Вино с точки зрения водки

P.S.
Москва, 28.05.2012
«Эксперт Юг» №21 (210)

Через месяц вступают в действие внесённые ещё в июле прошлого года поправки в закон «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции». Они вводят новую классификацию вина и винной продукции. Намерение, по своей сути, благое — сейчас под этикеткой «вино» можно купить что угодно, а новая классификация, по идее, должна приблизить наше законодательство к стандартам Евросоюза, где очень строго прописано, что является вином, а что нет. Да только вот реализация снова подкачала — виноделы опасаются, что уже через месяц может случиться повторение истории 2006 года, когда из-за введения новой акцизной марки, которую в первое время достать было невозможно, на несколько месяцев вина практически исчезли с полок магазинов. Тогда впервые с 1999 года динамика винного рынка оказалась отрицательной.

Сначала шумиху подняли производители полусладких вин — самого популярного на отечественном рынке винодельческого продукта. В новых стандартах они в большинстве своём попадали в раздел с сомнительным названием «винные напитки», так как чаще всего наши полусладкие изготавливаются из сухого вина путём добавления виноградного сока, что по правилам виноделия уже не является собственно вином. Во всяком случае, в Европе по такой технологии вино почти не производят, а если и производят, то зачастую только для экспорта в Россию. В Краснодарском крае же более 80% изготовляемых вин относится к полусухим, полусладким и сладким, поэтому возмущения было много. К тому же под пункт «винный напиток» должны были подпасть и креплёные вина, что переводило, например, марочные кубанские кагоры и коллекционные мадеры в ту же категорию напитков, что и вино, разбавленное соком.

В итоге производители полусладких вин свою позицию вроде бы отстояли: в конце февраля инициатор поправок в закон депутат Госдумы Виктор Звагельский внёс законопроект о добавлении в новую классификацию понятия «столовое вино», которым теперь предлагается именовать данную продукцию. Впрочем, «столовое вино» или «винный напиток» — это, по большому счёту, спор о словах, поскольку, во-первых, эти термины пока не стали официальными, а во-вторых, если бы всё дело было только в них. Фактически, кроме названия на этикетке, новые поправки ничего не меняют, пусть даже по случаю вступления в ВТО некоторые пункты чуть ли не дословно взяты из европейского техрегламента.

В середине мая некоммерческое партнёрство «Винодельческий союз» (в соучредителях которого 19 винодельческих предприятий) направило открытое письмо президенту, премьеру и ряду депутатов с просьбой перенести дату вступления закона в силу. Аргументация виноделов проста: поправки с новой классификацией в закон приняли, а новый техрегламент, устанавливающий в том числе и новые акцизные марки, разработать, как водится, забыли. Выработать за месяц новые национальные стандарты, мягко говоря, очень трудно, — обычно на разработку ГОСТа уходит от шести месяцев до года. К тому же до сих пор не решено, что делать с остатками нереализованной к первому июля продукции, произведённой в рамках старой классификации, — из-за этого оптовики уже сейчас снижают объём закупок на производствах. Однако после первого июля станет, видимо, ещё хуже — раз новых акцизных марок пока нет, то хоть вино, хоть пресловутые «винные напитки» без них выпускать в розницу будет нельзя.

Характерно, что всё это происходит на фоне декларируемого государством тезиса о том, что нужно менять структуру потребления алкоголя в стране, снижая в ней долю крепких напитков, а отечественным производителям вина надо помогать. Но пока помощь получается очень своеобразная: едва выжившие после прошлогоднего перелицензирования производители вина пришли в себя, как их настигла новая напасть, исходящая от государства. Хотя именно в виноделии как нигде действенна известная идея о том, что самая лучшая помощь бизнесу со стороны государства — не мешать.

В августе прошлого года губернатор Краснодарского края Александр Ткачёв и две общественные организации виноделов направили на имя президента Медведева письмо о необходимости передать отрасль в ведение Минсельхоза. Президент тогда инициативу формально поддержал, но, судя по тому, что депутат Звагельский назвал её утопической, цена этой поддержки была невелика. Кроме того, уже не первый год винодельческое сообщество говорит о том, что в России нужно принять отдельный закон о вине, где была бы подробно прописана классификация производимой продукции и, например, меры господдержки отрасли. Такие законы существуют во многих винодельческих странах, но эту часть европейского опыта наши парламентарии перенимать явно не собираются. По словам депутата Звагельского, «если мы признаём, что все спиртосодержащие напитки — алкоголь, то мы должны признавать единые законы для всех игроков рынка». О том, что производство вина требует совершенно несопоставимых затрат — как материальных, так и трудовых — в сравнении с производством водки, депутат, правда, умолчал.

Впрочем, откуда растут ноги у нынешнего винного законотворчества, вполне понятно, если вспомнить, что Виктор Звагельский — видный деятель «водочного лобби». Два года он был одним из руководителей крупнейшего государственного предприятия спиртоперерабатывающей промышленности «Росспиртпром», а также являлся соучредителем и руководителем фирмы «Ятъ», торгового дома «Подмосковные вечера» и группы компаний «Красная звезда» — все эти организации занимались производством водки и торговлей ею. Естественно, её производители — последние, кто заинтересован в том, чтобы водки стали покупать меньше, а вина, пива, кваса или чего-нибудь ещё слабоалкогольного — больше. Так что пока разрабатывать «винные» законы будут прямые конкуренты производителей этого продукта, вряд ли стоит надеяться, что жизнь виноделов заметно улучшится.

У партнеров

    «Эксперт Юг»
    №21 (210) 28 мая 2012
    Ресторанный бизнес
    Содержание:
    Менталитет бьёт порядок

    Южный рынок ресторанов даёт ежегодный прирост в среднем на 10%. Выращивается он, в основном, региональными игроками: московские компании преуспевают только в сегменте фаст-фуда, а местные рестораторы твёрдо держат свои позиции

    Реклама