Налог на вашу голову

Российский бизнес снова оказался заложником непродуманных законов

Первые два месяца налоговой реформы в России показали, что благие намерения законодателей обернулись для бизнеса новыми проблемами. Безусловно, пока сложно провести детальный анализ уровня собираемости налогов на территориях, оценить размер налогового пресса, поскольку налогоплательщики еще не сдали первый квартальный отчет по новой системе. Тем более что традиционно "налоговая лихорадка" обостряется к середине года. Однако на этапе текущего планирования бизнеса практически у всех групп предпринимателей возникает масса вопросов в сфере налогообложения, на которые они не могут найти ответа во второй части Налогового кодекса, настолько окончательный вариант оказался расплывчатым и двусмысленным. Под нажимом бизнесменов депутаты Государственной думы в срочном порядке принимают поправки к закону, который только-только вступил в действие. Еще хуже ситуация в регионах. Налогоплательщики осаждают территориальные службы МНС, требуя разъяснений непонятных формулировок у специалистов налоговых органов, те ссылаются на высшие инстанции, местные органы власти быстро подчищают законы, которые отданы в их компетенцию... В общем, ситуацию можно охарактеризовать так - полная неразбериха.

Спрашивайте, господа, спрашивайте...

Напомним, что основные изменения налогового законодательства связаны с введением в действие четырех глав второй части НК, которые касаются уплаты налога на добавленную стоимость, акцизов, налога на доходы физических лиц и единого социального налога. Большинство консультантов считают, что налоговый пресс в 2001 году в целом должен снизиться, что связано с уменьшением ставки налога на пользователей автомобильных дорог, отменой налогов на содержание объектов соцкультсферы и на приобретение транспортных средств. Однако это снижение будет не таким существенным, чтобы кардинально изменить финансовое положение предприятий. Все-таки увеличение налога на прибыль на 5% (доля, поступающая в муниципальные бюджеты) даст дополнительную нагрузку на рентабельно работающие компании. Поэтому по истечении двух месяцев многие аналитики уже менее оптимистично оценивают реальный уровень налогового бремени. Тем более в регионах. Так или иначе, а территориальные бюджеты сверстаны с большим дефицитом, что может привести в первую очередь к политическому давлению на крупные бюджетообразующие предприятия.

Между тем для самих налогоплательщиков сейчас более актуальна проблема собственно начисления налогов, определения налогооблагаемой базы, а следовательно, и составления бизнес-прогнозов. По словам директора центра "Налоги и финансовое право" Аркадия Брызгалина, особенно много вопросов поступает по налогу на добавленную стоимость со стороны экспортеров: кодекс существенно ужесточил порядок возмещения из бюджета НДС, а в регионе много предприятий, поставляющих продукцию на экспорт, и возврат налога для них весьма значим.

Самым показательным примером противоречий в толковании второй части НК эксперты называют порядок применения ст. 145. Согласно этой статье, от НДС освобождаются организации и граждане, если за три предшествующих месяца сумма выручки от реализации товаров не превысила 1 млн руб. Однако что брать за начало отчета: первые три месяца этого года или последние три прошедшего? Однозначного ответа на этот вопрос долго никто не мог получить. Наконец, налоговые органы высказали свое мнение: положение начинает действовать только в отношении трех месяцев, начиная с 1 января 2001 года. Поэтому налоговые инспекции не освобождают от НДС тех плательщиков, у которых по итогам последнего квартала 2000 года объем выручки не превысил 1 млн рублей. По мнению специалистов центра "Налоги и финансовое право", ситуация абсурдная: предприниматель, никогда не плативший НДС и имеющий минимальные обороты, должен в первом квартале его платить, чтобы потом получить освобождение.

Много идет дискуссий и по поводу уплаты НДС малыми предприятиями. Специалисты не видят никакого экономического смысла заставлять малые предприятия платить НДС раз в месяц, а не раз в квартал, как раньше.

Отношение к единому социальному налогу опять же двойственное. Введение этого налога фактически означает унификацию налоговой базы по социальным платежам, что само по себе хорошо. Кроме того, упрощается порядок уплаты страховых взносов во внебюджетные фонды. В то же время усложнилась процедура расчета этого налога, так как налоговая база и ставка должны исчисляться отдельно для каждого работника.

