Заговор обреченных

Денис Болихов
24 сентября 2001, 00:00
  Урал

Директора оборонных заводов опасаются, что реформа ВПК уничтожит не только наметившийся промышленный рост, но и сами предприятия

Большая часть предприятий военно-промышленного комплекса Свердловской области выживает, делая ставку на экспорт разрешенных к продаже военных изделий и технологий. Объем экспорта в 2000 году по отношению к 1999-му увеличился на 40%, область вышла на третье место в России по поставкам вооружений и военной продукции инозаказчикам. Именно этот бизнес дает сегодня основную прибыль. Вместе с тем оборонные предприятия мечтают о временах, когда выполнение утвержденного объема гособоронзаказа снова будет их главной задачей. Его отсутствие на ближайшие три-пять лет не позволяет заводам осуществлять плановую экономическую политику. И дело не только в том, что выпустить одну зенитно-ракетную систему или танк выгоднее, чем миллион формочек для выпечки. Большинство директоров предприятий ВПК, несмотря на все обиды на государство, остаются патриотами. Их волнует обороноспособность отечественной армии, которую они призваны обеспечивать. Поэтому заявление российского вице-премьера Ильи Клебанова, прозвучавшее после правительственного заседания по реформированию ВПК - "в России 1700 предприятий, задействованных в реализации оборонных программ, к 2006 году их число сократим наполовину", - их впечатлило.

Без перспективы

Как тут не почувствовать себя вновь обманутыми государством? Экономика оборонных предприятий и без того слишком медленно тянется вверх вслед за другими отраслями промышленности. Развиваться быстрее или хотя бы вровень не позволяют мобилизационные мощности: в среднем нагрузка на военные мощности составляет лишь около 30%, остальные, как правило, простаивают, но их необходимо обслуживать и содержать. Погашение затрат производится из федерального бюджета на 6 - 7% от потребности, то есть содержание мощностей фактически переложено на предприятия и они вынуждены часть затрат относить на гражданскую продукцию, что неминуемо сказывается на ее цене, снижает конкурентоспособность.

Еще проблема - за отгруженную военную продукцию государство по-прежнему не спешит расплачиваться. Долги министерства обороны и Рособоронэкспорта тянут военно-промышленный комплекс вниз. Только перед предприятиями Свердловской области у государства накопился долг в 1,5 млрд рублей, вымываются и без того скудные оборотные средства. Естественно, редкий банк, увидев в отчетности предприятия сплошные прорехи, согласится проинвестировать его всерьез и надолго. Если на большинстве гражданских промышленных предприятий средняя зарплата уже давно держится на уровне 4 - 5 тыс. рублей, то в ВПК все те же 2 - 2,5.

За десять лет оборонщики научились выпускать сравнительно конкурентоспособную, по крайней мере на внутреннем рынке, гражданскую продукцию. Однако высококачественных, пользующихся спросом на внешнем рынке товаров в общем объеме не так много. И связано это с тем, что перед предприятиями ВПК стоит ряд технических и организационных проблем, не позволяющих обеспечивать высокий уровень товаров. И для директоров, и для государства очевидно: даже в далекой перспективе эта ситуация не имеет счастливого разрешения. Без развития науки и производственной базы, без "вкачивания" денег в новейшие технологии российская оборонка обречена.

Без логики

Подход, с помощью которого государство взялось вытягивать отечественный ВПК из трясины, вызвал у оборонщиков резко отрицательную реакцию: на их взгляд, в военно-промышленном комплексе задумали учинить революцию, причем искусственную, когда игнорируются инициатива и предложения снизу, от практиков.

Идея реформирования, разработанная и озвученная Ильей Клебановым, выглядит так: предприятия объединить в 36 тематических холдингов, которые составят три группы: выпуск конечных вооружений, поставка систем оружия и разработка двигателей, радаров, электроники. Программа рассчитана на два этапа: с 2001 по 2004 год - создание и формирование промышленных структур оборонного комплекса, которые нацелены на производство вооружения; 2005 - 2006 годы - слияние предприятий ВПК в более крупные структуры, "глубоко интегрированные компании". Предполагается, что за счет интеграции, технологического объединения и оптимального централизованного управления финансовыми потоками эффективность деятельности предприятий значительно возрастет.

