ТагАЗ снова капитулировал

10 февраля 2014, 00:00
  Юг
Фото: donland.ru
Владелец ТагАЗа Михаил Парамонов (слева) не смог зарекомендовать себя надёжным партнёром донского губернатора Василия Голубева (в центре)

Арбитражный суд Ростовской области с 23 января ввёл на 5 месяцев процедуру конкурсного производства для ООО «ТагАЗ», кредиторская задолженность которого превысила 25,8 млрд рублей. Пул кредиторов (Сбербанк, Газпромбанк, ВТБ и ещё девять банков) настроен сохранить производственную деятельность на предприятии, найдя ему профильного инвестора, хотя все предыдущие усилия в этом направлении были признаны неудачными.

Чуть менее года назад, в прошлом марте, областной арбитраж ввёл в отношении предприятия процедуру внешнего управления. На тот момент общая кредиторская задолженность ТагАЗа составляла 25,655 млрд рублей, и суд посчитал его финансовую устойчивость полностью утраченной. Внешнее управление, по мнению арбитража, могло бы сохранить компании производственную деятельность и стабилизировать финансовое положение.

Впрочем, временный управляющий автозавода Эдуард Шахкулов (из НП «Поволжская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих») признавался, что без привлечения крупных инвестиций восстановление платёжеспособности должника невозможно. Переломить ситуацию, полагал он, можно только при условии появления стратегического инвестора, который смог бы добиться максимальной загрузки мощностей и выпуска новых, пользующихся спросом на рынке, марок автомобилей.

Отраслевые эксперты считали, что, судя по данным о финансовом состоянии таганрогского завода и перспективах его развития, восстановить свою платёжеспособность он сможет за два года, а расплатиться с кредиторами — в течение восьми лет. При этом в одном из интервью владелец ТагАЗа, проживающий в Евросоюзе предприниматель Михаил Парамонов жаловался, что ему не удаётся найти общий язык с банками-кредиторами, а Сбербанк (задолженность перед которым составляла порядка 4,2 млрд рублей) г-н Парамонов вообще заподозрил в заговоре против отечественного автопрома. «За две недели, когда нам нужно было отдавать ВТБ векселя, Сбербанк заявил, что передумал нас поддерживать, — заявил Парамонов. — Мы не успевали найти какое-то решение. Не было другого выхода, кроме как пойти и подать иск о банкротстве. Цель этого — не разорить предприятие, а попытка защититься от таких, как Герман Греф. Разорился “ИжАвто”, “Дервейс”, разорились мы. Везде фигурирует Сбербанк».

Тем не менее, в руководстве ТагАЗа утверждали, что существует план развития производства до 2019 года, согласно которому на заводе должна быть налажена сборка автомобилей отечественных и иностранных марок в объёме до 254,3 тысячи единиц. По мнению Михаила Парамонова, для восстановления работоспособности предприятия было необходимо как минимум 200 млн долларов.

Согласно антикризисному плану, ТагАЗ и Южная автомобильная группа (ЮАГ, аффилированная структура Сбербанка, которой были уступлены права требования) должны были за 18 месяцев наладить сборку на таганрогских мощностях автомобилей китайского семейства Chery. Китайской стороне до конца 2013 года предстояло поставить в Таганрог 7 тысяч машинокомплектов (всего речь шла о 36 тысячах), а Сбербанк обязался вложить в проект дополнительно 3 млрд рублей. Дважды, в июле и в августе прошлого года, объявлялось, что автопроизводство в Таганроге вот-вот возобновится.

Однако в ходе реализации этой задачи не удалось найти общий язык между ЮАГ и компанией «Эйч Ти Авто», которая была создана менеджментом ТагАЗа для перевода сотрудников завода в новую структуру. Обе организации требовали внести в договор субподряда новые условия, не устраивающие оппонентов — в частности, по мнению наблюдателей, ЮАГ намеревалась добиться отстранения «Эйч Ти Авто» от сборки автомобилей Chery, замкнув её на себя. В результате стороны так и не сумели договориться, вследствие чего ТагАЗ не смог возобновить производство.

В конце прошлого года губернатор Ростовской области Василий Голубев во время пресс-конференции признался, что к числу своих неудач в уходящем году он относит несостоявшееся оздоровление ситуации на таганрогском автозаводе. Неудача тем более неприятная, что в декабре 2011 года к решению судьбы ТагАЗа удалось подключить Владимира Путина, который помог заводу урегулировать задолженность перед ВТБ в обмен на обещание резко нарастить производство. Но все эти намерения так и остались на словах — ровно через два года после встречи Путина с Василием Голубевым и Михаилом Парамоновым собрание пула кредиторов приняло решение, что попытка восстановления производства на предприятии провалилась. Поэтому единственно верным способом было признано банкротство компании.

В то же время вряд ли кого-либо из кредиторов устроит банальная распродажа основных фондов одного из самых молодых автозаводов России. К тому же их стоимость не сможет покрыть общей кредиторской задолженности, поэтому так и не решённая за несколько лет задача сохраняется — поиск стратегического инвестора, который за счёт финансовых вливаний сможет запустить предприятие и затем рассчитаться с долгами. В качестве потенциальных «стратегов» называют китайских производителей Chery и BYD, опыт работы с которыми у таганрожцев уже есть. «ТагАЗ может быть интересен тем крупным автомобильным компаниям, у которых ещё нет производства в России и которые хотят быстрее наладить его здесь, хотя таких осталось немного, — уверен исполнительный директор аналитического агентства “Автостат” Сергей Удалов. — Интерес к российскому авторынку есть у китайцев: рынок достаточно большой, на нём востребованы бюджетные автомобили, есть заградительные меры в отношении импорта и плюсы для производителей внутри страны».