Удержаться за ноль

Русский бизнес
Москва, 29.09.2014
«Эксперт Юг» №39-40 (329)
Немало регионов будут рады, если по результатам года покажут нулевой прирост в экономике. Это будет значить, что они не показали падения. Особенно остро стоит вопрос для южных регионов, соседствующих с очагом военной нестабильности на Украине. И от форума «Сочи 2014» эти регионы взяли гораздо больше, чем остальные

Фото: ИТАР-ТАСС

По целому ряду итоговых показателей форум 2014 года показал рост — хотя никто его не ждал. Но для организаторов и, в частности, для Краснодарского края было психологически важно не показать проседания, которого в постолимпийский год многие ждут. Итак, участников — 9700, в прошлом году было просто «более девяти тысяч». Краснодарский край заключил 310 соглашений на общую сумму свыше 353 млрд рублей — год назад было 243 соглашения на общую сумму 331,6 млрд. Как сообщают организаторы, остальные регионы и компании подписали ещё 88 соглашений на общую сумму около 250 млрд рублей. Возможно, тут чего-то не досчитали, поскольку только у Ростовской области портфель подписаний составил 133 млрд. Впрочем, Кубань и Дон действительно научились использовать сочинский форум наиболее эффективно. У этих регионов сегодня лучшие экономические показатели на юге России. И главное их достижение — они держат показатель прироста инвестиций почти на уровне нуля; у остальных, как и в целом по стране, он падает.

Cпрос на строительство

Детальной информации о соглашениях Краснодарского края нет, подробно проинформировал о подписаниях только Краснодар. Практически все 46,3 млрд рублей, фигурирующих в соглашениях с городом, касаются жилищной застройки, деловых центров, гостиничных комплексов. Самый крупный пакет проектов — на 15 млрд рублей — у ООО «Кристал-Комфорт». На земельном участке площадью 21,3 тысячи кв. м компания планирует разместить четыре многоквартирных дома на стилобатной платформе, создающей общий для всего комплекса парковочный уровень. Тут же разместятся гостиница, бизнес-центр класса «А», многоуровневая автопарковка, фитнес-центр с бассейном, офисные помещения, на площади 1,1 тысячи кв. м будет выполнено озеленение. Мэр Краснодара Владимир Евланов подчёркивает, что именно проекты комплексной застройки, позволяющие решать социальные задачи, рассматриваются городом как приоритетные.

Главные контракты Ростовской области в этом году — в строительном секторе. На соглашения, которые касаются жилищного строительства и промышленности стройматериалов, приходится 123 из 133 млрд рублей, львиную долю при этом занимают три крупных соглашения. Договорённости с «Интеко» на 49,3 млрд рублей оговаривают сразу четыре проекта — строительство второй очереди жилого района «Левенцовский», создание фонда арендного жилья,  модернизацию Углегорского цементного завода в Тацинском районе, а также Ростовского комбината крупнопанельного домостроения. Соглашение с краснодарским ООО «Девелопмент-Юг» весом в 40 млрд рублей включает строительство сразу четырёх жилищных комплексов с высокой долей доступного жилья. Другой инвестор — ОАО «Ростовское», входящее в кубанскую группу «ВКБ» — подписал с регионом соглашение по строительству жилого комплекса «Суворовский» в  Ростове-на-Дону с объёмом инвестиций по первой очереди проекта 32 млрд рублей. Заодно компания построит завод по производству газобетона за 1,3 млрд рублей.

Нужно заметить, что жилое строительство на Дону довольно долго стояло на паузе — в то время как Кубань переживала настоящий строительный бум. Но сегодня сказался эффект отложенного спроса. Второй фактор — на рынок зашли крупные игроки, которые в большом объёме предложили региону сравнительно новый для него продукт — жильё эконом-класса. А в Краснодарском крае тенденция иная — увеличение количества проектов при уменьшении среднего объёма. Этап реализации мегапроектов в девелопменте здесь пока пройдён.

