Чат строгого режима

Общество
Москва, 01.10.2019
«Эксперт Юг» №10 (436)
В Ростове трёх человек осудили за подготовку к массовым беспорядкам. Основные фигуранты дела Владислав Мордасов и Ян Сидоров получили по шесть лет колонии строгого режима. Дело повлекло за собой волну обсуждения суровости наказания за переписку в чате и пикет у здания правительства

ЕЛЕНА КОЛМЫКОВА

Дело Владислава Мордасова, Яна Сидорова и Вячеслава Шашмина получило широкий резонанс не только в Ростовской области, но и по всей стране. Одна из причин — в том, что молодые люди приговорены к длительным срокам заключения только за намерения, да и те они отрицают. Следствие считает, что осуждённые пытались организовать массовые беспорядки, но молодые люди свою вину не признают и заявляют о том, что вышли на мирную акцию и хотели привлечь внимание людей к проблемам региона.

Версия обвинения

Приговор участникам Telegram-чата «Революция 5/11/17 Ростов-на-Дону» огласили в Ростовском областном суде в начале октября 2019 года, а задержали 23-летнего Владислава Мордасова, 20-летнего Яна Сидорова и 20-летнего Вячеслава Шашмина в ноябре 2017-го. Таким образом, Мордасов и Сидоров провели в СИЗО почти два года. Вячеслав Шашмин сначала находился под домашним арестом, потом — под подпиской о невыезде. Если первых обвиняли в покушении на организацию массовых беспорядков (ч.3. ст.30 и. ч.1 ст.212 УК РФ), то Шашмина — только в покушении на участие в них (ч.3. ст.30 и. ч.2 ст.212 УК РФ). По статье о подготовке беспорядков предусмотрено наказание от 8 до 15 лет заключения.

События, во время которых задержали всех троих, относятся к 5 ноября 2017 года. По данным следствия, ребята разделяли взгляды межрегионального общественного движения «Артподготовка» (решением суда признано экстремистской организацией и запрещено в РФ). Его создатель Вячеслав Мальцев заявлял, что 5 ноября 2017 года в России должна состояться «революция» и призывал своих сторонников выходить на улицы — следствие утверждает, что с целью «дестабилизации политической ситуации» в стране и подбора соратников для проведения «силовых акций», а именно массовых беспорядков в общественных местах, Владислав Мордасов создал Telegram-чат «Революция 5/11/17 Ростов-на-Дону». По данным следствия, Ян Сидоров присоединился к созданной группе, и Мордасов наделил его правами администратора. Вячеслав Шашмин, в свою очередь, следил за публикациями и тоже хотел принять участие в беспорядках, «конечной целью которых могло явиться насильственное свержение власти» — именно так формулирует пресс-служба суда.

Следствие утверждает, что Мордасов и Сидоров встречались с другими пользователями группы, обсуждая планы массовых беспорядков, к которым планировалось привлечь всех участников чата, а это не менее 200 человек. 5 ноября 2017 года Владислав Мордасов и Ян Сидоров вышли к зданию правительства Ростовской области на площади Советов в Ростове с плакатами «Верните землю ростовским погорельцам» и «Правительство в отставку». Там их и задержали. Вячеслав Шашмин был задержан в тот же день в переулке неподалеку от площади Советов. Следствие утверждает, что часть участников чата планировала приехать к зданию правительства региона с предметами, представляющими опасность, в том числе с зажигательными смесями. Однако на площадь прибыли не более 10 человек.

Сторонние наблюдатели, которые не знали «подводной» части дела, восприняли сроки как наказание за надписи на этих плакатах, но это несколько не так. Сотрудники правительства Ростовской области говорят, что около их здания пикеты с жёсткими лозунгами можно видеть достаточно часто, однако арестов за ними обычно не следует.

В итоге суд признал всех троих виновными. Владислав Мордасов приговорён к шести годам и семи месяцам, Ян Сидоров — к шести годам и шести месяцам (оба — в колонии строгого режима), Вячеслав Шашмин — к трём годам условно. Обвинение просило более суровых наказаний: Мордасову и у Сидорову — восемь с половиной и восемь лет колонии, Шашмину — три года.

Сторона защиты

Защита Владислава Мордасова, Яна Сидорова и Вячеслава Шашмина просила оправдать обвиняемых. Сами ребята в суде настаивали, что дали признательные показания после физического и морального давления, и виновными себя не считают.

Владислав Мордасов не отрицал, что создал чат, познакомившись с другим ростовчанином в чате «Революция в России», тот и дал название «ростовскому» чату. Однако потом чат из обсуждения блога Вячеслава Мальцева превратился в обсуждение мирной акции, которая была запланирована на 5 ноября 2017 года в Ростове, рассказывали осужденные. Целью акции было привлечь внимание к проблемам региона, указывал Ян Сидоров. Одна из них — проблема пострадавших от крупного пожара в августе 2017 года в центре Ростова. Тогда огнем было уничтожено 125 частных домов и 39 квартир в восьми многоэтажках.

Однако в чате стали появляться агрессивно настроенные участники, говорили молодые люди. «Я считаю их провокаторами», — отмечал Владислав Мордасов. Он также рассказал, что стал делать замечания таким пользователям, а потом и заносить их в «чёрный список». Молодые люди также подчёркивали, что в чате люди могли общаться на любые темы круглосуточно, и получается, что администраторы не могли следить за ними всё время.

