Раздражитель сознания

Обществу нужны книги не приятные или увлекательные, а балансирующие на острие конфликта - считают издатели и активно воплощают эту идею на практике

Презентация книжного проекта "Антология современного анархизма и левого радикализма", прошедшая в Екатеринбурге, наделала шума. Источник беспокойства общества и власти тот же, что и в случае с книгой "Аллах не любит Америку" - издательство "Ультра. Культура".

Запретить нельзя разрешить

Появление этого издательства на книжном рынке страны сразу было признано тенденцией года, по версии авторитетного глянцевого журнала "FHM", отслеживающего все модные тенденции, в том числе в литературе. Заявив о себе в марте, уже к июню "Ультра.Культура" выпустила десяток книг и примерно столько же имеет в производстве. Большинство изданий, вышедших в свет, стали событием для читателей. Но главное - они стали потрясением для чиновников: те не знали, что с ними делать. Тенденция года по-русски, как всегда, имеет налет скандальности. Издательство целенаправленно работает с литературой радикального толка, способной будоражить общественное сознание.

Сочинением о терроризме заинтересовалась милиция: она изъяла несколько экземпляров "почитать" и порекомендовала прекратить его продажу. Однако рекомендация - не запрет. Сейчас книга пребывает на экспертизе в Генпрокуратуре России и с рук идет за 300 рублей, хотя ее можно приобрести законным путем в магазинах вдвое дешевле (судебное решение о запрете на распространение отсутствует). За терроризмом пришел черед анархии. Двухтомник "Антология современного анархизма и левого радикализма" представлялся уральской публике в сопровождении революционных песен, стихов-агиток и красных флагов. Это запланированная часть рекламной кампании. Незапланированной оказались действия чиновников. В разгар мероприятия в Уральском госуниверситете, рядом с которым разворачивалось шоу, вырубили электричество, прекратив музыкальную поддержку акции. Ловкое решение, когда и запретить нельзя, и разрешить опасно.

Характерно, что эпицентр волнения второй раз пришелся не на Москву, а на Екатеринбург. Мы писали о высочайшей централизации книжного бизнеса в России, когда 86% всех изданий появляется в Московской области. Возможно, в процессе достигнут предел, и центр тяжести начал смещаться в глубь страны. Издательство "Ультра.Культура" - московское, но идейно, технически и кадрово связанное со столицей Урала. Оно делает ставку на типографию "Уральский рабочий": здесь напечатана подавляющая часть его изданий. Оно находится в тесных партнерских отношениях с екатеринбургским издательством "У-Фактория", сотрудники которого не только осуществляют прохождение макетов, но и готовят темы и материалы для очередных "событий", поддерживая ориентацию "Ультра.Культуры" на радикализм. Наконец, во главе - в качестве главного редактора - оно имеет известного российского интеллектуала уральского происхождения Илью Кормильцева. Таким образом, "Ультра.Культура" проявляет еще одну тенденцию: периферия становится центром, продуцирующим идеи.

Двойственное отношение власти, ее ветвей и чиновников всех рангов к радикальному мышлению - тоже тенденция. Главный редактор отдела гуманитарной литературы издательства "У-Фактория" Владимир Харитонов считает, что книжному делу поспешно много чего разрешили, а теперь придумывают "гайки", которые можно подкручивать при необходимости: от соответствия размера шрифта медицинским нормам до состава типографской краски. Директор издательства "Ультра.Культура" Александр Касьяненко цитирует формулировку из экспертного заключения по книге "Аллах не любит Америку": "очень полезна для узкого круга лиц". И рассказывает, как реагируют крупные торговые центры Москвы на новую книгу "Марихуана: запретное лекарство", по теме шокирующую, а по сути представляющую серьезное научное исследование. Они ее приобретают - и прячут на складах либо скромненько выставляют в разделах типа "Исцели себя сам". Не купить у издательства книгу вроде нельзя - легко прослыть противником свободы слова, но и продавать негоже. Купить нельзя продать...