Дискуссия о будущем КМВ

На форуме «Сочи-2014» впервые в публичной сфере проявило себя новое Министерство по делам Северного Кавказа. При его поддержке прошла дискуссия о будущем Кавминвод. Эта тема была, по сути, на время отложена бывшим полпредом президента в СКФО Александром Хлопониным, и, видимо, именно с неё решил начать свое погружение в проблематику Северного Кавказа министр Лев Кузнецов. Секцию провёл Ермолай Солженицын, управляющий партнёр московского офиса McKinsey&Company, который показал презентацию с итогами осуществлённого два года назад исследования делового потенциала региона. Особенность этих результатов — в многообразии путей, которыми может пойти Кавминводская агломерация. Всё зависит от того, какой поток мы хотим там видеть, какие отрасли развивать. Беда в том, что как раз эти решения принять некому. «Основная проблема в том, что у нас нет централизации процесса планирования по региону КМВ», — говорит Ермолай Солженицын. 

«Нельзя дробить полномочия внутри этого большого региона, — заявил Владимир Владимиров, губернатор Ставропольского края. — Я думаю, что существующим курортам нужны дополнительные опции. Развитие индустрии развлечений — самое важное сегодня для КМВ. Но мы пытаемся сегодня поделить полномочия — муниципальные, региональные, федеральные. А это — лебедь, рак и щука».

«Глава Ставрополья подчеркнул, что для стимулирования инвестиций в инфраструктуру КМВ необходима скоординированная целевая политика муниципальных, региональных и федеральных органов власти, — говорит управляющий филиалом банка ВТБ в СКФО Виктор Кузьменко. — Мы разделяем такую позицию. Для филиала ВТБ в СКФО регион Кавминвод является одной из точек роста нашего бизнеса в ближайшей перспективе».

Хотя существование проблемы единого центра никем не оспаривается, ответа на вопрос, на каком уровне полномочия должны быть сконцентрированы, в дискуссии не прозвучало. Зато звучали другие взгляды на приоритетные для развития отрасли — в частности, ряд выступающих заявил о том, что на КМВ нужно создавать медицинский кластер. Замминистра здравоохранения РФ Татьяна Яковлева сделала целый доклад, обосновывающий этот путь — Лев Кузнецов посчитал его наиболее убедительным.

Потенциал ЖКХ

Отдельным ярким сюжетом форума оказалась дискуссия, посвящённая условиям для инвестирования в сферу ЖКХ. За последнее время здесь существенно обновилось законодательство, что заметили немногие. По словам зампреда правительства Дмитрия Козака, сегодня наступил момент, когда дискуссию о реформировании ЖКХ уже можно прекратить — и приняться за реальную работу, условия для которой созданы.

«С 2016 года мы переходим на долгосрочные тарифы: это значит, что мы уходим от парадигмы раздувания затрат, — сообщил Андрей Чибис, замминистра строительства и ЖКХ РФ. — Сегодня концессионные соглашения предусматривают тарифную формулу на весь срок соглашения. Сформирован региональный комплекс мер — “дорожная карта” — по развитию ЖКХ. На федеральном уровне создан центр государственно-частного партнёрства. Сейчас ЖКХ может восприниматься как самый стабильный рынок с регулируемой ценой».

По данным министерства, в 2014 году заключено 31 концессионное соглашение на общую сумму 330 млрд рублей. Не вполне, правда, ясно, что это за сумма — инвестиции или финансовый поток, отданный в управление. Министр строительства и ЖКХ страны Михаил Мень, представляя компанию «Мортон», построившую очистные сооружения в Балашихе, заявил: «Мы намерены агрессивно поддерживать компании, которые будут заходить в этот сектор».

Такой компанией на этот раз стал Банк Москвы. Правда, во время выступления его главы Михаила Кузовлева выяснилось, что у банка есть единичные случаи кредитования муниципалитетов, а также предложения по кредитованию ТСЖ на капремонт. Это, конечно, прогрессивно, но на Юге такие кредиты уже довольно давно предлагает «Центр-инвест». И, тем не менее, банкир подтвердил: «Реформа ЖКХ уже произошла».