Непонимание ситуации чаще всего возникает именно потому, что НК прописан нечетко и по сути своей проводимая налоговая реформа не решила проблему создания прозрачного законодательства в сфере налогообложения. "Много у нас говорилось о том, что налоговое законодательство должно быть понятным. К сожалению, вторая часть НК этому принципу не отвечает. Сформулированные нормы по-прежнему подвергаются двойному и тройному толкованию. В итоге, каким запутанным и сложным наше законодательство было, таким оно и остается", - считают эксперты центра "Налоги и финансовое право".

Еще один пример. Речь идет об уплате социального налога теми предприятиями, которые попали под категорию плательщиков единого налога на вмененный доход. Как известно, эти предприятия платят только один налог, в этом и состоит смысл схемы. Но как-то так получилось, что в первоначальном варианте абзац об этой группе плательщиков куда-то исчез. И начались разговоры о том, что вроде бы они должны все-таки начислять платежи по социальному налогу. Ситуацию удалось быстро исправить, в закон были внесены изменения. Но понервничать бухгалтерам и руководителям пришлось изрядно. Таким образом, заложниками закона снова оказались налогоплательщики. Именно им сейчас придется на практике разрешать противоречия, не снятые законодателями. Чтобы не попасть впросак, консультанты советуют им активнее защищать свои права и вести постоянный диалог с налоговыми органами.

"Надо смелее обращаться в налоговые органы с требованием разъяснять те или иные спорные вопросы, - рекомендует Аркадий Брызгалин. - Это стимулирует специалистов налоговых инспекций давать более детальные и качественные ответы, что избавит налогоплательщика от множества проблем. Тем более исполнение разъяснений налоговых органов освобождает предприятие или физическое лицо от ответственности. То есть ответ налоговых органов на письменный запрос - это официальный документ".

Несчастный частный инвестор

Пока основным итогом реформы налогоплательщики называют лишь новые проблемы. Причем некоторые предприниматели уже понесли реальные убытки. В частности - участники фондового рынка. Разработчики НК настолько противоречиво прописали схему налогообложения доходов физических лиц от операций с ценными бумагами, что значительная часть этой категории инвесторов предпочла уйти с рынка до полного разъяснения ситуации с налогами. Вместе с ними убытки понесли региональные брокерские и инвестиционные компании.

Сама по себе схема налогообложения доходов населения от операций с ценными бумагами существенно не изменилась. Как и раньше, осталось два варианта (с небольшими корректировками) налогообложения доходов от продажи имущества (к чему относятся ценные бумаги). Налогоплательщик имеет право выбрать любой. По первому налог на доходы физического лица от реализации ценных бумаг насчитывается только с суммы, превышающей 125 тыс. рублей (раньше это составляло 1000 МРОТов, или 83 тыс. рублей). По второму база для налогообложения определяется так: выручка от продажи уменьшается на сумму затрат, которые понес владелец ценных бумаг при их приобретении.

Раньше определение налогооблагаемой базы, исчисление налога и его удержание, перечисление в налоговые органы в течение года брали на себя брокерские и инвестиционные фирмы, а также банки, через которые частные лица покупали или продавали ценные бумаги. А налоговые инспекции проводили расчеты при получении сведений от источника выплат по окончании года. Теперь организации, выплачивающие денежные средства от продажи ценных бумаг, получили статус налогового агента. В соответствии с НК все прежние функции остались за ними. Однако право предоставления так называемого имущественного налогового вычета предоставлено исключительно налоговым органам, то есть управлениям МНС в конкретном регионе. С этого и начались законодательные проблемы.

С одной стороны, по кодексу с брокерской фирмы как налогового агента никто вроде бы не снимал обязанностей по исчислению налогооблагаемой базы. Эти функции прописаны в соответствующей главе, которая определяет обязанности налоговых агентов. С другой стороны, определить суммы вычета имеют право только налоговые органы, а брокеры могут лишь сообщать им информацию о сделках. По окончании года налогоплательщик сам идет в налоговую инспекцию, подает декларацию, и налоговые органы на основании предоставленной информации считают, сколько он должен заплатить государству. В итоге банки и брокерские фирмы встали перед дилеммой. Если они не будут начислять клиентам налоги с продажи акций, они попадут под категорию нарушителей и при проверке подвергнутся санкциям. Штрафы просто остановят бизнес: средняя комиссия брокера составляет 0,2 - 1,5% от сделки, а сумма штрафа - 20%. В то же время определить налогооблагаемую базу в соответствии с НК брокер не может, так как у него нет права просчитать налоговый вычет. Единственное, что он может, - формально выполнить требования кодекса, просчитав базу без вычета, то есть всю выручку клиента обложить по ставке 13% безо всяких льгот. Но это означает, что инвестор разорится уже после четырех-пяти операций.