"В отношении литературы власть сегодня как тот плохой ковбой, что кольт то достанет, то спрячет. Предоставить литературу самой себе слишком опасно, но громкие книжные скандалы перед выборами ни к чему, отсюда и освобождение Лимонова, и снятие обвинений с Сорокина, Баяна Ширянова и других", - считает Александр Касьяненко.

Зона конфликта

Родился в 1959 году в Свердловске. Закончил химический факультет Уральского государственного университета. С начала 80-х писал тексты для групп "Урфин Джюс", "Настя" и других. Культовая фигура уральского рока: ему принадлежат самые известные хиты "Наутилуса" - "Казанова", "Ален Делон говорит по-французски", "Доктор своего тела". "Я хочу быть с тобой!", "Разденься! Выйди на улицу голой!" выкрикнул он, Кормильцев. По сей день занимается рок-музыкой, хотя преуспел и в других видах деятельности: переводах (знает множество языков, номинировался на "Малый Букер" за перевод с английского), в издательском бизнесе. "Нет такой темы, в которой бы не разбирался Илья Кормильцев, от химии до космических технологий", - характеризует его культтрегер Вячеслав Курицын.

О том, с какой целью издательство "Ультра.Культура" ведет политику, направленную на локальный скандал как минимум и общественный взрыв как максимум, наш разговор с его главным редактором Ильей Кормильцевым.

- Я считаю, государство как раз недооценивает опасность, которая потенциально исходит для него от литературы. Сегодня мы располагаем немереной свободой. Думаю, это связано с тем, что власть слишком сосредоточена на борьбе за электронные СМИ. Телевизор дает ей электорат. Мне кажется, это спасительное для нас, издателей, заблуждение власти, которая путает количественные и качественные категории, мыслит номерами, явкой на избирательный участок. На деле же в любом обществе 90% населения не решает ничего.

И это нормально, у каждого свое предназначение. Книги не сравнимы с телевидением по массовости (я не имею в виду трэш-литературу как целлюлозную разновидность телепродукта), однако их читают как раз те люди, которые занимают ключевые позиции в системе духовного и материального управления. Надо пользоваться относительным равнодушием власти. И мы пользуемся.

- Издательство декларирует провокацию общественного волнения. Для чего это вам?

- Мы - издательство идеологически ангажированное. Но не в привычном плане для страны, где все партийно. Мы не печатаем литературу, последовательно развивающую идеи какой-то определенной партии, мы выше политики и даем высказаться зоне противоречий, зоне конфликтов. Мы считаем, что пока это высказывание не осуществлено, общество принадлежит силам инерции. А такое состояние общества объективно опасно. Любой застой - предшественник деволюции, скатывания. За ним всегда следует утеря гражданских свобод, социально активного поля действия.

- Чья это идеология?

- За нами не стоят конкретные политические интересы. Мы - творческие люди, гуманитарии. Мы желаем жить в мире, нам симпатичном, где существует пространство свободы, нужное нам не само по себе даже, а потому, что именно на нем возможно решение проблем общества.

- Судя по резонансу, таких людей немало?

- Емкость интеллектуального рынка - удивительно стабильная величина. По ней можно без всяких переписей определять толщину прослойки русских людей интеллектуально-гуманитарных профессий. На какую бы тему мы не издавали книгу, наблюдается совпадение тиражей. Они выше академических и ниже тиражей массовой литературы, максимально - 50 тысяч экземпляров ежегодных продаж.

- То есть вы предлагаете обществу интеллектуальное чтиво в противовес популярному криминальному?

