Актуальные оппозиции экономики Северного Кавказа

Спецвыпуск
Москва, 12.09.2011
«Эксперт Юг» №35-36 (175)
Развивать туризм или промышленность, за частные деньги или за федеральные, открывать регион всем или избранным, надеяться на иностранцев или на местный бизнес, — таков основной выбор, стоящий сегодня перед властями СКФО. За одной дверью, как водится, угроза стагнации, за другой — возможность развития

Фото: ИТАР-ТАСС

Для тех, кто наблюдает за СКФО издалека, здесь не меняется почти ничего — на деле, начиная всматриваться в иную территорию, не успеваешь уследить за её развитием. Прошлый год стал годом вдруг возникших грандиозных перспектив самого молодого округа. Однако в экономике тех, кто лишь на них и понадеялся, не изменилось почти ничего. Максимальные изменения — в тех территориях, которые попытались увязать все уровни господдержки инвестора, достроив региональную часть инвестиционной вертикали власти. Практическая работа внесла ряд корректив в достаточно абстрактные прошлогодние замыслы.

Свой или чужой

Появление на Северном Кавказе значительного количества иностранных делегаций обращает на себя внимание. Уже есть и контракты — в июне на Санкт-Петербургском экономическом форуме подписано соглашение между ОАО «Курорты Северного Кавказа» и французским национальным банком Caisse des Depots et Consignations о создании совместного предприятия, которое будет заниматься строительством горнолыжной инфраструктуры в северокавказских республиках.

Появление иностранцев — хороший признак. Привлечение международного капитала, безусловно, — мечта как федеральной, так и региональной власти. У тех и у других сегодня может возникнуть желание сосредоточиться именно на привлечении иностранцев. «Регион действительно интересен тем группам, которые активно инвестируют в Африке, — они говорят, что там риски гораздо выше, чем на Кавказе, а при имеющемся у них уровне управления рисками наличие в СКФО инструментов государственной поддержки делает регион инвестиционно привлекательным», — поясняет управляющий партнёр пятигорской инвестиционно-консалтинговой компании AV Алексей Крыловский. Сегодня совместные с иностранцами проекты уже реализуются практически в каждом субъекте округа. Среди крупнейших — автопроизводство консорциума «ИНТРАЛЛ» с участием польских компаний и дагестанское производство сахарной свёклы по технологии американской Amity International с финансированием Экспортно-Импортного банка США. В дальнейшем можно ожидать увеличения числа подобных проектов.

Однако привлечение иностранных инвесторов не должно становиться самоцелью, поскольку главным всё же является социально-экономическое развитие Северного Кавказа, что требует прежде всего активизации местного бизнеса. Этому должно способствовать создание в большинстве субъектов СКФО агентств инвестиционного развития (АИР), которые, как показывает практика их деятельности, в первую очередь ориентированы именно на использование внутренних ресурсов. Например, в Кабардино-Балкарии местное АИР занималось формированием портфеля инвестпредложений муниципальных образований республики, а в Северной Осетии соответствующее агентство готовило заявки по проектам, претендующим на получение госгарантий. Большая часть резидентов в индустриальных парках Ставропольского края — предприятия, которые уже присутствуют в регионе.

Туризм или промышленность

Ещё в начале прошлого года, когда вместе с созданием СКФО возобновилась дискуссия о путях развития Северного Кавказа, промышленность едва фигурировала в списке приоритетов. Однако уже тогда представители отдельных субъектов — например, Карачаево-Черкесии — говорили, что масштабные проекты в туристической сфере не должны снимать вопрос об индустриализации Северного Кавказа. Такого рода эксперты, похоже, были правы — в этом году мы увидели поток заявленных в регионе индустриальных проектов, прежде всего на Ставрополье и в Дагестане.

Как уже показали первые шаги по созданию туристического кластера СКФО, превращение Кавказа в регион «тотального туризма» — процесс, очень растянутый во времени. Появление современных горнолыжных курортов — это лишь его завершающая стадия, которой будет предшествовать этап создания необходимой инфраструктуры, а на это уйдут годы. В презентации ОАО «Курорты Северного Кавказа» начало строительных работ датируется 2014 годом, а самые крупные курорты — Мамисон, Эльбрус-Безенги и Лагонаки — будут полностью построены только к 2019 году.

