дефицит в нашей стране. «Говоря о препятствиях для инвестиций в производственной сфере, я бы не стал зацикливаться только на роли государства. За последние годы государство и так уже много сделало, обеспечив колоссальный прогресс в создании комфортной бизнес-среды. Оглянувшись даже на десять лет назад, можно увидеть, как мы продвинулись в вопросах преодоления коррупции, упрощения разрешительных и юридических процедур, создания административных условий. Когда с нашей Ассоциацией общаются бизнесмены, построившие собственное предприятие в России лет пятнадцать назад, они все в один голос говорят, что мечтали бы о таких условиях, которые есть у нынешних инвесторов», — уточняет Денис Журавский.

О том, что инвестиции не всегда упираются в какие-то административные барьеры, а в самих инвесторов говорит и Валерий Мальцев, независимый эксперт и инвестиционный агент Expert.Pro.Development: «Отечественные инвесторы в своем большинстве слабо подготовлены. Ведь для многих из них инвестирование в производство — несвойственная деятельность. Они же свои собственные деньги часто зарабатывали на торговых операциях, а тут приходится оценивать все риски реального сектора. Есть еще одна категория инвесторов — те, которые в целях инвестиций пытаются «пристроить» деньги банков (неважно, кредитные или акционерные). И тут к слабым инвестиционным компетенциям добавляется еще и чрезмерная профессиональная осмотрительность финансистов».

Также не идет на пользу инвестициям и слабая инженерная проработка инвестиционных проектов. И как только дело доходит до реального воплощения, то инфраструктурные «косяки» ставят проект на «стоп».

«Предоставляя инвестору площадку, ее управляющие, в первую очередь, делают упор на особый статус и льготы, а потом уже на инфраструктуру, которую предполагается создать. А инвестор видит идеальную площадку совсем по-другому: опробованную до него, с готовой инфраструктурой, а лишь потом он задумывается о льготах и преференциях как о дополнительном бонусе. Дело в том, что без льгот завод построить можно, а вот без электричества и газа — нет. И под готовой инфраструктурой понимаются не только электричество и газ, но и дороги, порты, логистика, жилье для сотрудников, гостиницы, социалка — экосистема для жизни», — говорит генеральный директор Агентства стратегических инициатив Александр Пироженко.

Сибирский регион, конечно, инфраструктурно обустроен по-прежнему слабо. Хотя почти в каждом субъекте есть ТОР и ТОСЭРы, и в ряде регионов создаются индустриальные парки, но этого совершенно недостаточно. Так, по словам Дениса Журавского, Ассоциацией индустриальный парков создан сервис квалифицированного подбора площадки по технологическим параметрам. «Сейчас мы адаптируем наш сервис и делаем его доступным для региональных бизнес-сообществ, чтобы раскрыть потенциал локального бизнеса и сблизить его связь с индустриально-парковым движением. Но, к сожалению, нам пока особо нечего предложить инвесторам в Сибири с точки зрения индустриальных парков. Готовые индустриальные парки демонстрируют развитие только, пожалуй, в Новосибирской и Кемеровской областях. Но все это в разы скромнее, чем Урал и Поволжье. Большой нераскрытый потенциал мы видим в Красноярской, Иркутской и Томской областях», — подытоживает Денис Журавский.

 19-03.jpg

Перейти от намерений

Каждому из субъектов СФО необходимо четко сформулировать свою экономическую идентичность и уникальность, но с этой задачей правительства регионов и институты развития пока слабо справляются, все зажаты тисками стереотипов, каждому непременно нужен многомиллиардный проект, сопоставимый с «Силой Сибири», и на этом фоне возникает «Академгородок 2.0» с инвестиционной емкостью 40 млрд рублей или «Енисейская Сибирь» со 137 млрд рублей инвестиций, но мегапроекты рождают мегапроблемы.

К примеру, для обеспечения заявленных в рамках «Енисейской Сибири» 32-х проектов потребуется более 1 ГВт электроэнергии, что весьма затруднительно из-за того, что многие проекты реализуются в труднодоступных районах, где сложно создавать энергетическую инфраструктуру. Проект компании «Интергео» по разработке Ак-Сугского месторождения в Туве расположен в таком месте, где не только нет электричества, но даже дорог. В Корпорации развития «Енисейская Сибирь» подтверждают тот факт, что некоторых инвесторов отталкивает высокая стоимость на технологическое присоединение, которая может достигать 1 млрд рублей.

