«Зелёная» энергетика с политическим лицом

Русский бизнес
Москва, 26.10.2014
«Эксперт Юг» №43-44 (333)
Присоединение Крыма увеличило совокупный энергодефицит юга России до 2,5 ГВт в год. Дефицит энергоресурсов способны восполнить проекты альтернативной энергогенерации, но в рамках существующего законодательства они не окупятся. Поэтому развитие альтернативной энергетики на юге России стремительно приобретает политическую значимость

Фото: Тасс / Александр Рюмин

Энергодефицит давно уже стал основным сдерживающим фактором для развития экономики ряда южных регионов. Средняя ежегодная выработка электроэнергии в ЮФО и СКФО за последние три года составляла 76–83 млрд кВт·ч при возрастающих потребностях на уровне 85–88 млрд кВт·ч. По данным оперативно-диспетчерского управления ОАО «Системный оператор Единой энергетической системы», совокупный энергодефицит ЮФО и СКФО в 2013 году составлял порядка 1,5 ГВт установленной мощности.

Ещё до разделения юга России на два федеральных округа в стратегической перспективе увеличение спроса на электроэнергию (при оптимистическом сценарии социально-экономического развития) к 2025 году оценивалось в 2,9–4,6 раза относительно уровня 2005 года — до 163–266 млрд кВт·ч в год. И даже с учётом всех намеченных к вводу в эксплуатацию генерирующих мощностей прогнозировалось, что в середине следующего десятилетия совокупный энергодефицит на юге страны сохранится на уровне 44% (минус 92 млрд кВт·ч).

Сегодня к незалатанной дыре общего энергодефицита добавился Крым, где собственная генерация и близко не покрывает имеющиеся потребности (мощности полуострова позволяют удовлетворить лишь 10% спроса на электроэнергию). По подсчётам главы департамента стратегии и маркетинга столичной компании ООО «ГПБ-Энергоэффект» Антона Ряпосова, дефицит установленной мощности на полуострове превышает 1 ГВт.

Проблему увеличения энергодефицита на юге России можно решать вполне традиционным путём — либо строить новую генерацию (особенные надежды возлагаются на гидроэнергопотенциал в горной части ЮФО и СКФО), либо развивать сетевое хозяйство для покрытия дефицита перетоками из других объединённых энергосистем. Другой путь — развитие альтернативных видов генерации, «сырья» для которых на солнечном, ветреном и обильном гидроресурсами юге России в изобилии.

Однако до сих пор все региональные проекты в альтернативной энергетике неизменно оставались на бумаге. Основная причина — в том, что себестоимость «зелёной» энергии высока, и выгодным её производство становится лишь в том случае, если оно субсидируется государством. Необходимость компенсировать крымский энергодефицит может вновь активизировать усилия инициаторов проектов в нетрадиционной энергетике по получению такой поддержки. На руку им будет играть то, что альтернативные энергомощности в Крыму уже были созданы, но с переходом полуострова под российскую юрисдикцию некоторые из них пришлось остановить, и сейчас они никак не используются.

 

Украинские рецепты

Как отмечает Антон Ряпосов, согласно оценке потенциала возобновляемых источников энергии (ВИЭ) Крыма, проводившейся в 2011 году в рамках проекта «Улучшение качества общественного обсуждения приоритетов развития Крыма», с технической точки зрения альтернативная энергетика может полностью обеспечить потребность полуострова. И соответствующие проекты не замедлили появиться.

Ключевым игроком в альтернативной энергетике Крыма в последние три года была австрийская компания Activ Solar, которая, по данным Центра противодействия коррупции РК, контролируется близкими к экс-президенту Украины Виктору Януковичу братьями Андреем и Сергеем Клюевыми. Построенные компанией шесть солнечных электростанций общей мощностью около 400 МВт позволяли покрывать четверть всех потребностей Крыма в электроэнергии. Кроме того, в Крыму было запущено пять ветряных электростанций (ВЭС) — Донузлавская, Тарханкутская, Сакская, Судакская и Восточно-Крымская — суммарной мощностью около 70 МВт.

Срок окупаемости крымских гелиостанций определялся в 10 лет с учётом того, что на Украине действовал «зелёный» тариф, стимулирующий развитие альтернативной генерации и обязывавший госпредприятие «Энергорынок» закупать произведённую энергию по повышенным ставкам (5 гривен за 1 кВт·ч). Это позволяло инвесторам спокойно вкладывать средства в развитие своего проекта. В планах Activ Solar значилось строительство ещё пяти станций (мощность — до 300 МВт, сумма инвестиций 1,3 млрд евро), но политический кризис, а затем уход Крыма в Россию прервал эти замыслы.

Однако на российском оптовом рынке «зелёного» тарифа, как известно, нет, к тому же отношение к солнечной энергетике по-украински у новых властей Крыма резко негативное. «Это мошеннический проект, который позволял государственной верхушке Украины зарабатывать около миллиарда долларов в год. Я отношусь категорически негативно к этому проекту с точки зрения его легализации. Ни одной копейки частных средств в этот проект вложено не было», — заявил на пресс-конференции в конце августа врио главы Крыма Сергей Аксёнов, сообщив, что за долги в размере 300 млн долларов гелиоэлектростанции Activ Solar могут отойти тройке кредиторов — Сбербанку, ВТБ и ВЭБу.