На этом «долгоиграющем» фоне точечные индустриальные проекты не требуют, во-первых, крупномасштабной инфраструктурной подготовки, во-вторых, столь существенных инвестиций, в-третьих, что особенно важно для Северного Кавказа, значительного количества специально подготовленного персонала. Вкупе с обещанными правительством госгарантиями и пакетами региональных преференций, которые сегодня предлагает инвестору едва ли не каждый субъект СКФО, это сулит быстрый результат. Немаловажный момент: Северный Кавказ не относится к числу старопромышленных регионов, где осталось тяжёлое наследство в виде предприятий, подлежащих коренной модернизации, поэтому здесь можно быстро развернуть новую промышленность, отличительной чертой которой является мобильность. В отличие от индустриальных гигантов прошлого, которые и выпускали продукцию, и были центром социальной жизни, современное промышленное предприятие можно смонтировать за несколько месяцев и столь же легко свернуть или перепрофилировать без катастрофических социальных последствий. Поэтому зарождающаяся в регионах СКФО, прежде всего на Ставрополье, промышленная политика изначально ориентирована на создание промпарков, состоящих из небольших предприятий, а если речь идёт о крупных проектах типа автопроизводства консорциума «ИНТРАЛЛ», то кластерный подход закладывается в их внутреннюю структуру.

Личности или система

Сейчас в СКФО условно можно выделить борьбу между двумя подходами к процессу привлечения инвестиций. На одном полюсе — Дагестан и Чечня, у которых есть реальные успехи. Они складываются из двух принципов — успешное подключение к федеральному финансированию плюс договорённости с богатыми уроженцами республик. В Чечне действует программа послевоенного восстановления экономики, а в прошлом номере мы писали о проекте «Ведучи», который реализуется выходцем из республики Русланом Байсаровым. В Дагестане резко активизировался Сулейман Керимов, выразивший готовность спонсировать проведение в республике юношеской Олимпиады 2018 года, а инициаторами одного из крупнейших инвестпроектов региона, «Лазурный берег», с бюджетом в несколько десятков миллиардов рублей значатся несколько физических лиц. Тем же путём может пойти и Ингушетия, которая получила, с одной стороны, федеральную целевую программу, с другой — проводила переговоры со своим земляком, бизнесменом Михаилом Гуцериевым.

На другом полюсе — Ставропольский край и, по нашему мнению, Кабардино-Балкария и Северная Осетия-Алания. Здесь, хотя и в ручном режиме, но создаётся система работы с любым инвестором. Нужно заметить, что не всякие власти готовы работать в ручном режиме, поскольку он требует наличия слаженной активной команды на инвестиционном фронте, а не просто одного влиятельного человека. На примере Ставрополья видно, что система, построенная вокруг идеи региональных индустриальных парков, обустройство которых власти готовы брать на себя, уже формируется, а количество индустриальных парков увеличивается. Этот опыт можно и нужно использовать в республиках. Ничто не мешает устанавливать связи с именитыми выходцами с Кавказа, но системного результата, пробуждающего инициативу местного бизнеса, трудно добиться в индивидуальных договорённостях даже с главными героями списка Forbes.

Чьи должны быть гарантии

Ближайший год станет для СКФО во многом переломным — именно он покажет, насколько эффективна система госгарантий. В этом году их сумма довольна внушительна — 50 млрд рублей, но явно недостаточна для реализации всех имеющихся в регионе реальных инвестпроектов; в одном только Дагестане их почти 40. Как говорят чиновники, отвечавшие за подборку проектов, бизнес в этом году ещё не раскачался — кто-то просто не знал о гарантиях, кто-то поздно среагировал, кто-то не поверил. Поэтому реальный опыт работы этого механизма будет определять его дальнейшую судьбу.

Однако есть ещё одна проблема, которая также предстала во всей своей масштабности именно при подготовке региональных заявок по госгарантиям. Речь идёт о слабой залоговой базе северокавказского бизнеса, чаще всего недостаточной для банков, — об этом в один голос говорят и чиновники, и инициаторы проектов. Показателен пример владикавказского инновационного предприятия «Баспик». Несмотря на то, что проект его развития поддержал на одном из инвестфорумов в Сочи лично премьер-министр Владимир Путин, при заявке проекта на госгарантии проблемы возникли как раз на уровне банков. Выяснилось, что у них просто нет адекватных инструментов оценки интеллектуальных активов, которые определяют капитализацию инновационного бизнеса в значительно большей степени, чем недвижимость и прочая «матчасть». В определённой мере решению проблемы может способствовать формирование региональных залоговых фондов с передачей их в управление тем же АИРам. На Юге такой фонд, например, уже создан в Астраханской области. Это реальный инструмент развития, эффективность использования которого всецело находится в руках региональных властей.

