О чёрном ящике Олимпиады

Владимир Козлов
генеральный директор аналитического центра «Эксперт Юг»
21 марта 2011, 13:09
  Юг

Президент Дмитрий Медведев невольно предпринял попытку взлома олимпийской реальности. Думается, что это начало большого процесса, который при радикальном сценарии развития политических событий может развернуться уже к концу года.

Помощник президента, начальник контрольного управления Константин Чуйченко 15 марта доложил своему шефу о результатах проверки эффективности расходования средств на модернизацию ЖКХ и строительство олимпийских объектов в Сочи. Формально похвалив правительство за экономию, он указал на один «не очень приятный фактор» — цены на песчано-гравийную смесь и щебёнку, которые в среднем по России составляют 250–400 рублей за тонну, на олимпийских стройках выросли с заложенных в бюджете 360 рублей до 800. Чуйченко говорит, что на территории Краснодарского края имеются карьеры, которые не в полной мере используются, тогда как этот стройматериал зачастую доставляется либо водой, либо железной дорогой — отсюда и другая стоимость.

По результатам проверки председателю правительства дано поручение определить обоснованную стоимость строительных материалов и привлечь к дисциплинарной ответственности лиц, которые допустили такой взлёт цен. Такое же поручение по ходу разговора Медведев попросил дать и генпрокурору. Расклад, выходит, таков: прокуратуре поручили проверить действия правительства, о которых заранее известно, что они, скажем так, неоптимальны.

Нет слов, предолимпийская подготовка — отличный пример крупного строительного проекта, которые осуществляется государством в сжатые сроки. Скоростью и масштабом он потрясает даже представителей Международного олимпийского комитета и самого премьера Владимира Путина. За 2010 год закончено 40% строек с общим бюджетом под триллион рублей. Масштаб и скорость реализации проекта таковы, что одинаково незаметны ни смены глав Олимпстроя, ни увеличение стоимости щебня. Олимпиада-2014 прёт напролом. Если послушать экологов — то и в прямом смысле тоже.

Предолимпийская подготовка для нас превратилась в олимпийский вид спорта. При этом она как-то сама собой заимствовала у спорта поэтику благородного героизма и самопожертвования. Во всех стройках присутствует обязательный элемент геройства — того, на что по другому поводу не пошли бы никогда. Чего ради, спрашивается, «Газпром» бурит специальный тоннель, в который должна уйти выходящая со дна моря на сушу труба газопровода Джубга — Лазаревское — Сочи? Да всё для того, чтобы показать себя всему миру. Чтобы пробежать свою дистанцию предолимпийской подготовки с лучшим в мире результатом, побив мировой рекорд, который долгие десятилетия штурмуют неудачники.

О, как же заразителен этот стиль! Он стоном блаженства отдаётся в сердцах, успевших хапнуть комсомола. Правда, при этом как-то вспоминается и жалкий Веничка Ерофеев, ищущий на свете уголок, в котором не каждый день есть место подвигу.

Но начни копаться в олимпийских стройках — и всплывает целый ряд фактов, разбирать которые сейчас никому не интересно. Например, в конце февраля заявлено о том, что в Адлерском районе Сочи подготовлена площадка под гостиничный комплекс уровня четырех «звёзд» на 700 номеров. Самое интересное — инвестором проекта выступает один из основных подрядчиков олимпийских строек — НПО «Мостовик». Эта сибирская структура специализируется на мостах и коллекторах — что она делает в гостиничном бизнесе? Не логично ли предположить, что инвестиционные обязательства — это такая общественная нагрузка за благоволение госструктур? Может, там и факты принуждения имеют место?

Перспективная тема — использование олимпийскими стройками ресурсов региона. Мы в прошлом году, например, убедились, что кадровым резервом Олимпиады являются скорее таджики, чем безработные ингуши. Кубанский неиспользуемый карьер — это такой образ. Образ невостребованности ресурсов региона в крупнейшем проекте страны, реализуемом на его территории. Думается, что список этих образов со временем можно будет продолжить. Сейчас — некогда: работа не ждёт.

А вот сходящие с ума экологи из «Экологической вахты по Северному Кавказу» или экологической группы «Беллона» — их для официальных лиц как будто не существует. А они ведь говорят том, что большинство олимпийских строек ведётся без экологической экспертизы — и ссылаются на конкретные документы Росприроднадзора. Однако в параллельной — героической — реальности представители МОК хвалят сочинский проект как раз за сильную экологическую составлющую. Увы, предолимпийская подготовка — это отличный пример строек, но не взаимодействия с общественными силами в регионе. Все проблемы обсуждаются только в закрытом режиме. Наружу выносятся лишь сюжеты спора хорошего с лучшим. А это — идеальная почва для подозрений.

Первым человеком, у которого возникли некоторые подозрения, кажется, стал Дмитрий Медведев. Сначала он усомнился в том, что голосование в прямом эфире Первого канала за символ сочинской Олимпиады было справедливым, — больно уж оно, по мнению президента, расходилось с голосованием в интернете. Это было диагностически точное замечание. Реальность тотального подвига чужда интернет-сообществу, которое особо не заразишь бодрящей клюквой. А для Медведева — это с самого начала условно своя аудитория.

И вот теперь в руках у президента оказались некоторые факты. И давайте допустим, что, с учётом совершенно закрытого характера ведения олимпийских дел, фактов может оказаться гораздо больше. Даже мы со стороны видим, что медийная реальность подвига и жизненная реальность будней в случае с Олимпиадой в Сочи соприкасаются не повсеместно. И везде, где они не соприкасаются, могут быть найдены самые злостные преступления. Если допустить, что Медведев и Путин действительно сойдутся к концу года в открытой борьбе за народные голоса, то Олимпиада может стать неисчерпаемым источником компромата на премьера для команды медведевских идеологов.