Список жизни

Сергей Кисин
9 февраля 2009, 00:00
  Юг

Более четырёх десятков компаний, работающих или имеющих крупные представительства в ЮФО, вошли в заветный «список 295», включающий тех, кому государство намерено оказывать разностороннюю помощь в условиях кризиса

В конце прошлого года Комиссия по повышению устойчивости развития российской экономики при правительстве РФ утвердила список из имеющих стратегическое значение 295 системообразующих организаций. Почти шестая часть из них работает на юге России. Конкретного плана помощи по отраслям у правительства пока нет, но некоторые общие шаги для помощи ведущим компаниям либо уже сделаны, либо должны быть сделаны в ближайшее время. Чётких критериев отбора в список нет, поэтому эксперты объясняют попадание в него близостью к местным властям, которые поддерживают нужные им компании. В настоящий момент рабочие группы Минэкономразвития, Минфина, Минрегиона, в которые также входят представители уполномоченных банков, ещё только вырабатывают соответствующие преференции для различных отраслей в зависимости от реального положения дел и глубины падения рынка.

В последние три месяца 2008 года представители ведущих отраслевых компаний не покидали правительственные стены в поисках поддержки. Федеральные же власти, сначала как-то неприлично отрицавшие влияние кризиса на отечественную экономику, к зиме спохватились и задумались над спасением тонущей индустрии. Переломным моментом стал визит в Ростов премьера вкупе с ключевыми министрами и выработка радикальных решений по поддержке российского сельхозмашиностроения. После этого правительство, собрав пожелания местных властей, утвердило список из тех самых 295 ключевых компаний, специально оговорив возможность его коррекции.

Спасательный круг

Именно близость к власти определила включение в «список Путина». Понятно, что рядом с губернаторами места всем не хватает

Первыми правительство начало спасать те отрасли промышленности, увольнения в которых к концу года приняли катастрофические размеры, угрожая социальными взрывами. Их экспортозависимость сыграла злую шутку, раньше всего обрушив рынок и потащив за собой смежников из других отраслей. Поэтому основными мерами для их поддержки правительство сочло таможенно-тарифное регулирование.

Первой из отраслей, в отношении которой уже предприняты конкретные шаги, стало сельхозмашиностроение. С конца декабря кабинет министров на девять месяцев ввёл ограничительные пошлины на поставки в Россию импортной сельхозтехники в размере 15% в соотношении не менее 120 евро за 1 кВт мощности двигателя. Одновременно «Росагролизинг» получил в свой уставный капитал дополнительно 25 млрд рублей, что должно было, по идее, позволить распродать в первые месяцы 2009 года скопившуюся на складах производителей, к примеру, затоваренного завода «Ростсельмаш», уже собранную технику (см. «Эксперт ЮГ» № 33 за 2008 год).

С 9 января правительство также ввело сроком на девять месяцев импортные пошлины в размере 15–20% на отдельные виды проката и труб из чёрных металлов. По признанию вице-президента ГК «ЭСТАР» (на Юге представлена Ростовским электрометаллургическим заводом и ломозаготовителем «Ломпром») Сергея Шаповалова, южнороссийские металлурги рассчитывают также на субсидирование процентных ставок по привлечённым кредитам, реструктуризацию налоговой задолженности и государственный заказ.

«Пока среди возможных мер правительство обещает обеспечение госзаказами, вхождение государства в состав учредителей, помощь в предоставлении кредитов через госгарантии, — пояснила “Эксперту ЮГ” финансовый директор ОАО “Энергопром — Новочеркасский электрод­ный завод” (входит в ОАО “Энергопром-Менеджмент”) Ольга Сыровая. — Однако мы сегодня кредитуемся в Сбербанке и без дополнительной государственной помощи, но кассовый разрыв невозможно постоянно замещать кредитами. Со стороны государства сейчас нам субсидируют только ставку по кредитам, взятым под закупку сырья для производства экспортной продукции».

Помогут ли эти меры в конкурентной борьбе с более дешёвой продукцией (в первую очередь украинской), сложно сказать. По крайней мере, более половины соседних метзаводов уже несколько месяцев стоят. Таможенные барьеры позволят российским и украинским метизам приблизительно сравняться в цене, а качество отечественной продукции низкого передела и в лучшие времена было более высоким и выигрышным для потребителей.