«Первый значимый всплеск инвестиций будет в 2014 году»

Успеха в привлечении инвестиций добьются те регионы СКФО, которые смогут убедить инвестировать прежде всего местную бизнес-элиту, считает Моисей Фурщик, управляющий партнёр компании «ФОК» (Финансовый и организационный консалтинг).

— Что вы считаете прорывом в сфере привлечения инвестиций в СКФО за последний год?

— Я бы особенно отметил заявление Сулеймана Керимова о намерении осуществить масштабные инвестиции в туристическую отрасль Дагестана. Если эти планы претворятся в жизнь хотя бы на 50 процентов, то это станет знаковым событием не только для республики, но и для всего Северного Кавказа.

— Какие территории СКФО, кроме Ставропольского края, сегодня могут быть отмечены как инвестиционно активные?

— Высокой инвестиционной активностью отличается Чеченская Республика. Но пока это в основном бюджетные инвестиции. В целом почти во всех регионах вырос интерес к инвестиционной тематике, но катастрофически не хватает по-настоящему проработанных проектов.

— Считаете ли вы, что главной проблемой привлечения инвестиций на Северный Кавказ является непривлекательный имидж территории? Или непрофессионализм региональной власти в работе с инвесторами ещё хуже?

— Для иностранцев ключевым фактором становится общий негативный имидж территории. Но для российских, а особенно местных инвесторов на первый план выходят взаимодействие с органами власти, их умение создать привлекательные условия для инвестиций. А пока такие навыки у региональных властей на Северном Кавказе далеки от совершенства, хотя наметились изменения к лучшему.

— Насколько, по вашему мнению, тиражируема идея создания индустриальных парков в республиках Северного Кавказа? Что мешает этому?

— В принципе создание индустриальных парков актуально для любой из республик Северного Кавказа. Однако сейчас тут существует замкнутый круг. Власти не предпринимают активных действий, не имея готовых инвесторов. А инвесторы не могут вступать в реальные переговоры, не видя практических усилий властей по выделению и инфраструктурному обустройству соответствующих земельных участков. Наверное, более реально разрывать этот порочный круг со стороны властей, хотя это и несёт определённые риски неэффективного использования бюджетных средств. Но иначе вопрос и вовсе вряд ли решится.

— За минувший год на Северном Кавказе появилось несколько иностранных компаний. Может ли территория пользоваться успехом у инвесторов, привыкших работать не в самых благополучных регионах мира?

— Нельзя рассчитывать на то, что в ближайшие годы иностранные инвесторы станут мотором развития экономики Северного Кавказа. Пока не пойдут массовые вложения в регион со стороны богатейших выходцев из северокавказских республик, остальные инвестиции будут либо эпизодическими, либо политическими. Местные жители всегда более терпимы к локальным рискам, поэтому иностранные инвесторы внимательно следят за их поведением и редко вкладываются в регион первыми.

— Могли бы вы оценить, снижается ли острота проблемы коррупции на Кавказе или нет?

— Обычно масштабная и успешная борьба с коррупцией сопровождается громкими отставками, судебными процессами и широким обсуждением в СМИ конкретных коррупционных скандалов. Однако пока на Кавказе всплеска такого рода новостей не отмечается. Поэтому вряд ли можно говорить о существенном снижении остроты проблемы. С другой стороны, позитивным фактом является то, что этот вопрос стал общепризнанным, а его решение вошло в число приоритетных задач.

— Какой вам видится динамика инвестиционной активности в СКФО на ближайшие годы? На какой период придётся первый значимый всплеск?

— Первый значимый всплеск при оптимистическом развитии событий произойдёт в 2014 году. Раньше – вряд ли, так как сейчас не ощущается существенного роста заказов в области проектирования, которое должно предшествовать строительству и занимает не меньше года. Следующая волна в таком случае может пойти в 2018-2019 годах, когда более консервативные инвесторы увидят первые результаты от всплеска инвестиций 2014-2016 годов. Эта волна вполне может быть в два-три раза выше предыдущей.

У партнеров

    «Эксперт Юг»
    №35-36 (175) 12 сентября 2011
    Инвестпроекты ЮФО-2011
    Содержание:
    Побеги нового содержания

    Исследование крупнейших инвестпроектов ЮФО этого года показывает, что ресурс роста государственных вложений в регион практически исчерпан, а объёмы частных инвестиций в посткризисный период пока растут весьма сдержанно. Зато в нынешнем году резко увеличилось число небольших проектов — вслед за гигантами потянулись середнячки

    Реклама