Прощание с Отечеством. Дубль N...

Культура
Москва, 27.08.2001
«Эксперт Урал» №16 (29)
Поездив по миру, киномэтры ударяются в ностальгию по русской деревне

C некоторых пор старшие поколения российских кинематографистов потянулись в деревенcкую глубинку. Не так давно Эльдар Рязанов привозил в Екатеринбург свои "Тихие омуты", где главный герой, светило отечественной медицины, плюнув на престижный курорт, удирает в деревню и преображается в простецкого мужичка-лодочника. Теперь - премьера фильма уральского мэтра Ярополка Лапшина "На полпути в Париж" о крупном российском ученом сродни рязановскому "хулигану". Солидный мужчина в исполнении Владимира Андреева пытается скрыться от не менее солидных коллег, чтобы заехать в родную Устьянку, предаться ностальгии и опроститься, обрядившись в допотопную рубаху и дедовские порты. При несомненной разнице почерков двух режиссеров сюжетные ходы фильмов во многом совпадают. Правда, в отличие от Рязанова, Лапшин снял не мелодраму, а драму. Тема ее печальна - несостоятельность Родины, выталкивающей за свои пределы собственных отпрысков. Дело в том, что ученый муж собирается на постоянное жительство в Париж: в России нет возможности продолжать научную работу, дело всей его жизни.

Похоже, наши киномэтры действительно патриоты в полузабытом смысле этого слова. Лапшин любит цитировать непопулярное ныне есенинское: "Я скажу - не надо рая, дайте Родину мою". При этом голос его дрожит, на глазах - абсолютно нелицедейские слезы. Через секунду он их подавляет и продолжает деловитой скороговоркой. Вообще же 80-летний создатель "Угрюм-реки", "Приваловских миллионов", многих других знаменитых картин бодр и подтянут.

- Ярополк Леонидович, между картиной "На полпути в Париж" и вашим предыдущим фильмом - восьмилетняя пауза. Что побудило нарушить молчание?

- Прежде всего то, что Геннадий Бокарев предложил хороший сценарий на современную тему. Правда, у меня появлялись мысли, что эта затея плохо кончится: были финансовые трудности, приходилось останавливать съемки - актеры разъезжались, даже не получив зарплату. Кое-кто с картины ушел. "На полпути в Париж" мы запустили в мае 98-го. Фильм в общем-то локальный, камерный, не очень трудный и, я бы сказал, супермалобюджетный: на него потрачено всего 9,5 млн рублей. Натурные съемки проходили в деревне Слобода, что на станции Коуровка. Эту деревню я давно приметил: там снимал "Приваловские миллионы", "Демидовых", "Угрюм-реку". За три года сценарий нисколько не устарел, но время работало против нас. Выхода картины не дождались народные артисты Михаил Глузский и Любовь Соколова. Роль сестры главного героя для Соколовой стала последней, для Глузского дед Авдей - одна из последних работ в кино. Тяжелый был период, умерло несколько талантливых актеров старшего поколения.

- Вы сняли фильм о прощании с Отечеством. Его интонацию было бы трудно выразить, не пережив подобного. Вам когда-нибудь предлагали уехать из России, работать за рубежом?

- Предложений таких не было, хотя я успел побывать более чем в двадцати странах. Чувство ностальгии мне знакомо. В бытовом отношении в Европе жить, конечно, легче, но дело-то в том, что я человек русский, языков, чужих законов, нравов не знаю. Ехать в немолодом возрасте за границу навсегда - это несерьезно. Русский человек должен жить на родной земле.

- Значит, героя своего не одобряете?

- Не одобряю не его, а ситуацию, которая вынуждает людей эмигрировать. Это больная тема. Многие российские ученые, а заодно и их проекты, уезжают за рубеж. Потом Россия втридорога покупает за границей их разработки. Отсюда эта бокаревская идея.

- Ваш фильм снимался в одно время с "Тихими омутами" Рязанова. Эльдар Александрович, как и вы, отправляет своего маститого баламута в глубинку. Что это - совпадение? Тенденция?