Есть уже чем похвалиться и химикам. У руководства МХК «ЕвроХим» (владеет в ЮФО рядом предприятий по производству азотных и минеральных удобрений) существует предварительная договорённость с Минпромторгом РФ о предоставлении холдингу долгосрочного кредита на льготных условиях в размере 10 млрд рублей для реализации проекта строительства ГОК на базе Гремячинского мес­торождения калийных солей (Волгоградская область) общей стоимостью 85 млрд рублей.

В конце января от химиков в Минпромторг дополнительно поступили предложения по отмене экспортных пошлин на минеральные удобрения и созданию корпорации по производству сырья для мин­удобрений. Предполагается, что правительство РФ, получающее весомый доход от экспорта удобрений, пойдёт навстречу химической промышленности, предоставив ей хотя бы временные таможенные послабления ради сохранения позиций на мировом рынке.

Очередь жаждущих

В очереди за преференциями стоят и несколько ведущих компаний из других отраслей, в отношении которых государство ещё не определилось с мерами по поддержке. Слишком уж разные у них потребности и пожелания насчёт вмешательства федерального центра — от субсидирования процентной ставки по кредиту до участия государства в капитале компаний. При этом одни «списочные» компании благодаря мощным собственникам в состоянии обойтись вовсе без государственной помощи, другие же могут её вообще не дождаться из-за ошибочной стратегии собственных менеджеров.

По словам заместителя генерального директора ЗАО «Трансмашхолдинг» (ТМХ, владеет Новочеркасским электровозостроительным заводом) Анатолия Мещерякова, «в настоящий момент правительством ещё не определены конкретные формы поддержки ТМХ, однако для себя наиболее полезным холдинг считал бы помощь в компенсировании процентных ставок по привлечённым для развития предприятий кредитам и сохранение уровня заказов, намеченного для ОАО РЖД — основного потребителя продукции “Трансмашхолдинга”».

Обеспечение госзаказом является главным и для предприятий энергетического машиностроения. В частности, как заявил «Эксперту ЮГ» президент ОАО «ЭМАльянс» (владеет таганрогским «Красным котельщиком») Тимур Авдеенко, «наиболее важным, на наш взгляд, представляется формирование крупного долгосрочного заказа с участием государства для российских энергомашиностроительных предприятий при корректировке Генеральной схемы размещения объектов энергетики до 2020 года. Это может стать главным инструментом поддержки отрасли в целом». Кроме того, по мнению г-на Авдеенко, государство также может посодействовать импорту современных технологий, обеспечивая при этом размещение производства основного энергетического оборудования на территории России. В частности, энергетики надеются на максимальное снижение таможенных сборов на импортное оборудование, аналогов которого в России не производят (газовые турбины большой мощности).

Энергетики ожидают от государства в качестве поддержки не только льготных кредитов для реализации инновационных проектов, но и большего участия в тарифном регулировании. По мнению начальника центра проектных разработок и экспертизы ТГК-8 Сергея Гончарова, «если рынок электроэнергии в настоящее время частично либерализован, то рынок энергии тепловой остаётся сферой жёсткого государственного регулирования. Поэтому государство, находясь между Сциллой социальной политики и Харибдой успешности бизнеса ТГК, в полной мере может влиять на экономическую ситуацию в ТГК». Впрочем, в ТГК признают, что в какой-то мере могут обойтись и без поддержки государства.

«В случае необходимости нашу компанию поддержит в первую очередь ЛУКОЙЛ, — уверен г-н Гончаров. — Как стратегический инвестор, именно он обеспечит нашей компании необходимую финансовую поддержку, а если понадобится, то и кредитование».

Однако, как в случае с претендующими на господдержку предприятиями ОПК, правительство собирается вычеркнуть из списка те компании, которые оказались в сложной ситуации из-за ошибок собственного менеджмента. Как раз в этом ключе Владимир Путин вёл в середине января совещание в Королёве, где находится головное предприятие оборонного холдинга «Тактическое ракетное вооружение» (ТРВ), в который входят таганрогский «Красный гидропресс» и азовский АОМЗ. По мнению генерального директора ТРВ Бориса Обносова, оборонщики хотели бы получить налоговые льготы, «длинные и дешёвые деньги» для предприятий, которые продолжают вкладывать средства в развитие своих компаний.

