Руководство к управлению территорией

Тема недели
Москва, 15.10.2007
«Эксперт Юг» №1 (1)
Председатель правления Национального агентства прямых инвестиций (НАПИ) Игорь Вдовин говорит, что стратегия развития Южного округа, которую до конца года завершит его команда, фактически даст главам субъектов прямые рекомендации, куда лучше инвестировать

— Глава  «Интерроса» Владимир Потанин на встрече с президентом рассказал о ситуации, которая сложилась в Сочи: там планы бизнесменов значительно обогнали инфраструктурные возможности города. Это — основная причина, объясняющая необходимость разработки стратегии развития округа?

— Этот фактор важен, поскольку никто еще не занимался последовательно координацией планов бизнеса и возможностей федерального бюджета. Федеральные программы, действующие на юге России (их более 45), никак друг с другом не связаны, а иногда противоречат друг другу. Эти программы предлагают регионам взять как можно больше денег, однако при этом неясно, как их осваивать. В результате друг напротив друга строятся две больницы — и строятся десятилетиями. Нужно согласовать приоритеты, которые есть у властей и бизнеса. Стратегия — это возможность выработки общего видения того, как должна выглядеть территория через 15 лет. Где здесь интересы капитала, где — государства? Где разрывы этих интересов? В инфраструктуре такой разрыв был всегда. Понимания, какая нужна инфраструктура, не возникает, если непонятно, какой проект в данном месте будет реализовываться. Сейчас, через год после начала работы над стратегией, у нас такое понимание возникает.

Возможность согласовывать планы бизнеса с возможностями федерального бюджета очень серьезно влияет на судьбу проектов. Вот, например, «ГидроОГК». Рентабельность любого проекта в гидроэлектроэнергетике — 13–15%. Учитывая, что это рисковый рынок, инвестиционные фонды интересует доходность в 30% минимум. Как им обеспечить такую доходность? В настоящее время разрабатывается ФЦП «Юг России», по которой работу с объектами инфраструктуры берет на себя государство. В результате у проектов доходность вырастает до 25% и более. Это совсем другая ситуация: мы уже можем выходить на рынок и привлекать деньги под проекты.

— Отдельные территории уже разрабатывают собственные стратегии развития. Почему их недостаточно?

— Мы говорим о крупных проектах, которые могут изменить лицо всей территории. Сегодня одновременно заложены пять крупнейших туристических проектов: Приэльбрусье, Архыз, Мамисон, Красная Поляна, Лагонаки. И по каждому из них нужно вложить несколько миллиардов рублей в инфраструктуру. Но мы не знаем: а люди-то приедут туда? А где мы возьмем нужный поток туристов? Ведь эти проекты в сумме требуют ежедневного пребывания 300 тыс. человек. А за год вырисовывается просто сумасшедшая цифра. Теперь нужно думать: как мы обеспечим этот поток? Те ли направления туризма мы развиваем? Это все проекты не одной территории, а всего Северного Кавказа. И стратегия их реализации должна быть серьезно обдумана, поскольку она затрагивает целый комплекс вопросов. Например, где строить цементные заводы? Сегодня на юге России заложено пять заводов, причем все они в непосредственной близости от туристических объектов. Чем Кавказ привлекает людей? Исключительно своей экологией. Это конкурентное преимущество нужно развивать. А чтобы это можно было делать, цементные заводы, которые отравляют жизнь на сто километров вокруг, надо строить в другом месте.

— Получается, вы занимаетесь свое­образным экономическим зонированием.

— Стратегия, конечно, предполагает специализацию отдельных регионов, но она будет не очень жесткой. Мы смотрели на простую вещь: у нас сегодня крупнейшие инвестиции направляются в отрасли с низкой производительностью труда и минимальной добавленной стоимостью — эту ситуацию надо менять. Мы видим, что в экономике Астраханской области наибольшую роль сыграют нефть и газ. Ростов — крупнейший логистический центр, там все дело только в том, чтобы объединить его возможности: построить новый порт, международный аэропорт, крупный логистический комплекс. Понятен профиль Краснодарского края: с одной стороны, есть проект развития Сочи и всего побережья, с другой — нужно развивать перерабатывающую промышленность, чтобы сохранить сельское хозяйство после присоединения России к ВТО.

— В стратегии вы будете указывать регионам, в какие отрасли вкладывать средства?

— Определение отраслевых приоритетов — очень важный момент. Нам надо повышать эффективность секторов с устойчивыми преимуществами и понять, какие новые перспективные направления развивать. Не секрет, что текущая структура экономики округа неэффективна и обеспечивает занятость населения преимущественно в секторах с низким уровнем производительности труда и добавленной стоимости. Даже по секторам, для которых регионы ЮФО имеют значимые конкурентные преимущества, наблюдаются значительные разрывы по производительности не только с зарубежными, но и с другими российскими регионами. Например, средняя доля производительности в основных областях экономики ЮФО (туризм, транспорт, стройматериалы, пищевая промышленность, машиностроение и торговля) не превышает 14% от производительности в странах ЕС и составляет лишь 60% от общероссийской. В этой связи принципиально важно понять, на какие сектора делать ставку, чтобы изменить существующую ситуацию.

— Каким должен быть масштаб проекта, чтобы он учитывался стратегией?

— Не ниже 2 млрд рублей.