Один из губернаторов несколько подпортил благостную картину: «Сказать, что теперь понятно, что и как делать, пока не могу. Новая система хорошо действует на новом жилье, но неясно, как привлекать деньги на ветхий фонд. Другой момент: массовое установление счётчиков по воде сокращает выручку на 25–30 процентов. Можно говорить, что бизнес-привлекательностью сфера ЖКХ обладает, но привлекательностью для инвестиций — ещё нет».

«Мы находимся в принципиально новой ситуации, — подчеркнул в ответ Дмитрий Козак. — Сегодня можно делать финансовые модели конкретных проектов. Для этого стоит привлекать дополнительные инструменты, которые пока используются слабо. Например, у Фонда ЖКХ не осваиваются 15 миллиардов рублей, выделенных на субсидирование кредитов на проекты в сфере ЖКХ».

Теперь регионам предложено подключаться к использованию новых возможностей в одной из самых сложных сегодня сфер хозяйствования.

Эволюция форума

Сочинский форум сейчас активно меняется. В этом году все отметили, что он впервые проходил в месте, специально созданном для таких мероприятий, и это ощущалось во всём: запас мощностей по всем позициям — площади, количество залов, еда — был налицо. Олимпийский медиацентр — идеальная площадка для того, чтобы развивать форум и в дальнейшем. Но основной вопрос в том, как именно это делать.

Когда начался кризис 2008 года, сочинский форум изменил конфигурацию таким образом, что главной действующей силой на нём стали не частные компании, а российские регионы. В иные годы здесь собиралось более 60 региональных стендов. При этом каждый регион вёз на эту площадку ранее подготовленные соглашения, а следовательно — и делегацию регионального бизнеса. Форум использовался, с одной стороны, как медийная и коммуникативная площадка, с другой — каждый регион старался на нём привлечь внимание федерального центра и лично премьер-министра, который в обязательном порядке обходил стенды. Это был период, когда государство выступало главным инвестором в российскую экономику. Уже тогда, по большому счёту, форум не использовался для поиска инвесторов. Сегодня это стало важной проблемой.

В нынешнем году форум показал ослабление региональной составляющей — несмотря на большое количество (79) делегаций, стенды здесь, по нашим данным, разместил всего 21 регион. Юг России, например, не был представлен Ставропольским краем, Астраханской областью, Кабардино-Балкарией — не говоря уже о бедной Калмыкии. Возможно, это стечение целого ряда обстоятельств. Средний бюджет участия региона в форуме один из наших собеседников оценил в 15 млн рублей. Это дороговато для чистого продвижения. Были регионы, которые купили выставочные площади, но премьер Дмитрий Медведев к ним не зашёл — они восприняли это как удар под дых, поскольку заключать соглашения им не с кем, а найти на форуме инвесторов нереально.

Немаловажно и то, что в последние годы форум, который долго держался на связке Владимир Путин — Дмитрий Козак — Александр Ткачёв, стала делать команда Дмитрия Медведева. В результате он начал явно двигаться от формата прагматичной ярмарки инвестпроектов в сторону международной дискуссионной площадки. Эту нишу сегодня в России занимает Санкт-Петербургский экономический форум, на фоне которого сочинский выгодно выделялся именно ориентацией на земные инвестиционные вопросы. Развилка, на которой оказалась эта площадка, очевидна: либо пытаться вернуть сюда реального инвестора, создавая для него условия, либо уходить в гораздо более узкую нишу мероприятия для условного делового интеллектуального клуба, повестка которого кажется несколько далековатой от того, чем заняты головы тех, кто на выставочных стендах подписывает соглашения (см. об этом на стр.46).

 

Краткосрочный минус, долгосрочный плюс

 

Генеральный директор Агентства инвестиционного развития Ростовской области Игорь Бураков считает, что окончить этот год в ноль по инвестициям будет большим успехом для региона, граничащего с воюющей Украиной. Но при этом, считает эксперт, территория сформировала задел для долгосрочного роста.