Активисты на суде отмечали, что проводили исключительно мирную акцию протеста — с собой у них были плакаты, листовки и громкоговоритель, и в результате никто не пострадал, не было повреждённого имущества. «Я неравнодушный гражданин. Я интересуюсь положением дел в нашей стране, не всем я доволен. Я не стесняюсь об этом говорить, выражать свою позицию в проведении мирных акций», — говорил Ян Сидоров.

Адвокаты настаивали на отсутствии доказательств, которые бы подтверждали планы обвиняемых устраивать какие-либо акции, кроме мирного пикета. «На предварительном следствии во внимание бралась неполная переписка из чата, то есть какие-то выборочные сообщения, — рассказала “Эксперту ЮГ” адвокат Владислава Мордасова Юлия Спиридонова. — Мы провели лингвистическое исследование, согласно которому ни в высказываниях Сидорова, ни в высказываниях Мордасова никаких призывов к организации массовых беспорядков не было. Но суд нам отказал в приобщении исследования к материалам дела, равно как и в допросе специалиста, который готовил это заключение. Явку в суд этого специалиста мы обеспечили. Мое субъективное предположение — чтобы не рушить стройную позицию обвинения».

«Экспертиза, проведённая МВД, не нашла среди адресантов сообщений в чате, которые высказывали какие-либо агрессивные настроения, ни Влада, ни Яна, ни Вячеслава, — продолжает мама Яна Надежда Сидорова. — Мы об этой экспертизе узнали через несколько месяцев после её проведения. И после этого правоохранители заказывают психолого-лингвистическую экспертизу, но уже в частной организации. По сообщениям от третьих лиц эксперты сделали вывод, что Влад и Ян являются лидерами этого сообщества. Экспертов, которые готовили заключение, суд отказался допросить во время заседания».

По словам Юлии Спиридоновой, ряд свидетелей (гражданских лиц, не сотрудников правоохранительных органов) при допросе в суде отказались от показаний, которые они давали на этапе предварительного следствия, мотивировав это тем, что ранее они подвергались психологическому давлению. «Главное то, что у всех задержанных в этот день не было обнаружено ни зажигательных смесей, ни оружия, то есть ничего, что могло бы помочь устроить беспорядки, связанные с погромами и поджогами», — говорит Юлия Спиридонова.

 Она также пояснила, что Владиславу Мордасову и Яну Сидорову грозило заключение на срок от 8 до 15 лет, но суд применил ст. 64 УК РФ «Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление». Суд посчитал, что признательные показания, данные на этапе предварительного следствия, являются смягчающим обстоятельством. Адвокаты осужденных будут подавать апелляцию на приговор, её должен рассматривать Третий апелляционный суд общей юрисдикции в Сочи.

Работа на опережение

Общественный резонанс, связанный с делом Владислава Мордасова и Яна Сидорова, достиг пика во время последних судебных заседаний. А писатель и публицист Дмитрий Быков даже написал стихи о приговоре, вынесенном ростовчанам.

«С учётом внимания к этому делу, которое сейчас наблюдается, шансы на пересмотр в апелляционной инстанции в сторону смягчения есть. Вопрос в том, насколько назначенное наказание соразмерно той общественной опасности, которую ребята представляли. Я считаю, что, конечно, несоразмерно», — говорит глава Ассоциации защиты бизнеса Александр Хуруджи.

Наказание могло ограничиться административным, если бы не ряд существенных факторов. «Если бы молодые люди проводили свою акцию не 5 ноября 2017 года, если бы их чат не назывался “Революция 5/11/17 Ростов-на-Дону”, если бы это всё не было так или иначе связано с запрещённым в России движением “Артподготовка”, если бы не было плаката “Правительство в отставку”, то дело могло бы ограничиться административным наказанием», — считает генеральный директор фонда «Прикладная политология» Сергей Смирнов.

Главный аспект в деле Мордасова и Сидорова — политический, отмечает политолог Роман Базиков: «Ключевая задача здесь — показательная, чтобы другим неповадно было в будущем. Другой момент заключается в том, что исполнители на местах таким образом посылают наверх сигнал о том, что они готовы жёстко разбираться с подобного рода проявлениями». При этом уровень протестной активности в Ростовской области существенно ниже, чем в среднем по стране и в соседних регионах, считают опрошенные эксперты. «В Ростове-на-Дону за последние два-три года никаких реально массовых акций протеста не было. Реальная угроза подобных протестных групп преувеличена, здесь скорее идёт работа на опережение, чтобы подавить любой протест в зародыше», — полагает Роман Базиков.

Другое резонансное уголовное дело, возбуждённое в Ростове-на-Дону, — это дело активистки «Открытой России» Анастасии Шевченко, которое завели в январе 2019 года по статье 284.1 УК РФ («Деятельность нежелательной организации»). Дело по этой статье было возбуждено в России впервые. Сейчас Анастасия Шевченко находится под домашним арестом. Однако даже появление таких дел именно в Ростовской области не говорит о том, что здесь налицо высокая протестная активность, считает Роман Базиков. «Непосредственной связи между делом Анастасии Шевченко и делом Владислава Мордасова и Яна Сидорова нет, но есть общая логика — показательные наказания», — заключает политолог.

У партнеров

    «Эксперт Юг»
    №10 (436) 1 октября 2019
    На Юге бум малых экспортёров
    Содержание:
    Реклама