Камень на шее

Марина Романова
20 января 2003, 00:00
  Урал

Уральский менталитет ювелирной отрасли: главенство камня и стойкий консерватизм

Ни в каком регионе страны, как на Урале, обычное и всем понятное словосочетание "ювелирное искусство" не вызывает толкований, разных до противоположности. Поэтому требуется разобраться в терминах. Ювелирка в понимании большинства потребителей - это мелкие изящные изделия из драгоценных камней и металлов. Однако богатая поделочными камнями уральская земля вносит в понятие свои "каменные" коррективы. Ювелирное искусство в представлении большинства местных художников - это творческая обработка относительно дешевых материалов: мельхиора, яшмы, агата, причем камень первенствует над металлом. При этом художественный уровень высок, а нацеленность на утилитарность отсутствует: уральские мастера нередко производят серьги и браслеты, которые нельзя носить исходя уже из немалого их размера и веса. В результате изделия украшают не шеи, а витрины, и не магазинов, а музеев.

Носить или смотреть - вот в чем "уральский" вопрос. В зависимости от предполагаемого ответа в Екатеринбурге проводятся конкурсы, разные по составу участников и экспонатов. Художники соревнуются при Музее истории ювелирного и камнерезного искусства. Фирма "Ювелирный дом" (сеть из пяти магазинов, собственное производство) собирает промышленных дизайнеров и показывает изделия из золота и бриллиантов. А вот завершившая год выставка "Уралювелир-2002", в ходе которой также прошло несколько конкурсов, объединила всех. В том числе и многочисленных гостей - фирмы-производители из Москвы, Санкт-Петербурга, Сочи, Приволжска, Новосибирска. Экспозиция особенно ярко продемонстрировала разницу-пропасть между изделиями мастеров и массовкой. А также показала, что общий уровень уральской ювелирной школы уступает в современности дизайнерских решений ювелирам других регионов.

Основное качество уральской ювелирной школы сегодня - глубокий разрыв между признанными художниками-ювелирами и ювелирным производством как таковым. Что представляют собой эти две стороны одного целого - ювелирного процесса? Вершин по определению мало, и каждая имеет имя: Владислав Храмцов, Леонид Устьянцев, Владимир Сочнев. Именно они сформировали славу и неповторимое своеобразие уральского ювелирного искусства. Они создают уникальные вещи, которые приобретает довольно узкий и постоянный круг поклонников, частные коллекционеры, а музеи получают в порядке расчета за организацию экспозиций. Однако, по мнению даже преданных "старой гвардии" искусствоведов, в основном они варьируют когда-то найденные образы и формы. Хотя есть среди "живых классиков" и авангардисты, например, Владимир Денисов использует современные технологии и новые материалы типа эбонитовой трубки для изготовления колец.

Несколько особняком стоит Сергей Пинчук. Он член союза художников России, его выставки проходили в США, Японии, практически во всех европейских странах. Художнику не свойственна психология местечковости, он отказывается от причисления себя к какой-либо школе. От большинства уральских мастеров отличается любовью к металлу: золоту и особенно серебру, исследуя его бесконечные возможности и совершая на этом пути открытия. Традиционным уральским гигантизмом не страдает, делает вещи, которые приобретают (к примеру, Клара Новикова, Инна Чурикова, София Ротару, жены мэров и видных политиков) с целью простой и невозвышенной - носить. Однако и он не ощущает себя в рынке, работает без менеджера и вообще един во всех лицах: и художник, и огранщик, и литейщик, а также продавец собственной продукции.

Ювелирное производство в Екатеринбурге - это прежде всего завод "Ювелиры Урала", базовое предприятие отрасли в регионе, выпускающее более двух тысяч наименований золотых и серебряных изделий. Здесь и откровенная массовка, и промышленный эксклюзив, то есть серии по 20 - 30 изделий, а также единичные вещи, отправляющиеся на всевозможные конкурсы и выставки. Кроме гиганта работают 60 небольших ювелирных предприятий, есть и неучтенные "теневики". В промышленной ювелирке свои дизайнерские вершины. Ставка делается на такие имена, как Валерий Игнаткин, Виктор Плашкин (кстати, непрофессиональные художники), Марина Орлова. Единственный в своем роде образец сочетания профессионализма, высоты творческой мысли и рыночной востребованности представляет Елена Опалева. Она художник-ювелир в чистом виде: придумывает, создает эскизы, которые воплощают другие. Получила Золотую звезду выпускника архитектурной академии как человек, добившийся выдающихся результатов в своем деле: создала шикарную вещь, которая попала в класс "от кутюр", получив международную алмазную премию фирмы "De Beers". Сейчас она в тандеме с менеджером создала собственное предприятие. Но опыт Опалевой пока исключение.

Художник и производитель: два взгляда с разных точек на одно и то же явление - ювелирный процесс на Урале. У нас нет цели столкнуть их мнения. Кстати, они во многом сходятся.