Специалисты инвестиционных компаний предупреждали клиентов о возможных неприятностях еще в ноябре прошлого года (см. "Эксперт-Урал" N 11 от 20 ноября 2000 года). Брокеры предвидели ситуацию. В результате с наступлением нового налогового сезона одни решили не рисковать и все-таки стали начислять налоги, исходя из полной ставки 13% на всю сумму дохода. Другие, стараясь удержать клиентов, эту операцию не производили. Это вызвало нездоровую конкуренцию.

Впрочем, и те и другие вынуждены были объясняться с населением. При этом большинство советовало инвесторам пока приостановить все операции и подождать официального мнения налоговых органов. По словам генерального директора инвестиционной компании "Линэк" Александра Казанцева, его сотрудники из всего времени общения с клиентами 80% тратят на разъяснение налогового законодательства.

Весь январь брокеры осаждали региональные управления МНС. Однако районные инспекции молчали, ссылаясь на отсутствие информации "сверху". И только в конце января, получив от МНС методические рекомендации по применению второй части НК, областные управления министерства начали отвечать на запросы. Выяснилось, что налоговые агенты все-таки не должны удерживать налог с доходов физических лиц от продажи ценных бумаг.

Казалось бы, все точки над "i" расставлены. Однако за время ожидания (а многие уже в декабре приостановили операции по покупке ценных бумаг у "физиков") банки и инвестиционные компании понесли серьезные убытки. По оценкам начальника казначейства ОАО "Уралсибсоцбанк" Александра Пластинина, его банк от недопривлечения клиентов за три месяца недосчитается около 300 тысяч рублей. Александр Казанцев считает, что его компания потеряла половину среднего оборота клиентов за каждый месяц ожидания. Аналогичная ситуация в челябинском финансовом агентстве "Милком-инвест". Как говорит его директор Игорь Кравченко, примерно две трети клиентов компании - физические лица, поэтому спад деловой активности серьезно отразился на доходах фирмы.

Подчеркнем, что в целом такая картина характерна именно для регионального рынка. Дело в том, что московские брокеры, как правило, проводят операции через юридические лица. Об этом говорит хотя бы тот факт, что биржевые обороты в январе - феврале по этой причине не снижались. А вот в регионах ситуация иная. Небольшие банки и инвестиционные компании активно работают именно с частными инвесторами. Тем более что на руках у населения до сих пор остались акции Газпрома (Екатеринбург оказался одним из немногих городов, где проводился чековый аукцион по продаже акций этого эмитента), которые продолжают движение на рынке.

Теперь вернуть и без того недоверчивого инвестора будет непросто. Перестраховавшись, многие продали акции и вложили деньги в доллары или недвижимость. Государство, которое так надеется, что население придет на фондовый рынок, в очередной раз с легкостью отвернулось от народа. И все.... из-за нескольких строчек в законе.

Невменяемый доход

Еще одна категория предпринимателей, пострадавшая от новшеств, - малый бизнес, который попал под категорию плательщиков единого налога на вмененный доход. Право его разработки и введения относится к компетенции субъектов федерации. В регионах, где ввели этот налог, власти так наэкспериментировали с его суммой, что предприниматели вышли на улицы с плакатами и устроили акции протеста. Речь, в частности, идет о Свердловской области.

Впрочем, власти понять можно. В этом году схема распределения доходов между уровнями бюджетов существенно изменилась, регионам достались самые труднособираемые налоги: на прибыль, на доходы физических лиц. Естественно, чтобы компенсировать недостачу доходной части областных бюджетов, местные власти воспользовались правом и снова ввели региональные налоги: с продаж и единого налога на вмененный доход для определенных видов деятельности. В бюджете 2001 года планируется собрать от налога с продаж 430 млн рублей, с налога на вмененный доход - 170 млн рублей. Вот только в погоне за дополнительными доходами как-то переоценили возможности бизнеса.

Если налог с продаж рассчитать не составляет особого труда (федерация просто установила для него 5-процентный "потолок"), то определить реальные суммы отчислений в бюджет с различных сфер малого предпринимательства для налога на вмененный доход оказалось достаточно сложно.