— Последние два года у Ростовской области быстро рос объём привлекаемых инвестиций — надолго ли этот рост?

— У Ростовской области есть долгосрочные стратегические драйверы роста. Думаю, в долгосрочной перспективе мы будем одним из лучших в стране мест для строительства новых заводов и фабрик — вне зависимости от текущей внешней конъюнктуры. Наши преимущества — в нескольких секторах. Прежде всего, это пищевая индустрия, где потенциал остаётся очень большим. Даже несмотря на насыщение отдельных сегментов производствами, Ростовская область всё равно будет оставаться привлекательной, поскольку имеет условия для того, чтобы выпускать более конкурентоспособную продукцию и теснить конкурентов. Вот сейчас, к примеру, переработка молока — объективно депрессивный сектор: несколько лет падает потребление в России, в стране — избыточные невостребованные мощности молокозаводов. У Ростовской области есть потенциал даже в этом тяжёлом секторе. Наше преимущество в том, что у нас нет ни одного крупного современного молочного комбината, наш локальный рынок заполнен больше чем на 90 процентов привозной продукцией. Это значит, что такой крупный новый молокозавод может быть здесь построен даже в условиях депрессивного российского молочного рынка и обыгрывать конкурентов за счёт более эффективного плеча перевозок, доступности сырья, которое сегодня в области отчасти не востребовано.

— Чем ещё обеспечена долгосрочная перспектива роста?

— Машиностроение — и здесь несколько направлений. Например, станкостроение, которое в России уже почти было похоронили. Между тем, это ключевая индустрия: если нам перекроют каналы технологического обновления, мы не сможем развиваться, начнётся технологическая деградация. Так вот, сейчас в Азове реализуется едва ли не самый заметный в России станкостроительный проект с большим потенциалом расширения, мультипликации.

Ещё больший потенциал в сельхозмашиностроении, транспортном машиностроении, авиастроении. Ну, и третья сфера — стройиндустрия.

— У Ростовской области был отложенный спрос на строительство жилья? Поэтому она сейчас здесь рванула?

— В том числе. Хотя нельзя не заметить и системную долгосрочную работу областных властей по созданию условий для развития строительной отрасли. Причём стройиндустрия подразумевает не только строительство жилья, коммерческой недвижимости, но и заводы по выпуску стройматериалов.

— Несколько лет мы слышали, что донской рынок не требует нового жилья, что спроса нет. Те, компании, которые пришли сейчас, пришли с другим продуктом?

— Да — и с другими экономическими моделями. Они сосредоточены в первую очередь на рынке доступного жилья. Есть уверенность, что они хорошо разбираются в этой теме, поскольку рискуют собственными деньгами, к тому же продемонстрировали свою успешность в других регионах России. В Ростове рынок доступного жилья относительно неразвит. И намерение новых инвесторов выйти на рынок с ценой 33–34 тысячи рублей за квадратный метр резко расширяет клиентскую базу.

— Разговору о долгосрочном росте противоречит статистика по объему инвестиций в Ростовской области за первое полугодие. Роста там нет.

— Если точнее, индекс 99,6 процента. Если бы я смотрел на этот результат откуда-нибудь извне, искренне считал бы, что это потрясающий результат. Если бы меня попросили в мае-июне дать прогноз по статистике будущих инвестиций, я бы предсказал существенное падение. Очевидно, что мы — тот регион, который принимает на себя больше всего экономического негатива от украинского кризиса. Раньше для нас соседство с самыми индустриально развитыми регионами Украины было большим плюсом, существенным конкурентным преимуществом — и многие производства, которые размещались у нас, рассматривали в качестве рынка сбыта не только юг России, но и Украину. Теперь мы эту опцию в той или иной степени утрачиваем.

