Капкан для фальсификата

Сергей Кисин
19 декабря 2016, 00:00

Несмотря на то что крупные нефтяные компании в целом выработали механизмы сопротивления контрафактному горючему, его доля до сих пор высока — около 20%. Следующий ход по её сокращению — за государством

Южнороссийские компании пытаются преградить проникновение на топливный рынок фальсификата. ВИНКи, работающие в регионе, это делают с помощью специализированных структур, следящих за качеством ГСМ от завода до заправки. Независимые операторы получили возможность выхода на Санкт-Петербургскую международную товарно-сырьевую биржу, что позволяет им обеспечивать себя легальным топливом. В результате количество контрафакта, который недобросовестные поставщики рассчитывали продать на их АЗС, сокращается многократно.

Проблема никуда не уходит

Мы живём в «эпоху техрегламента», когда производители топлива перешли на выпуск продукции исключительно европейских экологических стандартов «Евро-5». По идее, это должно означать, что девяностые годы с их «самоварами» и бензовозами, торгующими непонятным продуктом на обочинах дорог, должны были кануть в Лету. Этого, однако, не случилось. До сих пор, согласно данным аудиторов PwC, более половины транспортных средств в России не удовлетворяют нормам токсичности даже стандарта «Евро-3», а большая часть автопарка старше 16 лет.

«У появления на рынке контрафактных бензина и дизеля разные причины, — считает президент Российского топливного союза Евгений Аркуша. — Проблема заключается в том, что под видом дизеля продаются совсем другие — неподакцизные — продукты: раньше это было печное бытовое топливо, потом появилось судовое маловязкое топливо, сейчас на рынке ещё десятки названий. Что касается бензина, на рынке совершенно другая ситуация: в процессе оборота топлив на этапах хранения и перевалки происходит фальсификация топлива и подделка документов. Обороты контрафактного топлива в России огромны».

По данным Ростандарта, ежегодно на отечественный рынок выводится не менее 10 млн тонн суррогатных ГСМ, эти объёмы эквивалентны примерно 350 млрд рублей. Общий объём потребляемого топлива оценивается в 65–66 млн тонн и 2,2–2,3 трлн рублей. Только в столичном регионе реализуется около 20% контрафактного бензина. 

«Рынок контрафакта в Ростовской области, по нашим оценкам, составляет 15–20 процентов, — заявил “Эксперту ЮГ” неофициально региональный менеджер одного из ВИНКов. — То есть каждая пятая машина заправляется контрафактом — речь прежде всего о большегрузных автомобилях. При этом автомобилисты, покупающие некачественное топливо, платят не настолько уж меньшие деньги. Если бензин стоит на два рубля дешевле, а качество в два раза хуже, мне кажется, это ненормальная пропорция». Именно дизель для большегрузов подделывают чаще всего — он не требует этилирования и выгоднее, когда топливо закупается сразу в больших объёмах. А по 100 литров в бак берут как раз грузовики.

Генеральный директор компании «Петромаркет» Яков Рудерман считает, что сегодня в России наблюдается тенденция к общему сокращению объёмов нефтепереработки. При этом дефицит качественного бензина на внутреннем рынке вполне покрывается суррогатным топливом. По его подсчётам, на юге России порядка 5% бензина и от 35 до 50% дизтоплива относятся к контрафактной продукции.

По данным Минэнерго РФ, в 2015 году надзорные инстанции проверили 3251 АЗС (около 15% всех российских заправок), из которых 709 находятся под контролем ВИНКов и 2542 — независимых операторов. По результатам проверки было выявлено 7,1% нарушений по физико-химическим показателям у ВИНКов и 23,8% — у независимых АЗС. В Минэнерго подчёркивают, что подавляющее большинство нарушений было связано именно с дизельным топливом, так как контрафактный бензин сейчас производить почти так же накладно, как и качественное топливо.

Серая зона между заводом и АЗС

Выпуск качественного топлива — проблема в первую очередь для многочисленных мини-НПЗ, функционирующих в стране, — их около 200. Официально, согласно подаче бухгалтерской отчётности в налоговые органы, на юге России функционируют всего несколько мини-НПЗ: ООО «Славянск-ЭКО» в Краснодарском крае, ОАО «Неклиновскнефтепродукт» и Каменский НПЗ в Ростовской области и НПЗ ИП Феликса Дзотова в Северной Осетии-Алании. Кубанское ООО «Нефтебитум-КНГК», по сути, работает на площадке Ильского НПЗ. Точное количество нелегальных «самоваров» (особенно в национальных республиках) вряд ли известно даже правоохранительным органам. Но именно они работают поставщиками на розничный рынок топлива региона.

Соответствовать требованиям Техрегламента и тем более конкурировать даже со средними заводами ВИНК для них невозможно — слишком велики капиталозатраты на модернизацию оборудования под выпуск топлива европейских стандартов. Но их судовое маловязкое топливо (СМТ) востребовано в провинции — для дешёвой техники аграриев оно вполне годится, а значит, и иметь стабильный сбыт заводы вполне могут. Продаваться СМТ может и под видом легального топлива — достаточно использовать специальные присадки для повышения октанового числа. Процедура превращения в «аналог» легального топлива часто проводится в близлежащем гараже. А порой и сами водители подрядных организаций при транспортировке нефтепродуктов конечному потребителю заезжают на кустарные нефтебазы, где часть топлива откачивается, а другая смешивается с фальсификатом.

Используется и ещё более дешёвый путь для поддержания рентабельности производства, исключающий использование дорогих присадок. На вооружении нефтепроизводителей специфический производственный процесс — каталитическая изомеризация алкана. Говоря упрощённо, речь идёт о нагревании СМТ под давлением, что в итоге даёт на выходе моторное топливо с более высокими октановыми числами.