В Минэнерго РФ тоже нет единого мнения о реанимации остановленных крымских солнечных станций. В министерстве давно делают ставку на традиционные источники генерации, а тариф на солнечную энергию в России составляет 3,42 рубля (1,2 гривны) за 1 кВт·ч, что вряд ли выгодно инвесторам, поскольку такие расценки значительно увеличивают срок окупаемости их проектов. Впрочем, дефицит энергии на полуострове вкупе с политическими рисками (Украина грозит перекрыть поступление электричества в Крым в зимний период) может вынудить Мин­энерго пересмотреть такой подход и возобновить работу гелиостанций.

 

Минэнерго не против

Вопросы господдержки в альтернативной энергетике действительно имеют первостатейную важность. По данным руководителя ООО НПП «Донские технологии» Владимира Паршукова, срок окупаемости различного оборудования в нетрадиционной энергетике составляет от 7 до 25 лет, что при нынешних сложных условиях кредитования попросту превращает проекты в этой сфере в нерентабельные. «С точки зрения экономической эффективности, большая часть подобных проектов не сможет окупиться и обеспечить требуемый уровень надёжности энергосистемы региона», — констатирует Антон Ряпосов.

Однако в мае прошлого года федеральное правительство сделало шаг навстречу «альтернативщикам», выпустив распоряжение № 449 «О механизме стимулирования использования возобновляемых источников энергии на оптовом рынке электрической энергии». В нём государство определило основные правила расчёта ставки на мощность для объектов, функционирующих на основе ВИЭ. По словам Александра Селихова, заместителя генерального директора «Ветрогенерирующей компании», планирующей реализовать проект ВЭС в Ейске, новые правила гарантированно позволяют вернуть вложенные инвестиции в течение 15 лет работы ветропарков с нормой доходности 14%, если проект пройдёт конкурсный отбор в 2014 году, и 12%, если это произойдёт в 2015 году и позже.

Однако, уточняет г-н Селихов, основной причиной отказа крупных инвесторов и девелоперов от участия в соответствующем конкурсе стал требуемый уровень локализации производимого оборудования для объектов ветрогенерации на территории России. Для ветропарков он составляет 35% ввода в 2014 году, в 2015 году — 55%, а в 2016 году и позже — 65%. При этом совокупный потенциал возобновляемой энергетики только в Краснодарском крае достигает величины 2,5 млн тонн условного топлива в год. Пока же этот потенциал используется в энергобалансе Кубани не более чем на 2%.

В федеральном Минэнерго оптимистично прогнозируют, что к 2020 году объём генерации на основе ВИЭ в топливно-энергетическом балансе России вырастет в 2,5 раза — до 6 ГВт. «Мы сегодня занимаем лидирующие позиции по добыче нефти и газа, но при этом в рамках разработки энергетической стратегии, которой сегодня занимается министерство энергетики, мы стараемся несколько переформулировать роль ТЭК в жизни страны, — формулирует задачу на перспективу директор Департамента энергоэффективности и модернизации ТЭК Минэнерго РФ Алексей Кулапин. — Если сегодня ТЭК — это локомотив, то с точки зрения проекта стратегии до 2035 года роль ТЭК — это обеспечивающая инфраструктура. То есть ТЭК должен создавать условия для развития других отраслей экономики. И основным является вопрос инноваций». 

 

Слишком дорогое удовольствие

Однако далеко не все придерживаются оптимистичного представления о большом будущем альтернативной энергетики в России. По мнению главного специалиста института «Ростовтеплоэлектропроект» Адольфа Чернявского, несмотря на наличие соответствующего закона, сегодня не существует механизмов привлечения бюджетных дотаций и другой помощи, чтобы довести срок окупаемости проекта ВИЭ до приемлемого срока в 7–8  лет. «При работе в этом сегменте солнечные установки смогут быть рентабельными, если выработанная ими электроэнергия будет продаваться по цене, в три-четыре раза превышающей цену киловатта, полученного из традиционных источников», — уточняет г-н Чернявский. Правоту его расчётов как раз и подтверждает сравнение упомянутых выше нынешнего российского тарифа на солнечную энергию и цены, по которой она покупалась на Украине.

«К 2020 году в России будет лишь один процент генерации, работающей на ВИЭ, в то время как в Евросоюзе — 20 процентов, хотя по себестоимости производства одного киловатт-часа возобновляемая энергия почти сравнялась с атомной», — считает член-корреспондент РАН Александр Клименко, отмечая, что за последние 30 лет КПД фотоэлементов вырос в 200 раз и в ближайшие годы будет составлять уже не менее 40%. Поэтому, убеждён г-н Клименко, сегодня необходимо создать национальную программу развития ВИЭ, обеспеченную финансовыми и материальными ресурсами.

Однако в условиях «санкционной войны» и при затруднённом доступе к «длинным «деньгам» как раз с материальными ресурсами у потенциальных инвесторов существуют большие проблемы. Например, только для Крыма, по оценке Антона Ряпосова, необходимый объём инвестиций в строительство генерации на альтернативных источниках энергии составит более 125 млрд рублей — причём без учёта инвестиций в развитие инфраструктуры (из расчёта средней стоимости генерации на альтернативных источниках, составляющей около 2,5 тысячи евро за 1 кВт). Понятно, что без поддержки государства такие проекты не потянет ни один инвестор, поэтому лишь изменения в политической ситуации могут хоть как-то поспособствовать оживлению на рынке альтернативной энергетики и покрытию энергодефицита юга России за счёт «зелёной» энергии.

У партнеров

    Реклама