Большинство проектов в ней все еще находится на стадии намерений, без реальной реализации. Так, в сентябре текущего года проект представляли в Японии, а в октябре — в Германии, но подписанных контрактов из-за рубежа привезено не было, говорилось только об интересе иностранных инвесторов и готовности их к сотрудничеству. И для того, чтобы сдвинуть проект «Енисейской Сибири» от презентаций и намерений к выполнению, администрации края необходимо еще принять ряд законов по региональным инвестиционным проектам и только после этого может начаться движение.

Администрациям сибирских регионов нужно менять парадигму, перестать меряться намерениями инвестировать и начать уже привлекать инвестиции, обратить внимание на средний и малый бизнес. И в этой части федеральный центр довольно четко формулирует свой заказ на высокотехнологичные производства. Для развития подобных проектов пересмотрены нормы для специальных инвестиционных контрактов (СПИК). «Законодательство по СПИК недавно претерпело существенные изменения, в настоящее время действует так называемый режим СПИК 2.0. Его принципиальное отличие от СПИК 1.0 заключается в том, чтобы поддерживать не инвестиции в любые основные фонды, а только в проекты с разработкой и внедрением современных технологий, — поясняет руководитель Сибирского регионального центра КПМГ (Новосибирск) Леонид Козленко. — Нормативная база для нового режима еще до конца не разработана — в частности, не определен порядок отнесения технологий к «современным», и много других аспектов. В такой редакции этот инструмент поддержки станет точечным, будет направлен на поддержку уникальных проектов. Надеемся, что он останется интересным для инвесторов в Сибирском регионе».

Конечно, кроме законодательных инициатив инвесторам нужно объяснить, зачем им нужно реализовывать проект в Сибирском регионе. Экономическую идентичность нужно искать и в целом Сибирскому федеральному округу. Возможно ли на его территории единое экономическое пространство? И каким инвесторам интересен регион для тех, которые ищут выходы на внешние рынки? Но и в этом случае не стоит питать иллюзий о том, что наши товары там ждут.

На внешних рынках от Сибири все еще ждут только сырье. Нет выстроенной ассоциации с высоким качеством «Made in Siberia» относительно промышленных или продовольственных товаров — это только относительно нефти, газа, леса и угля, а с недавних пор — еще и воды озера Байкал как отдельный сложившийся бренд. Ну и, пожалуй, дикоросы. «Расчет отечественных инвесторов сбывать свою продукцию на азиатские рынки чаще всего оказывается наивной надеждой, — констатирует Валерий Мальцев, независимый эксперт и инвестиционный агент Expert.Pro.Development. — К российской продукции за рубежом есть много предубеждений. И они связаны даже не с качеством, а, скорее, с низким уровнем сервиса, который в своем большинстве могут предоставить отечественные производители. Зарубежные компании для сложной продукции (в машиностроении, например) просят заключения контрактов жизненного цикла (КЖЦ). Но навыка в этом у российских производителей нет. А КЖЦ наряду с заключением специальных инвестиционных контрактов — очень важные аспекты современных внешнеэкономических отношений».

Рейтинг 400 крупнейших компаний Сибири в 2018 году

На протяжении последних десяти лет для Сибирского региона пытались сформулировать новые экономически смыслы, не такие приземленные, как просто источник сырья. Всей страной предпринимали попытки слезть с пресловутой нефтегазовой иглы, но на этой игле сидит не только отечественная экономика, на ней сидят все, все кто делает глобальную экономику. В данном контексте для Сибири это хороший вариант развития, который позволяет удерживать внимание федерального центра и рассчитывать на устойчивый поток государственных инвестиций. Запуск газопровода вернул Сибири былые смыслы ресурсного региона, и от них не стоит отказываться, они крепки и наполнены совершенно конкретными профитами (газом и нефтью). Задача — эти смыслы обновить и усилить новыми, которые должны сформировать сами субъекты Сибирского федерального округа.

Новости партнеров

Реклама