- Если быть точным, интеллектуальное чтиво - это, скорее Харуки Мураками, тиражи которого соревнуются с тиражами детективщицы Александры Марининой. Мы предлагаем литературу интеллектуально-критического направления. Позиция интеллектуальной критики - распространенная позиция в Европе, но для нас пока не совсем обычная. У нас считают, что критика должна быть направлена на кого-то. Не всегда. Порой мы просто демонстрируем разные точки зрения, нередко противоречащие общепринятым. И это хорошо: нужно будоражить общественное сознание. Например, мы публикуем ряд романов с откровенным расистским душком. Не потому, что сами отъявленные расисты. Когда говорят, что расизм - плохо, это правильно, только все гораздо сложнее. В чем его причины? Сами люди, общество генерируют проблемы, а также власть, которая их не решала. Нам скинхедов не забросили с Марса на космическом корабле. Это наши дети, или внуки, или братья. Явление возникает, потому что власти удобно не решать какую-то проблему. Власть никогда не бывает неповинной, а нам пытаются это навязать. Раньше виноваты были пережитки капитализма, теперь - социализма.

- Насколько удачен проект "интеллектуально-критического" чтива с точки зрения бизнеса?

- В обществе назревает внутренний протест, и мы предоставляем отдушину самого простого рода. Все эти запертые в офисах как в загончиках "для откорма молодняка" энергичные и деятельные люди - наши потенциальные или состоявшиеся читатели. Это тот круг, который имеет финансовую возможность приобретать недешевые книги. Наш бизнес не нацелен на скандал как таковой, он нацелен на контр-адрес. Люди, которые не хотят быть просто послушными и со всем согласными, а желают сопоставлять и делать собственные выводы - наши клиенты. Мы ориентированы на читателя, который мыслит системно и, прочитав одну нашу книгу, будет искать следующую. Сегодня нужны книги не интересные, не хорошие в привычном смысле, а будоражащие человека, застревающие в голове.

- Бизнес, говорите вы, на скандал не нацелен, однако подача "готового продукта" вполне скандальна по форме. Для вас это бесплатная реклама? Сейчас активно говорят о том, что "дело Сорокина", к примеру, было едва ли не спровоцировано издателями его произведений.

- Да, скандал - это живец, на которого хорошо клюет прежде всего журналист, а потом и читатель в широком смысле. Мы активно используем этот рекламный ресурс. Планируем и провокационный пиар: та же революционная эстетика в подаче антологии анархизма. Но ведь все это лишь дурацкий маскарад, и умные люди это прекрасно понимают.

- Но и острота, скандал, провокация могут со временем надоесть публике.

- Если общество перестает обсуждать острейшие темы, оно консервируется. Мы этого не хотим. Консерватизация сознания - опасная вещь, она приводит к вооруженным конфликтам и войне. Причем не всегда оказывается связана с очевидным давлением государства. Сегодня власть не демонстрирует явно репрессивные тенденции, но они уже укоренились в сознании. Мы наблюдаем некое междуумие нашей власти: она не демократическая в полном смысле и не тоталитарная. Выявить, показать это междуумие власти интеллектуальному слою общества - тоже наша задача. Тенденция критического осмысления действительности, думаю, еще не скоро исчерпает себя.

Екатеринбург

 vrez_picture_1

Илья Кормильцев

Родился в 1959 году в Свердловске. Закончил химический факультет Уральского государственного университета. С начала 80-х писал тексты для групп "Урфин Джюс", "Настя" и других. Культовая фигура уральского рока: ему принадлежат самые известные хиты "Наутилуса" - "Казанова", "Ален Делон говорит по-французски", "Доктор своего тела". "Я хочу быть с тобой!", "Разденься! Выйди на улицу голой!" выкрикнул он, Кормильцев. По сей день занимается рок-музыкой, хотя преуспел и в других видах деятельности: переводах (знает множество языков, номинировался на "Малый Букер" за перевод с английского), в издательском бизнесе. "Нет такой темы, в которой бы не разбирался Илья Кормильцев, от химии до космических технологий", - характеризует его культтрегер Вячеслав Курицын.