Алмазно-каменный венец

Кирилл Глазырин - художник-ювелир. Он теоретик и практик одновременно: преподаватель Уральской архитектурно-художественной академии и выставляющийся художник. Его собственные работы оригинальны и не похожи на многое, родившееся в каменном крае.

- Ювелирное искусство и ювелирное производство - две совершенно разные вещи, в уральском случае не совпадающие и просто далекие. Производственники в большинстве своем лишены художественных ориентиров. Все, что они знают о художественной стороне ювелирки, это советские разработки (большой камень в золотой оправе) и агрессивный итальянский дизайн. Италия развила настоящую экспансию в нашу страну и продает уже модели. Наши производители пользуются ими и считают, похоже, что вообще можно обойтись без собственных разработчиков. В Екатеринбурге сегодня одним из наиболее успешных выглядит ювелирный дом "Вознесенский". Он даже пытается формировать моду, например, на черные бриллианты, которые на самом деле и ювелирными камнями-то не являются. Однако если посмотреть на то, что они предлагают вот уже несколько лет, становится ясно: ничего нового в сравнении с теми же итальянцами. Из множества возможных технологий используются самые простые: литье, пайка. Никаких альтернативных решений.

- Насколько я знаю, Италия наряду с Францией сегодня считается наиболее мощной ювелирной державой. Как там строятся взаимоотношения искусства и производства?

- В любой самой маленькой фирме есть художники, которые рождают идеи на уровне графики, и технологи, которые переводят их в модели и производственный процесс.

- Если есть хорошее чужое, может быть, и не стоит биться за "свое"? Существует ли вообще русская ювелирная школа?

- Она сформировалась относительно недавно и, как многое в России, соединила черты западные и восточные. Скань, большое количество крупных цветных камней, яркость, сочность, роскошь - это восточные признаки. Подход к технологиям, поточность - европейские. В результате возник "русский стиль". Особенно четко он стал проявляться после основания в XIX веке Строгановского училища и Красносельской школы. Уральская ювелирная школа - по сути ветвь последней с переносом центра тяжести на камень. Я бы сказал, постепенно хиреющая ветвь.

- Почему? Поделочный камень уже не в моде?

- Не в этом дело. Мода на искусство не проходит, хотя и массовой не бывает. Уральская ювелирная школа еще в тоталитарное время заняла определенную нишу, засела в ней и перемен вокруг видеть не желает. Мастера с именами востребованы, их продукция расходится, и суетиться, меняться, приспосабливаться вроде бы не требуется. Ее представители с завидным упорством и не меньшим, чем прежде, мастерством делают то же, что и десятилетия назад. И таким образом остаются в прошлом веке.

- Что вы подразумеваете под прогрессивными изменениями?

- Прежде всего иной анализ формы. Есть три уровня художественной ювелирки. Первый - берется природный аналог и выполняется стилизация. Камень в этом плане очень выигрышный материал, так как он всегда разный. Второй уровень - трансформация, изменение формы и фактуры. Третий, самый сложный и современный, - ассоциативный, когда происходит внутренний анализ, а мы видим уже результат, образ. Представители уральской ювелирной школы в основном находятся на первом и частично на втором уровне. Третий еще не освоен.

А еще современному художнику необходимо новое отношение к производству. Промышленный дизайн - отнюдь не художественные изыски в рамках чистого искусства. Это формообразование с учетом технических параметров, запросов потребителя, рентабельности предприятия. Это иной уровень требований: не только красиво, но и экономично, не только выразительно, но и стильно.

Пока же мы имеем ситуацию, когда талантливые художники существуют сами по себе, а производство обходится без них. Мастера не стоят во главе ювелирного процесса, не определяют его направления, не являются "законодателями мод".

- И никакого оптимизма при взгляде в будущее?

- Почему же? Из пяти выпускников кафедры ювелирного искусства архитектурной академии, а это профессиональные художники-ювелиры, трое устроились дизайнерами в фирмы по производству ювелирных изделий. Теперь количество студентов нашего отделения увеличилось до 15 человек. Недавно мои коллеги отмечали взрыв интереса к дизайну интерьеров. Надеемся, и ювелирные дизайнеры будут востребованы.

Золотое дно

Асфан Хисматулин по образованию инженер-металлург, кандидат технических наук. Отношение к ювелирному производству имеет прямое. Во-первых, и здесь в основе лежит металл, который, как и на крупном металлургическом предприятии, льют, куют, тянут, паяют. Во-вторых, он сам учредил ювелирную фирму. В архитектурной академии с недавних пор заведует кафедрой ювелирного искусства, и это знаково: процесс подготовки художников возглавляет производственник.