А ведь как хорошо начиналось. Еще в 1999 году, когда ввели налог на вмененный доход, представители розничной торговли, подсчитав, решили, что для них это достаточно выгодно. При этом принцип исчисления налога (не с реальной прибыли, а с условного дохода) упростил отношения между предпринимателем и налоговыми органами. Дело в том, что условная доходность, с которой и начисляется налог, определяется эмпирическим путем на основании реально поступивших в бюджет отчислений с различных видов малого предпринимательства за каждый налоговый период. Таким образом, устанавливается усредненная ставка, платить по которой мог даже не самый удачливый коммерсант.

Между тем на практике оказалось, что под единый налог умудрились подстроиться и те предприятия, которые по закону платить его не должны. Так, закон "О едином налоге" Свердловской области помимо других включает сферу розничной торговли, "осуществляемой через магазины с численностью работающих до 30 человек, палатки, рынки, ларьки, павильоны..." и так далее. Крупные магазины, численность персонала в которых явно превышала установленную законом норму, начали дробиться на более мелкие предприятия, которые либо официально сдавались в аренду малым предпринимателям, либо начинали работать независимо. В результате получилось, что совокупные налоговые отчисления в бюджет с супермаркета, например, составляли 5 - 6 тысяч рублей.

Власти понимали: надо что-то менять. По искреннему признанию самих предпринимателей, тогда ставки налога были настолько малы, что их повышения ожидали практически все. Вера малого бизнеса в разумность органов власти Свердловской области пошатнулась, когда с 1 января 2001 года повышение для некоторых видов деятельности составило более 400%.

Придя в себя после январских праздников, владельцы павильонов, не торгующих алкоголем, имеющих площадь 10 - 20 квадратных метров и расположенных в центре Екатеринбурга, обнаружили, что теперь за три месяца должны перечислить в областной бюджет столько же, сколько "настоящие" магазины, - 17,5 тыс. рублей против 2,9 тысячи до нового года. Сказать, что это вывело их из себя, - ничего не сказать. Понятно, что возможности магазина и павильона даже с точки зрения условной доходности существенно отличаются.

Выходов из положения, как обычно, оказалось больше двух: закрыться, уйти в тень, повысить цены и подождать. Так, изменение базовой доходности для автостоянок (еще одна категория плательщиков единого налога) сразу вызвало рост цен на их услуги.

Подобное происходило и в других городах Свердловской области. Недовольство налогом высказали не только сами предприниматели, но и мэры некоторых областных городов.

Для борьбы с "невменяемым" налогом использовался весь возможный спектр лоббирования: от митингов до встреч с депутатами и совместной разработки нового, более мягкого законопроекта областной думы. В итоге подготовили новый вариант, предусматривающий существенное снижение суммы налога для предпринимателей, занимающихся розничной торговлей через ларьки, палатки и павильоны, уменьшение повышающих коэффициентов (они входят в схему расчета налога) для некоторых видов деятельности, а также снижение уровня базовой доходности для автостоянок. Так, нашему виртуальному владельцу павильона в центре Екатеринбурга, пострадавшему от единого налога, сумма выплат будет снижена с 17,5 тыс. рублей до 8,1 тысячи. "Вот теперь такой налоговый режим частных предпринимателей вполне устраивает", - прокомментировал решение областной думы директор торговой компании "Форт" (Екатеринбург) Анатолий Волков.

Однако это далеко не последнее изменение закона об этом налоге. Председатель комитета областной думы по экономической политике, бюджету, финансам и налогам Борис Чойнзонов корневой проблемой считает несовершенство федерального законодательства, на базе которого регионы и разрабатывают свои законы:

- Вместо того чтобы пойти по пути совокупного дохода, наши законодатели пользуются понятием вмененного дохода. Именно это ставит субъекты федерации в достаточно тяжелое положение, потому что учесть особенности разных видов бизнеса при разработке закона достаточно сложно.

То, что предприниматели добились-таки решения проблемы в свою пользу, хорошо. Однако есть в этом деле и другая сторона. В предыдущем варианте того же свердловского закона о налоге на вмененный доход некоторые владельцы павильонов усмотрели явное присутствие лобби со стороны крупных магазинов, которые таким образом создали для себя льготный режим. Получается, что региональные власти, не имея четкой нормативной базы, каждый раз идут на поводу у той или иной группы бизнеса: кто перетянет?

Впрочем, по этому принципу, судя по всему, и строится российское законодательство: чье лобби сильнее, те и формулируют конкретные статьи. Поэтому у нас нередко итоговые нормативные документы не узнают даже их авторы.

