Как это есть по-олимпийски?

Николай Проценко
12 октября 2009, 00:00
  Юг

Несмотря на серьёзное падение импорта, можно говорить об активизации интереса иностранного бизнеса к югу России. Хотя главный потенциальный локомотив роста в регионе — олимпийский проект — по-прежнему остаётся для иностранцев тёмной лошадкой

Как и следовало ожидать, результатом девальвации рубля стало существенное падение импорта: по данным Южного таможенного управления, за первое полугодие 2009 года стоимость импортируемых товаров составляла только 55,5% от показателей прошлого года, а их объём «просел» ещё больше — на 49,5%. Однако в структуре импорта произошли существенные изменения. Прежде всего, серьёзно выросла доля ввоза продовольствия на фоне резкого падения продукции машиностроения, химической промышленности, металлов и т. д. — по стоимости импорт продуктов питания упал всего на 8,4%, по весу на 13,1%, причём по таким позициям, как фрукты, овощи, табак, жиры и масла, живые животные, объёмы импорта даже выросли. Соответственно, в структуре импорта увеличилась доля стран-экспортёров продовольствия.

Среди основных тенденций посткризисного развития импорта наблюдатели отмечают значительный рост интереса к югу России со стороны азиатских стран, главным козырем которых остаётся дешевизна их продукции. Если 150 лет назад классики марксизма говорили, что дешёвые европейские товары пробьют любые китайские стены протекционизма, то теперь эти стены штурмуют, наоборот, азиаты.

Инвестиции не иссякли

По статистике прямых иностранных инвестиций Южный округ по-прежнему остаётся последним в России, хотя динамика по Краснодарскому краю и Адыгее в 2007–2008 годах вполне оптимистичная, а из заявленных до кризиса крупных инвестпроектов с участием иностранцев ни один не свёрнут — в крайнем случае, речь идёт о переносе сроков реализации. Однако в этом списке доля проектов, анонсированных уже после начала кризиса (см. таблицу), не так велика, наиболее же дорогостоящие проекты (в первую очередь в энергетике) были заявлены до сентября 2008 года. 

Между тем, деловая активность иностранцев на юге России в связи с кризисом не снизилась — достаточно посмотреть на календарь деловых мероприятий с участием зарубежного бизнеса и на активность совместных торгово-промышленных палат. В апреле в Ростове и Краснодаре проводился ита­ло-российский инвестиционный фо­рум, в преддверии которого группа итальянских компаний во главе со строительным холдингом Todini Costruzioni Generali объявила о намерении вложить 600–700 млн евро в строительство двух гостинично-торговых комплексов в Сочи — по сути дела, это была первая иностранная заявка на инвестиции в олимпийскую инфраструктуру. Ещё один гостиничный проект стоимостью 178 млн долларов — четырёхзвёздочная гостиница «Армения» в Имеретинской низменности — будет реализован ГК «Бамо» при поддержке правительства Армении. В августе на базе компании «Белавтомаз» открылся торговый дом Белоруссии в Ростовской области. На Сочинском инвестиционном форуме Ростовская ТПП подписала соглашение о сотрудничестве с Российско-французской ТПП, в конце года ожидается большая делегация предпринимателей из Франции. В сентябре-октябре Юг посетили швейцарцы и македонцы, в мае следующего года планируется крупное мероприятие Финско-российской торговой палаты.

«Основная тенденция на сегодняшний день такова: зарубежный бизнес преодолел этап “присмотреться” и выходит на уровень сотрудничества с малыми и средними предприятиями юга России, — резюмирует Наталья Потапова, директор регионального центра “Южный” КМБ БАНКа (группа “Интеза Санпаоло”).  Помимо итальянцев, активно стал интересоваться Югом немецкий, австрийский, швейцарский, бельгийский бизнес».

