Обмен разумов

Роман Козлов
8 сентября 2003, 00:00
  Урал

Напишет ли Роберт Шекли книгу о России

Екатеринбург посетил Роберт Шекли , один из самых популярных в мире американских фантастов. Этот автор почитаем несколькими поколениями российских любителей жанра. Одна из причин популярности - умение преподнести размышления о конфликте личности и общества в яркой иносказательной форме. "Э-У" воспользовался уникальной возможностью побеседовать с писателем.

Жар чужих звезд

У себя на родине Шекли снискал славу в 50-е. Фантастика США, переболев героической борьбой с пришельцами-завоевателями и мыльными операми про звездные империи, спустилась с небес на Землю и сосредоточилась на социальных конфликтах, переводя традиционные для "большой" литературы сюжеты в неожиданную плоскость. Через полтора десятка лет Шекли вошел в число избранных американских фантастов, разрешенных к изданию в СССР. Причиной тому, очевидно, послужила остросатирическая манера письма.

Один из ведущих фантастов XX века, мастер сатирической и абсурдистской научной фантастики. Родился 16 июля 1928 года в Бруклине (Нью-Йорк), вырос в городке Майплвуд (штат Нью-Джерси). После школы и до армии служил разнорабочим (от рассыльного до садовника). Был редактором полковой газеты в Корее. Затем окончил технический колледж, прослушал курс литературы у Ирвина Шоу. В 1951 году окончил Нью-Йоркский университет и получил степень бакалавра искусствоведения. Написал ряд эпизодов для теле- и радиопостановок, а год спустя опубликовал первый рассказ - "Последняя проверка". В конце 70-х работал редактором отдела прозы журнала Omnia. Долго вел "кочевой" образ жизни, меняя место жительства в США и Европе. В настоящее время живет в Портленде (Орегон) вместе с супругой, писательницей Гейл Дана.

Успех не только писателя-фантаста, но и юмориста и сатирика Шекли принесли рассказы середины 50-х годов, отличающиеся задорным, искрометным юмором. Позднее писатель обратился к более крупной прозе. Им выпущено 65 книг, куда вошли 40 романов и повестей и девять собраний рассказов.

По произведениям Шекли дважды ставились художественные фильмы: "Десятая жертва" (1965) с Марчелло Мастроянни в главной роли и "Беглец" ("Free Jack";1992) с участием Эмилио Эстабана, Мика Джаггера и Рене Руссо.

Также Шекли известен читателю соавторством с Роджером Желязны: вместе они написали ироническую трилогию о молодом демоне Аззи. Она насыщена комическими ситуациями, в которые попадает демон, пытающийся строить Великие пакости. Кроме того, Шекли писал в соавторстве с Гарри Гаррисоном, Харланом Эллисоном.

Чтение Шекли - занятие не только для поклонников фантастики, но и для тех, кому по вкусу остроумная короткая остросюжетная проза.

Сейчас на книжном рынке импортной фантастики значительно больше. Однако мутная волна сомнительных переводов не скрыла Шекли от российских почитателей. Неслучайно в Екатеринбурге его осаждали сотни жаждущих автографа. Известность создателя "Обмена разумов" и "Координат чудес" не ослабевает, поскольку он, как и подобает хорошему писателю, рассказывает об устройстве не бластеров и черных дыр, а человеческой души.

- Как вы оцениваете будущее фантастической литературы?

- Она идет по пути специализации, все больше концентрируется на частных проблемах технического прогресса. Что актуально в науке, о том и пишут. Вот сейчас выходит много книг, связанных с нанотехнологиями. Когда я начинал писать, ситуация была иной: фантастика затрагивала любые темы, и мы могли ставить социальные проблемы. Не требовалось постоянно оглядываться на технический бэкграунд. А сейчас моего багажа, пожалуй, недостаточно...