«В целом эти заводы сегодня уже не играют той роли в экономике, какую играли ещё несколько лет назад, — говорит наш собеседник в ВИНКе. — А потери бюджета от их работы значительные — они ведь не платят или почти не платят акциза. Сейчас рассматривается вопрос о переносе уплаты акциза по месту продажи топлива — то есть в регионы. Это было бы региону очень выгодно. И область была бы заинтересована в том, чтобы на её территории продавалось качественное топливо, с которого уплачивается акциз».

Специалисты уверены, что фальсификация ГСМ происходит не на крупных нефтеперерабатывающих заводах с их контролем качества, и даже не на АЗС, куда приходит уже готовая продукция. Львиная доля контрафакта изготавливается на промежуточных стадиях между производством и потреблением. Например, в этом году МВД по Северной Осетии-Алании сообщало о том, что в ряде населённых пунктов республики были обнаружены и демонтированы целые подпольные мини-заводы по незаконной переработке нефти. Один из них функционировал на территории Моздокского опытно-экспериментального механического завода. 

Особо драматична ситуация в Крыму — здесь остались работать всего несколько крупных игроков, закупающих топливо на Санкт-Петербургской бирже. Им составляют серьёзную конкуренцию мелкие операторы, работающие с откровенным контрафактом и занимающие оптовую нишу. «У нас сегодня на рынок зашли около десятка компаний, продающих оптом СМТ под видом дизеля, — рассказал “Эксперту ЮГ” президент компании “ТЭС” (владеет 67 АЗС в Крыму) Сергей Бейм. — Наша сеть, продающая качественное топливо не в состоянии конкурировать с заправками, торгующими подобным “дизелем”, если он в среднем на 10 рублей дешевле нашего. Из-за этого продажи “ТЭС” в месяц упали с 4–5 тысяч до 200 тонн. Необходимы общие правила игры — или власти скажут, что они хотят поддерживать крымский АПК и поэтому разрешают всем продавать селянам СМТ, или пусть начнут наконец бороться с контрафактом».

По мнению г-на Бейма, выявлять контрафакт и преследовать недобросовестных продавцов должны не розничные операторы, а правоохранительные органы.

План борьбы за качество

Заместитель председателя Комитета РСПП по энергетической политике и энергоэффективности Юрий Станкевич считает, что решить проблему фальсификата можно за счёт комплексного использования трех мер: предсказуемости проводимой политики, экономического дестимулирования производителей контрафакта путём установления акциза на СМТ, равного акцизу на дизтопливо, а также за счёт жёсткого контроля с использованием различного инструментария государственного принуждения.

Действенной мерой для этого предполагается введение в России разработанной Минэнерго РФ системы контроля качества для топлива — своеобразного аналога алкогольной ЕГАИС. Кроме того, по итогам масштабной проверки отечественных АЗС представителями Росстандарта и Генпрокуратуры РФ, ожидается, что будут внесены поправки в Кодекс об административных правонарушениях, предусматривающие введение штрафов за использование контрафактного топлива в размере 1% от годовой выручки нарушителя и не менее 500 тысяч рублей. За повторное нарушение сумма штрафа будет увеличена до 2 млн рублей, либо оператор столкнётся с приостановкой деятельности своей компании на срок до 90 дней. Суммы достаточно внушительные, а три месяца остановки для сети АЗС — гарантированное банкротство.

«Контроль со стороны государства сегодня осуществляется преимущественно в конечной точке реализации — на АЗС», — рассказывает Виктор Чуяков, генеральный директор «Газпромнефть-Лаборатории». Между тем, по его мнению, необходимо концентрировать усилия на контроле двух ключевых звеньев товаропроводящей сети — нефтебазы и АЗС. «Самым слабым звеном в товаропроводящей сети является не АЗС, где произвести контрафакт сложно, а нефтебаза. Взяв нефтебазы под контроль, государство возьмёт под контроль координационные центры распределения контрафактного продукта», — уверен г-н Чуяков.

Со своей стороны сами ВИНКи предпринимают меры с целью защитить свой продукт от несанкционированных манипуляций. К примеру, в «Газпромнефти» контролем качества топлива занимается самостоятельная структура, неподконтрольная ни одной из получающих прибыль от его реализации сторон, и наделённая полномочиями при проникновении в сеть некондиционного продукта немедленно снимать его с реализации.

Работают над качеством и другие ВИНКи. Так, «ЛУКойл» подкрашивал своё топливо в красные и голубые цвета, отслеживая его от завода до заправки. «Роснефть» предлагала лицензировать нефтепереработчиков, работающих по упрощённым схемам и периодически делающих несанкционированные врезки в трубопроводы, смешивая качественный бензин оттуда с собственным СМТ.

Отраслевые эксперты полагают, что активная позиция, занятая для борьбы с контрафактом Минэнерго России, ФАС, МВД и самими топливными операторами, заинтересованными в сохранении своей репутации и конкурентоспособности, позволит в ближайшее время изменить ситуацию на рынке в целом. Для региона это особенно важно — от него ждут роста. По оценке коммерческого директора «ОМТ-Консалт» Радика Саитова, на юге России продолжается масштабное инфраструктурное строительство, значительно вырос уровень автомобилизации национальных республик Северного Кавказа, которые начинают легализовывать свой таксомоторный парк. Опережающий рост потребления топлива в ближайшие годы ожидается также за счёт республики Крым и благодаря запуску моста через Керченский пролив, появление которого значительно увеличит трафик на этом направлении.