- Государство "отпустило" ювелирку всего лет десять назад. Раньше добиться разрешения на работу с драгметаллами было трудно. Вот и сложилось, что художники утвердились в недорогих материалах. Ювелирка же по определению - золото, серебро, бриллианты. По данным разных источников, сегодня в России производится 30 - 40 тонн ювелирных изделий в год. Для сравнения: в Италии - 700 - 800 тонн. Уступаем и в количестве, и в качестве. По словам председателя ассоциации "Гильдия ювелиров" Александра Иванюка, "ни в технике производства, ни в качестве, ни в дизайне мы не можем потеснить зарубежного производителя". Это подводит нас к парадоксу: ювелирный бизнес, который способен привлечь большие деньги и дать хорошую отдачу, в России оказывается не слишком выгодным. А потому развивается менее активно, чем мог бы.

- Но ювелирные изделия всегда были символом процветания тех, кто их носит, и тех, кто их делает.

- При испытании автомобилей используется краш-тест на безопасность. Так вот, ювелирное производство имеет высокий уровень риска, немалую вероятность разбиться для тех, кто садится в этот "автомобиль".

Все составляющие себестоимости у нас гораздо выше, чем на Западе. Массовое изготовление золотой цепи обходится в России в 3 - 4 раза дороже, чем в Италии. Мы изначально неконкурентоспособны - по цене изделий. Начнем с сырья. Реальная цена золота для ювелиров около 200 рублей за грамм. А продажная цена изделия в магазин около 350 рублей за грамм. Разница распределяется таким образом: акцизы, налоги, аренда, инструменты. Удорожающие производство факторы, которые невозможно обойти: охрана (до 10% затрат), взаимоотношения с пробирной инспекцией. На зарплату остается 15 - 20 рублей. Как тут выделить средства для дизайнеров? Зато производитель кредитует магазины, которые имеют право накинуть до четверти цены. Такова экономическая ситуация в массовке, золотые "семечки" по 2 - 3 грамма дают основной товарооборот. Производство же эксклюзивных изделий дороже, а степень риска выше: вдруг вещь не будет продана?

- Где ювелиры приобретают золото?

- В банках. Но если банки, например, в Германии продают золото под 1 - 2%, то мы должны брать кредит на оборотные средства под 10 - 12%. Так же на заводе по обработке цветных металлов (ОЦМ), по сути ценовом монополисте. Часть сырья приобретается в ломбардах. В результате складывается еще одна парадоксальная ситуация, которыми и без того богато ювелирное дело. Производится 30 тонн золотых изделий, а покупается производственного сырья намного меньше. Официальные пути приобретения золота невыгодны.

- Знаменитые ювелирные фирмы, одни названия которых вызывают "блестящие" ассоциации: Сваровски, Картье, Булгари... Мы уступаем иностранцам в количестве. Но почему и в качестве, когда наш край так богат яркими художниками?

- Наши сегодняшние сложности ювелиры на Западе переживали век-полтора назад. Сейчас там иная экономическая и законодательная ситуация. Но дело не только в этом. Уральские художники достаточно консервативны и "запали" на самовыражение. Но в грамме металла выразиться куда сложнее, чем в килограмме камня. Мастер творит в мельхиоре, а за элементарный рисунок золотой массовки берется "слесарь". Поточное производство ювелирных изделий вообще принципиально не отличается от производства патронов, оно может обойтись без высококлассных художников.

Направление "от кутюр" у нас плохо развивается еще по одной причине, напрямую не связанной с взаимоотношениями деятелей искусства и организаторов производства. Одна из функций ювелирных изделий, наряду с украшающей и представительской, - функция накопления. Люди, имеющие большие деньги, могли бы приобретать дорогие ювелирные изделия в качестве вложения средств. Но возникает проблема ликвидности. Массовка резко падает в цене сразу после приобретения. Ломбарды берут золотые безделушки за бесценок. Уникальные художественные произведения, кольца с особо крупными и редкими камнями лучше сохраняют высокую стоимость. Бриллианты вообще меньше подвержены обесцениванию, чем золото, цены на них искусственно поддерживаются компанией "De Beers", хотя исходя из количества алмазов в природе они не должны бы быть такими дорогими. Однако и эксклюзивные вещи сложно продать с выгодой для хозяина, их не удается использовать и в качестве залога. Насколько мне известно, в области лишь Уралтрансбанк дает кредиты под залог ювелирных ценностей.

- Асфан Канифулович, вы описали камни преткновения ювелирного производства. Однако оно развивается, появляются новые фирмы, заводики, мастерские. Кто те люди, которые все же рискуют заняться золотым производством?

- Нередко бывшие ювелиры. Невостребованные по прямому назначению, они пытаются иначе реализоваться в области, которую знают. Но здесь возникают проблемы субъективного характера. Работать по найму творцу тяжело психологически: противоречие между личностными амбициями и статусом. Организовать дело самому не каждому под силу, а институт менеджеров в этой сфере еще не сложился. Профессиональных художников у нас хватает - профессиональных менеджеров недостаточно.

Ювелирное дело имеет, конечно, и массу привлекательных моментов. Спрос на ювелирные изделия в нашей стране пока не стабилен. Но он никогда не падает до нуля.

Екатеринбург