Второе: товарные потоки с Украиной у Ростовской области значительно сократились, это автоматом влияет на ВРП, даёт ему минусов. Ну, и потом Ростовская область в силу своей географии, большой протяжённости границы с Украиной волей-неволей оказывается в потоке негативных новостей. Те, кто здесь работает, видят, что угроз с точки зрения безопасности тут не возникает, но для людей извне это фактор, который располагает к тому, чтобы несколько отложить планы, снизить скорость реализации проектов, дополнительно исследовать вопросы безопасности.

На сочинском форуме чиновники шутили, что в стране мероприятий для иностранных инвесторов оказалось чуть ли не больше, чем самих иностранных инвесторов. В этом контексте я очень ценю, что у нас большой портфель договоренностей с иностранными инвесторами, которые продолжают двигаться по проектам в Ростовской области. Но степень публичности наших действий, связанных с привлечением прямых иностранных инвестиций в регион, сейчас объективно стала меньше — это сознательная позиция обеих сторон.

Возвращаясь к показателям инвестиций за 2014 год: если мы по этому году окажемся в нуле, это будет очень хорошим результатом — потому что по России мы видим падение. К тому же мы сравниваемся с очень высокой базой прошлогодних рекордов — Ростовская область два года подряд росла двузначными темпами. Сейчас задача — просто оказаться лучше рынка. Конъюнктура объективно ухудшается, сейчас реализуются только высокоэффективные проекты, ведь банки закладывают повышенные риски.

— А кластеры, заявленные на стенде Ростовской области, — это просто маркетинговый ход?

— Отчасти. Мы заявили наиболее перспективные наши отрасли, поскольку они сами по себе являются магнитом для профильных инвесторов. Вот, например, у нас есть НЭВЗ, у которого большие заказы от РЖД. По этой причине мы подписываем соглашение с луганской компанией об организации в Каменске машиностроительного завода, производящего части подвижного состава для «Трансмашхолдинга» (НЭВЗ входит в Трансмашхолдинг) и «Синары». Прежде новые для Ростовской области инвесторы работали в Луганске и 90 процентов продукции продавали в Россию. Логика их бизнеса предполагала организацию производства в России, и последние украинские события только ускорили этот проект.

— А сама тема импортозамещения не мешает привлекать инвестиции?

— Нет. Вообще-то, стратегически национальной экономике к импортозамещению надо стремиться всегда. Но от разговоров об актуальности темы надо переходить к внедрению конкретных механизмов, которые бы способствовали импортозамещению, — стимулировать процессы с горизонтом больше одного года. Основная проблема сейчас при создании новых производств — дорогое фондирование. Государство тут многое может сделать. Это то, в чём мы сильно проигрываем развитым экономикам. Причём очевидно, что проблему на уровне региона не решить, региональный инструментарий по удешевлению фондирования весьма и весьма скромный. Существенного влияния на общую ситуацию региональные программы субсидирования процентных ставок, гарантийные фонды не оказывают. Вот если бы регион вдруг мог направить миллиардов 50 на субсидирование процентной ставки, то мы бы почувствовали сильный рывок экономики. Но таких денег в обозримом будущем у нас не будет. У нас весь бюджет в районе 130 миллиардов, из которых бюджет развития — около 32 миллиардов. А в него входит всё бюджетное капстроительство, в том числе садики, школы и тому подобное. И выходит, что на субсидирование область может потратить миллиард-два. Это хорошо для точечной поддержки, но глобально ситуацию с  дорогим фондированием не меняет, основные рычаги — у центральной власти. Любые шаги по удешевлению заимствований благотворно скажутся на объеме инвестиций и будут способствовать импортозамещению.

Беседовал Владимир Козлов

Новости партнеров

«Эксперт Юг»
№39-40 (329) 29 сентября 2014
Сильные станут сильнее
Содержание:
Дозагрузка — самое простое

Южные компании среднего бизнеса в АПК и пищевой промышленности имеют все шансы для того, чтобы в ближайшее время дозагрузить существующие производственные мощности. А вот чтобы тема импортозамещения двинулась дальше, требуются либо исключительные индивидуальные таланты, либо тонкая настройка системы господдержки

Реклама