Вопросы появляются сразу: а что делать, если, скажем, часть предприятий гипотетического холдинга - государственные унитарные предприятия (ГУП), другая - акционерные общества с контрольным пакетом государства, а третьи неподконтрольны государству вовсе. Как в такой ситуации, хотя бы с юридической точки зрения, могут быть объединены финансовые потоки, распределяться прибыль, платиться НДС?

Прозвучало предложение акционировать все ГУПы, чтобы дальше работать с ними по общей схеме, а все контрольные пакеты акций серийных заводов и конструкторских бюро передать головным структурам будущих военных корпораций. Президент Союза оборонных предприятий Свердловской области Александр Шарков полагает: "Это будет вторая приватизация, в результате которой останутся жить лишь самые прибыльные экспортно-ориентированные предприятия, остальным суждено умереть". Илья Клебанов, напротив, считает, что такая система позволит развить российский ВПК "за счет внутренних инвестиций отечественных предпринимателей, а также за счет более разумного перераспределения средств от экспорта вооружений".

Предлагаемое деление на холдинги абсолютно не укладывается, по мнению оборонщиков, в логику деятельности ВПК. Скажем, завод, производящий танки, включен в бронетанковый холдинг, а предприятие, делающее орудия для этого танка, записано в артиллерийский. Цепочка начнет рваться на каждом шагу, а значит, не будет финансовой отдачи.

Без вмешательства

Познакомившись с реформаторскими идеями вице-премьера, уральские оборонщики решили без боя не сдаваться. Они заявили о своей позиции на встрече с полномочным представителем президента в УрФО Петром Латышевым, отправили через полпреда послание президенту с просьбой не дать реформе воплотиться в жизнь.

Для того чтобы сделать военно-промышленный комплекс по-настоящему сильным, государство, по их мнению, должно предпринимать принципиально иные действия: во-первых, раплатиться по долгам, во-вторых, начать в нормальном объеме и в срок давать предприятиям оборонный заказ (до сих пор практикуется система, когда он появляется лишь к середине года, а указанные объемы не соответствуют заявленным ранее) и, наконец, создать реальную долгосрочную программу развития, а не реформирования ВПК. Программа должна определять приоритетные направления развития военной техники, содержать действительные цифры финансирования производства и научных разработок вооружения, и все это должно быть защищено от секвестирования при любых ценах на нефть. Вот и все, в чем нуждаются оборонщики. Остальное может отрегулироваться само собой, с помощью обычных рыночных механизмов.

Виталий Абрамов, технический директор Уральского научно-исследовательского технологического института, констатирует: "Все сдвиги по-прежнему только в худшую сторону. До сих пор ни копейки не вложено в развитие, государство просто забыло о мозгах, о науке. Численность специалистов в оборонных НИИ и КБ области в 2000 году достигла половины уровня 1995 года, процессы вымывания и старения кадров необратимы. У нас был почти готов завод по изготовлению оборудования для оборонных предприятий, на котором должны были производиться детали для специзделий: поставлены цехи, подведены коммуникации, почти полностью оплачены станки. Но в последний момент государственное финансирование было прекращено и все эти гигантские капитальные затраты превратились в прах. И вот теперь опять Москва хочет руководить финансовыми потоками, а нам - ничего".

Без информации

История с реформированием ВПК очень напоминает другие российские отраслевые реформы, например реформу МПС, - те же смутные контуры, противоречивые и вызывающие протест идеи, непредсказуемый финал. Кстати, опыт аппаратно-железнодорожных игр внушает оборонщикам слабый оптимизм, поскольку весьма спорные предложения министра Николая Аксененко были восприняты без восторга и сегодня имеют все шансы быть отвергнуты. Настораживает другое: срок доработки правительственного варианта реформы ВПК истек, но шел этот процесс в полнейшей тишине и изоляции от тех, кого он касается напрямую. "Нас не знакомят с этой программой, хотя необходимость в этом есть, - говорит генеральный директор НПП "Старт" Геннадий Муратшин, - ее прячут за семью печатями, а куда она поведет... Все директора находятся в большом напряжении".

Появилась информация, что экземпляр готового правительственного текста по реформированию ВПК с пунктами, датами и цифрами уже прибыл на Урал. Однако никто из оборонщиков его до сих пор не видел.