Долги села рождают монстров рынка

В погоне за прибылью и чистюли не брезгуют нарушить закон

Социалистическая авантюра с распашкой целинных земель привела к тому, что большинство хозяйств Оренбургской области расположены в зоне рискованного земледелия и сориентированы на производство зерна. Отсюда нестабильность урожая и низкая рентабельность, компенсируемая увеличением посевных площадей. Размывание оборотных средств и диспаритет цен ввергли село в огромные долги - 2648 млн. рублей на начало этого года. Именно долги порождают разнообразные формы зернового бизнеса от нелегальной продажи зерна до абсолютно цивилизованных форм торговли. Однако деление это условное и нет четких границ, отделяющих одно от другого, как и нет фирм-покупателей, работающих только в одном сегменте рынка. В погоне за прибылью даже законопослушные коммерсанты, если таковые у нас существуют, не брезгуют нарушить законодательство.

Чтобы добыть деньги, руководители хозяйств, например, формируют у себя неучтенные излишки продукции. Весной на бумаге указываются сокращенные размеры засеянных площадей, а осенью занижаются показатели валового сбора зерна. Это позволяет спрятать 15-18% от общего объема производства зерна в области.

Все врет статистика

В России зерна гораздо больше, чем отражает статистика, и, похоже, никто в точности не знает - сколько именно. "Неучтенку" реализуют за наличный расчет, без оформления документов. Соответственно цена на такую продукцию - демпинговая. Если в прошлом году официальная рыночная стоимость 1 тонны пшеницы 3 класса составляла 2600 рублей, то за "черный нал" можно было купить зерно по 700-900 рублей. Пройдя через ряд фирм-посредников, партия неучтенной пшеницы дробится или, наоборот, объединяется с другими партиями, после чего зерно легализуется и вполне официально перепродается. Выяснить его происхождение и движение практически невозможно. По признанию людей, работающих в данном бизнесе, прибыли могут достигать 300 %.

"Черный рынок" зерна поделен и контролируется криминальными структурами, которые зачастую и подталкивают хозяйства к производству неучтенной продукции. На этом же рынке легализуется краденая пшеница. "Черный рынок" зерна позволяет отмывать грязные доходы, что тоже притягательно для криминальных структур, имеющих дело в основном с наличными деньгами.

В одном из крестьянских хозяйств на западе Оренбургской области я был приятно поражен, увидев ряд новеньких ангаров для хранения зерна. За хозяйством числятся огромные долги, откуда деньги на строительство? Председатель стушевался: "Вот, выкрутились". После поведал: "Приезжают ко мне ребята и строят ангары, а я отдаю за них зерно по бартеру другой фирме. Они так между собой расплачиваются. Если бы я зерно продал, деньги сразу бы за долги забрали. По бартеру работает большинство хозяйств - ГСМ надо, запчасти надо, стройматериалы нужны. Да, мало ли чего нужно. За деньги не купишь - нет их, денег".

Бартер - прекрасный способ не возвращать долги. Фирмам-перекупщикам он помогает уходить от налогов. Все счастливы и довольны. Если бы не одно обстоятельство: при подобных расчетах цена зерна в 3-5 раз выше рыночной. Но крестьянам услуги и различные расходные материалы нужны сейчас, а зерно будет только осенью. Деваться некуда, и они соглашаются. Правда, в свою очередь они тоже хитрят - завышают цену на зерно на 30-40%, которые теряют при бартерных схемах.

Зерно скупают по системе

Скупать зерно небольшими партиями хлопотно. Поэтому в Оренбургской области сложилась своеобразная двухуровневая система. В ее основании находятся фирмы, скупающие зерно мелкими партиями, работающие с наличностью или по бартеру. Они объединяют небольшие партии пшеницы в более крупные и перепродают их. На втором уровне находятся около пяти фирм, вывозящих зерно за пределы Оренбургской области. В основном в Москву, Санкт-Петербург, Самару. Эти структуры имеют возможность сами перерабатывать зерно, у них налаженные связи с железной дорогой, элеваторами. В случае необходимости они могут взять кредит в банках. В прошлом году было продано 1098,1 тыс. тонн зерна, из них львиная доля реализована за пределами области.

Администрация губернатора Алексея Чернышова пытается влиять на формирование рынка зерна в Оренбуржье и устанавливать на нем цену. Затраты на производство тонны пшеницы, по ее расчетам, в этом году составят 2000 рублей. Это несколько больше, чем в 1999 году. Рост произошел из-за повышения цен на ГСМ, газ и электроэнергию. Рекомендуемая цена в этом году составит 2800 рублей. Реальная себестоимость зерна у разных хозяйств будет колебаться в пределах от 1.500 до 2000 рублей. И значит, у фирм, закупающих зерно, есть резерв для ценового маневра. Еще одним фактором, влияющим на снижение закупочных цен, может послужить хороший урожай зерновых культур. Пока погода была милостива к сельчанам, велась борьба с саранчой. Кстати, в 1999 году из-за непогоды и прожорливых насекомых было потерянно около 18% урожая. Так что в этом году при средней урожайности 12 центнеров с гектара дополнительно будет собрано не менее 480 тыс. тонн пшеницы.

Кому достанется прибыль

Но большие доходы от большого хлеба опять осядут в карманах посредников, занимающих доминирующее положение на рынке зерна, что позволяет им диктовать цены. Крестьяне пока несмело и неумело осваивают сферу торговли собственным товаром. "Черный" и "серый" рынки устраивают многих людей, причастных к одному из главных богатств области - хлебу, в том числе людей во власти и около власти. Государственные учреждения активно участвуют в бартерных схемах, по которым продается до 70% урожая. Доходы фирм здесь составляют от 100 до 150%. Наживаются все, а вот сельхозпредприятия Оренбуржья не скоро избавятся от долгов и будут по-прежнему вынуждены играть по сложившимся правилам, себе в убыток.