Когда именно и в какой форме эти предприятия получат помощь, видимо, решится к весне. Не исключено, что во многих случаях правительство, за многочисленностью жаждущих, просто ограничится так называемым «мониторингом ситуации».

За бортом

В правительстве не озвучивали критерии отбора в «список Путина», ограничившись термином «системообразующие», который можно трактовать достаточно вольно. Что, собственно, уже вызвало ряд вопросов. К примеру, почему в заветное число не попал такой крупный агрохолдинг, как «Астон», контролирующий почти 10% оте­чественного рынка подсолнечного масла, а группа «Юг Руси», игрок того же рынка, чьи объёмы сопоставимы с атоновскими, — попала? Почему «несистемообразующей» признана группа «МАИР» (Сулинский и Георгиевский метзаводы в ЮФО), являющаяся крупнейшим в Европе сборщиком металлолома, а «ЭСТАР» оказался системообразующим? Почему в списке нет Азово-Донского пароходства, одного из ведущих в России по грузообороту? Каким образом обошли владикавказское ОАО «Победит», одно из ведущих предприятий по производству продукции из вольфрама, молибдена и твёрдых сплавов? Можно привести ещё десяток не менее красноречивых примеров.

Предполагается, что, за исключением знаковых для государства компаний, остальные вошли в заветный список с подачи региональных властей, имеющих особые отношения с местными бизнес-элитами. Во многом именно близость к власти, имеющей свой подход к правительственным кругам, и определила включение или невключение в «список Путина». По крайней мере, именно первые лица регионов ЮФО рука об руку с представителями определённых компаний ходили на приём к управляющим филиалами крупнейших госбанков, лично ходатайствуя о выделении именно этим компаниям кредитов. Понятно, что рядом с губернаторами места всем не хватает.

«Трудно объяснить странности выбора чем-либо иным, кроме влияния деловых связей, налаженных между чиновниками и коммерческими структурами, — считает генеральный директор ростовской компании “Альянс Мажор” Александра Ромашова. — Речь вовсе не обязательно идёт о прямой коррупции, просто чиновники — тоже люди. Многие из них — выходцы с конкретных производственных предприятий. Выбирающим предоставлены настолько широкие возможности для комбинации мотивов и критериев, что можно говорить почти о полной свободе выбора. А поскольку никакой серьёзной экономической политики в регионе всё равно нет, нет и формального повода для упрёков в неправильном выборе».

Впрочем, президент «МАИРа» Виктор Макушин заметил «Эксперту ЮГ», что не жалеет о том, что его компания не попала в список. «Ещё неизвестно, дадут денег или не дадут, будет ли реальная помощь или нет — отчёт за это спросят более чем строго. Зато совершенно точно это приведёт к установлению более глубокого контроля над предприятиями, что не пойдёт на пользу бизнесу», — уверен он.

«Многие присутствующие в списке вообще не нуждаются ни в какой помощи, и, скорее всего, справятся с кризисом собственными силами, — уверен директор ростовского филиала ООО “АТОН” Андрей Орехов. — Кроме того, правительство не раз подчёркивало, что список не окончательный, а это значит, что любое бедствующее предприятие может подать заявку на получение госпомощи. Получит оно эту помощь или нет, каждый раз будет решаться в индивидуальном порядке».

Именно оставленная пока открытой возможность попасть в «список Путина» заставляет в данный момент ряд крупных отраслевых игроков открыто не высказывать недовольство своим отсутствием в числе 295: ведь у них остаётся шанс быть включёнными в него в ближайшие месяцы. Кроме того, вполне вероятно, что за предполагаемую сегодняшнюю помощь в ближайшем будущем государство потребует от «списочных» компаний либо утраты определённой доли независимости, либо повышенного контроля за использованием госсредств — это может лишить предприятия привычной уже для них самостоятельности и возможностей для стратегического манёвра.