— Насколько гибким будет документ?

— Работа над стратегией должна идти постоянно, документ нужно регулярно дорабатывать — с учетом новых появляющихся проектов. Количество людей, с которыми мы согласовывали проект этого документа, сегодня перевалило за полторы тысячи. Только разработчиков более пятидесяти. Задача в том, чтобы не сделать документ нелепым, бессмысленным и никому не нужным. ВТБ, «ГидроОГК», РАО «ЕЭС России» и мы — никто из сторон, чьими силами стратегия готовится, не заинтересован в том, чтобы плодить бесполезную документацию. Тем более что мы сами же и финансируем эту работу.

— А почему? И во сколько оценивается работа?

— Мы сами финансируем работы, которые нужны в первую очередь не нам, а самим территориям. Работа по разработке стратегии Южного округа оценивается почти в 75 млн рублей. Полпредство в данной ситуации не может быть заказчиком, у этой структуры нет своего бюджета. Оно может быть только вдохновителем — здесь я имею в виду лично полпреда Дмитрия Козака.

— В чем, на ваш взгляд, состоит его вклад?

— Главное — коренным образом изменилось отношение глав регионов к тому процессу, который связан с развитием территорий и привлечением инвестиций. Нет сегодня ни одного губернатора в Южном округе, который бы этому сопротивлялся. Далее, изменилось отношение бизнеса к федеральной власти. После встречи президента с бизнесменами на сочинском форуме в прошлом году Козаку удалось не заставить, не замучить, а так организовать и заинтересовать бизнес, что за год сумма заявленных, зафиксированных соглашениями инвестиций в Кавказ составила 312 млрд рублей. Подчеркну — это то, что было сделано всего за год.

— Как это оказалось возможным?

— С каждым из участников прошлой встречи с президентом — а их было, кажется, 65 — Козак лично встречался за этот год не раз, не два и не три. Не для того, чтобы давить на них, а с целью обсуждения проектов. У нас, скажем, было полторы тысячи проектов, а осталось шестьдесят. Это плод очень серьезных усилий. Каждая жалоба бизнесменов на какие-либо проблемы рассматривалась в оперативнейшем порядке — с регионами, муниципалитетами.

— Кто генерировал такое количество проектов?

— Их предлагали субъекты. Мы оценивали их финансовые модели — у нас были довольно жесткие критерии. Остались в основном проекты крупных компаний, которые в состоянии обеспечить профессиональную экспертизу и собственно реализацию. Следующий шаг — такую же работу провести с проектами среднего масштаба, а затем открыть дорогу малому бизнесу, который должен быть основой экономики.

— А до сих пор что мешало инвестировать в юг России?

—  Удержание территории  было всегда важным фактором, поскольку любому губернатору или главе, которые до последнего времени находились в тесной связи с собственным бизнесом, служившим главным источником обогащения, было не совсем приятно, когда приходил кто-то, с кем нужно играть по правилам. Сейчас ситуация меняется. В обстоятельствах этих изменений много субъективного: она — результат воли и желаний нескольких людей, которых Козак сумел объединить. К сожалению, пока многое основывается на личных отношениях людей и их отношении к делу. Вот это, на самом деле, и пугает. Нет эффективной системы управления инвестиционным процессом — есть личности.

—  За внимание президента к югу России тоже Козака надо благодарить?

—  Думаю, да.

—  Ушел Козак — и что?

—  Вот это вопрос. 

Одна из задач, которые мы решаем в стратегии, состоит в том, чтобы понять, как управлять макротерриторией, где каждый субъект отстаивает свои интересы. Нам ясно, например, что на разных территориях должны применяться различные управленческие подходы — на Северном Кавказе они одни, в Краснодаре другие. Например, в некоторых  Северо-Кавказских республиках, возможно, нужно применять прямое государственное управление крупнейшими проектами, а в Ростовской области и Краснодарском крае в этом нет никакой необходимости. Весь вопрос в том, что везде нужно находить тех, кто возьмет на себя ответственность за результат.

—  Кто это может быть?

—  Не скажу ничего нового — агентства инвестиций и развития. В любой стране, которая борется за потоки инвестиций, сегодня есть специализированные структуры. С одной стороны, они управляют долгосрочным развитием территории, с другой — занимаются оперативной работой, привлекают деньги. Такая структура нужна и в России. На международном уровне страна никак не представлена с точки зрения продвижения. МЭРТ считает, что в сфере привлечения инвестиций нужно создавать государственную корпорацию. Мы считаем, что это путь в никуда, поскольку у такой структуры не будет мотивации, не будет доверия у инвесторов. Но можно применить аутсорсинг этой услуги, государство может платить за выполнение конкретных функций. Так, например, было сделано агентство по привлечению инвестиций в Ростовской области — это некоммерческое партнерство, которое работает по контракту с администрацией области. Есть четкие критерии оценки деятельности. То же самое нужно делать на российском уровне.

У партнеров

    «Эксперт Юг»
    №1 (1) 15 октября 2007
    Интеграция ЮФО
    Содержание:
    ЮФОлогия — наука о соседних землях

    В течение года после призыва президента к бизнесу «присмотреться» к югу России портфель заявленных сюда инвестиций составил более 300 млрд рублей. Роль локомотива в освоении территории взял на себя крупный бизнес

    Реклама