«Не так давно несколько швейцарских банков подтвердили свою готовность осуществить ряд проектов в ЮФО, — утверждает Виталий Иванов, генеральный директор компании InCoSwiss AG. — Есть также предложения от швейцарских компаний, которые готовы работать здесь или заинтересованы в нахождении партнёров для продвижения своей продукции. Главное преимущество швейцарского бизнеса, в частности, банков — это возможность инвестиций в долгосрочные проекты и, соответственно, предоставление “длинных” денег, которые российские банки обеспечить не могут. Конечно, у швейцарцев существует масса стереотипов относительно России, но сама возможность войти на российский рынок с его возможностями и ресурсами, в том числе земельными и кадровыми, для них весьма привлекательна».  

«Наиболее привлекательными от­расля­ми для иностранных инвесто­ров в ЮФО являются топливно-энер­гетический комплекс, удельный вес которого составляет до половины от общего объёма накопленных зарубежных инвестиций, а также пищевая промышленность, менее других пострадавшая от финансового кризиса, — считает Илья Саттаров, директор региональной дирекции банка BSGV по Южному федеральному округу. — Эти тенденции соответствуют общероссийским и объясняются тем, что данные отрасли имеют гарантированный спрос как на внутреннем (пищевая промышленность), так и на внешнем рынке (ТЭК). Отрасли, ориентирующиеся только на внутренний рынок и испытавшие падение спроса, обладают существенно меньшей инвестиционной привлекательностью».

В ожидании сигнала

«В случае с олимпийским проектом французские компании и инвесторы, на мой взгляд, ждут инициативы со стороны российских властей, — говорит Павел Шинский, гендиректор Французской торгово-промышленной палаты в России. — Сигналом к действию мог бы стать крупный приём потенциальных французских инвесторов на уровне президента страны или главы “Олимпстроя”. Сейчас у европейцев нет ощущения, что их в Сочи действительно ждут: складывается впечатление, что в России очень любят иностранные инвестиции, но не слишком привечают самих инвесторов. Всем известно, что при наличии политической воли в России всё делается легко и быстро, но относительно Олимпиады у французских бизнесменов пока слишком много вопросов».

Эта реплика вполне отражает общую точку зрения иностранцев на происходящее в Сочи. На сегодняшний день иностранцы участвуют в олимпийском проекте разве что в качестве субподрядчиков (например, немецкая Drees & Sommer, получившая субподряд в генпроектировании олимпийского парка) и поставщиков оборудования (на олимпийских стройках, к примеру, используется строительная техника британской компании JCB, немецких тоннелестроителей Herrenknecht).

Что касается более крупных форм участия, то пока можно говорить лишь о разведывательных мероприятиях: стартовыми площадками для вхождения иностранного бизнеса в сочинский проект, а вслед за ним и на юг России в целом, постепенно становятся зарубежные экономические представительства — за последний год в Сочи открылись три такие структуры. Первой ласточкой стала австрийская экономическая миссия, что было вполне прогнозируемо: после победы Сочи над Зальцбургом в отборочном конкурсе многие австрийские газеты вышли с заголовками «Олимпиаду в Сочи выиграла Австрия». Во время недавнего инвестиционного форума, где наиболее представительными иностранными делегациями были итальянская и финская, прошла презентация ещё двух подобных проектов. Итальянский Институт внешней торговли и Сочинская ТПП открыли Информационно-деловой центр Италии, а финны провели презентацию консорциума SOFI Oy, который объединил порядка 30 компаний, заинтересованных в выходе на южнороссийский рынок: офис этой организации также появился в Сочи. Иными словами, зарубежные бизнесмены по-прежнему возлагают на сочинский проект большие надежды, и когда пресловутый «сигнал» сверху будет подан, между ними развёрнется серьёзная конкуренция: практически все иностранцы называют одни и те же сферы, где они готовы бороться за подряды — это, как правило, инфраструктура и технологии. 

Есть, впрочем, и скептические мнения насчёт участия иностранных компаний в олимпийском проекте. «Последний случай, когда страна смогла действительно заработать на Олимпиаде — Игры в Лос-Анджелесе в 1984 году; после этого Игры приносили их спонсорам чистый убыток, — поделился мнением представитель швейцарской делегации. — Наши французские соседи до сих пор расплачиваются за Олимпиаду в Альбервиле, а швейцарские компании, поддерживавшие Евро-2008, в лучшем случае сработали в ноль, хотя с точки зрения имиджа это, конечно, сильное вложение».