- "Тихие омуты" я не смотрел, поэтому говорить о тенденции не буду. Я человек не деревенский. Раньше, правда, была у нашей семьи дача в деревне Мурзинка. Сейчас коренных жителей там осталось трое-четверо, зато появились улицы роскошных особняков.

- Похоже, вас это раздражает...

- Меня раздражает резкое разделение людей на богатых и бедных. Слишком большое богатство всегда основано на преступлении. Во дворе дома, где я живу, буквально повторяются сюжеты "крутых" боевиков.

- Вот вам и материал для криминальной драмы.

- Среди моих фильмов уже был детектив "Уснувший пассажир". Исторические картины мне ближе. Правда, снимать их сейчас особенно дорого. Сами понимаете: костюмы, имитация старинной обстановки, консультации специалистов. У меня в чулане до сих пор лежат стопки писем со всей страны и из зарубежья, авторы которых благодарят за "Угрюм-реку". Думаю, успех этого фильма мне уже не повторить.

- Ярополк Леонидович, вы в своем Отечестве явно никогда не были изгоем: вас не третировали цензоры, ваши фильмы не лежали годами на полке. Этот "зеленый свет" всегда горел ровно или что-то сделать все же не удалось?

- Жаловаться на судьбу в самом деле не приходится, хотя кое-что из снятого мной на экраны не попало. Например, в фильме "Назначаешься внучкой". В начале 70-х в "Новом мире" были опубликованы воспоминания разведчицы Мухиной, которая добровольцем отправилась на фронт. Удивительная судьба! На основе этой повести был сделан фильм. Первыми его смотрели представители Государственного разведывательного управления, которые запретили показывать картину в первозданном виде. Вроде бы ничего секретного в ней не было, тем не менее пришлось сделать много купюр. Фильм все-таки вышел, но без изюминки, в нем не осталось самых невероятных, но реальных моментов. Полностью была зарезана картина "Джек Восьмеркин, американец": кому-то не понравилось, что парень из США учит жизни советских людей. Еще мне не всегда везло с классикой. Так получилось, что многие картины по произведениям, которые волновали меня, другие режиссеры успели снять раньше. Меня опередили с "Героем нашего времени", "Вешними водами", "Казаками"... Классика хороша тем, что ее героев достаточно переодеть, поместить в современную обстановку, и получишь картину нынешней жизни. Возьмем "Приваловские миллионы" - та же, что и сейчас, борьба за деньги, власть, те же интриги...

- Кроме миграции интеллекта, какие современные темы вас волнуют? О чем будет следующий фильм?

- Можно было бы снять еще картину, но вроде бы уже и неприлично: надо уступать дорогу молодым. Четких планов на будущее у меня нет. Правда, Геннадий Бокарев недавно показал новый сценарий, совершенно не подкрепленный деньгами. Но это еще не повод думать, что кто-то увидит его экранизацию.

...Прокатная судьба картины "На полпути в Париж" пока неизвестна. Скоро он должен быть показан на широком экране екатеринбургского Дворца молодежи. О дальнейшем прокате ведутся переговоры с московскими фирмами.

Кстати, коварная заграница не всегда способна усвоить российский интеллектуальный продукт. Оператор-постановщик "На полпути в Париж" Борис Шапиро ради работы над этим фильмом вернулся из Австралии, где прожил год с надеждой остаться навсегда. Известия о том, что Лапшин снимает кино, оказалось достаточно, чтобы завершить эмигрантскую эпопею уральского кинооператора. Сам же Ярополк Леонидович, отпраздновав премьеру и полюбовавшись уральской деревней, отправляется отдыхать в заокеанскую глубинку: "В Тихом океане есть маленький остров. Там живут друзья нашей семьи, которые пригласили к себе отдохнуть. Природа на острове чудесная: реки, водопады, есть даже спящий вулкан...".

Смена впечатлений для режиссера как горючее для мотора. Вполне возможно, что скоро мы узнаем, что Лапшин вновь взялся за старое - за новый фильм.

Екатеринбург

Новости партнеров

Реклама