Самое главное - начавшаяся налоговая реформа не сделала правила игры на рынке более понятными и логичными. По крайней мере пока. И единственные, кто действительно выиграл в этой ситуации, - налоговые консультанты: уж они-то без работы не останутся еще долго. Предприниматели просто вынуждены обращаться за помощью уже на стадии прогноза, иначе убытки из-за разночтений в законе практически гарантированы.

Благие намерения авторов налоговой реформы на практике вылились в новые сложности для бизнеса. Возможно, в перспективе все действительно и утрясется. При условии, что Государственная дума будет с регулярностью вносить в кодекс изменения и поправки. Пока же предпринимателям ничего не остается, как приспосабливаться к новым условиям.

Налог на временный доход для киоска в центре Екатеринбурга (торговля промтоварами)

"Нагрузка на предприятия снизится"

Заместитель руководителя управления МНС РФ по Свердловской области Михаил Пархоменко оптимистичен:

- Любые изменения налогового законодательства в первое время вызывают определенные проблемы. Я помню время, когда ввели налог на добавленную стоимость. Думаете, тогда было меньше вопросов? Конечно, нам сейчас приходится вести много разъяснительной работы. Налоговый кодекс - это закон прямого действия, к нему нет и не будет дополнительных нормативных актов, мы пользуемся лишь методическими рекомендациями, которые не имеют юридической силы. Поэтому запросов от налогоплательщиков поступает в несколько раз больше по сравнению с прошлыми годами. Тем более что письменное разъяснение управления министерства по налогам и сборам - это уже официальный документ.

Действительно, самая сложная статья Налогового кодекса - это исчисление налога на добавленную стоимость, поэтому основная часть писем касается именно этой проблемы, особенно о праве малых предприятий на предоставление льготы по этому налогу. Мы дали однозначный ответ - сначала надо поработать и показать результаты, поэтому эта льгота может быть предоставлена только по окончании первого квартала. Проблема заключается еще и в том, что Налоговый кодекс написан другим, если можно так сказать, "нефинансовым" языком, к которому бухгалтеры еще не привыкли. Им действительно сложно с ходу во всем разобраться. Но это не ошибка. Сейчас взят курс на разделение налогового и бухгалтерского учета. Поэтому многому придется учиться.

Если же говорить в целом, то пока сложно оценить результаты налоговой реформы. Первые отчеты по новому законодательству еще только готовятся, выводы можно будет сделать не раньше первого квартала. С учетом корректировок в целом нагрузка на предприятия все-таки снизится, и мы все это увидим.

"Если ошибки не будут исправлены, положение налогоплательщиков ухудшится"

Директор центра "Налоги и финансовое право" Аркадий Брызгалин не надеется на принятие идеальных законов:

- Налоговая реформа в России не закончена. В этом году Государственная дума должна принять оставшиеся главы Налогового кодекса по федеральным, региональным и местным налогам, в частности главу о налоге на прибыль, земельном налоге, таможенным пошлинам и сборам. Я считаю, очень важно учесть опыт первого этапа и минимизировать потери от тех ошибок, которые делают законодатели. А тенденция складывается не очень хорошая. Нас очень беспокоит законопроект о налоге на прибыль: многие положения способны нанести серьезный ущерб российскому бизнесу. Например, предлагается не признавать расходы, понесенные налогоплательщиком "сверх обычных" расходов по сделкам с идентичными товарами или услугами. Если именно такая редакция будет принята, представляете, что будет? Налоговые органы сами будут трактовать нигде не определенное понятие "обычные расходы". Довольно много вопросов вызвал и первый вариант Таможенного кодекса РФ: он нисколько не упрощает таможенные процедуры и не уменьшает количество норм непрямого действия. Если эти ошибки не будут исправлены, положение наших налогоплательщиков еще больше ухудшится.

Юрист Аркадий Брызгалин известен в деловых кругах Уральского региона не только как директор центра "Налоги и финансовое право". Уже несколько лет он собирает коллекцию картин, посвященных налогообложению. Все они написаны по его личной просьбе двумя художниками. Причем замысел картин, их идеи принадлежат самому Аркадию Викторовичу. Пока в коллекции нет полотна, посвященного Налоговому кодексу. "Эксперт-Урал" попросил Аркадия Брызгалина описать замысел такой картины. "Мне представляется полотно, разделенное на три части. Первая - чистая белая линия, вторая - исковерканная полоса с неправильными очертаниями, изгибами, какими-то непонятными цветами, третья - полностью черная. Идея была прекрасная, но когда ее окончательно сформулировали, получился полный бардак. А впереди как результат - темнота, из которой никто не может найти выхода".

Новости партнеров

Реклама