Цивилизация статуса

Ряд произведений Шекли посвящен проблемам власти и столкновению с ней свободной личности. Понятия "закон", "влияние", "норма" довлеют над его героями и коварны, как сама судьба. Им противостоят "воля", "желание", "стойкость", "преступление", "предательство" - полный набор достоинств и слабостей индивида. Герои Шекли - личности, как правило, пребывающие под гнетом общественной системы. Это "маленькие люди" американского среднего класса: клерки, инженеры, служащие, страховые агенты. С точки зрения Системы к ним применимо понятие "человекоминимум". Их экстраординарность и неприспособленность к условиям земной жизни заставляет искать себе место на Венере или в теле жителя планеты Дейдра-2.

Мир Шекли словно распилен инопланетным лазером на две части: с одной стороны - интимный микромир героя, с другой - обезличенный и огромный социум. Так возникает старая коллизия: простое человеческое право на счастье попирается сложным бездушным чудищем Системы. Причем последняя одинаково безжалостна на Земле, Марсе или Омеге.

"...Человеческие отношения содержат два основных элемента, - наставительно говорил Джо. - Один из них - вечная борьба человека за свободу: свободу веры, свободу печати и собраний, свободу выбирать правительство... свободу вообще! А второй элемент - это стремление правительства эту свободу у людей отнять..." ("Корпорация Бессмертие")

В этом стремлении отнять свободу и подчинить себе личность Правительство (Система) готово пойти на любой обман. И именно поэтому ведет себя крайне непоследовательно. Подчиняться писаным законам или неписаным обычаям, чтить нормы и нарушать их иной раз значит одно и то же. "Идеалом на Омеге является личность, которая понимает законы, ценит их необходимость, знает кару за нарушение, нарушает и преуспевает", - заявляет судья из повести "Цивилизация статуса".

Примеров вероломства Системы в произведениях Шекли множество. Социум, который стремится подчинить себе личность, готов пойти на любой обман (например, в рассказе "Кое-что задаром" кредитная система дарит герою бессмертие лишь для того, чтобы он смог выплатить многомиллиардный долг) и прибегнуть к прямому насилию (парень-телекинетик из рассказа "Носитель инфекции" подлежит безжалостной "вычистке" подобно другим "носителям").

В качестве еще одного рычага принуждения Система использует прямое психическое воздействие на индивида. Психотерапия из средства медицины, призванного облегчить жизнь личности, становится инструментом эффективного подчинения Власти. Это приводит к трагическим последствиям и печальным курьезам. В одном из рассказов герой Шекли приобретает специальный автомат для механической психотерапии. Аппарат должен помочь ему избавиться от агрессии и желания убивать. Но по несчастливому стечению обстоятельств, машина оказывается рассчитанной на марсианскую психику, и после лечения герой становится вполне душевно здоровым... марсианином. Завидовать его дальнейшей участи не приходится. Мораль незамысловата: любое давление на живую душу, включая давление медицинское, недопустимо. "Излечить" человека от собственной неполноценности, "исправить", властно вогнать как расшатавшийся винтик в общественный механизм - значит уничтожить его личность, убить. Любое посягательство на свободу выбора и самоопределения, согласно Шекли, есть преступление перед человечеством.

Однако писатель не считает себя пророком, пафос его всегда умело дозирован. Как и подобает сатирику, он не предлагает готовых решений. Любая утопия у него подчеркнуто иронична, в любом счастливом уголке мироздания таится подвох. Жители планеты Транай выражают свое недовольство, нажимая кнопку в приемной Дворца государственной власти, в результате чего медальон, висящий на груди политика, взрывается. Доведенная до абсурда идея общественного контроля над властью - воистину прямое воплощение демократии. Но приняли бы вы предложение стать Верховным президентом на таких условиях?..

"...Как это похоже на вас, землян, - грустно заметил Мелит. - Вы хотите обладать всей полнотой власти при условии, что она не влечет за собой никакого риска. Это неправильное отношение к государственной деятельности..." ("Билет на планету Транай")

Лаксианский ключ

В развитии техники, взаимодействии человека и машины также таится немало опасностей. Одна из типичных фантастических фабул (вспомним "Матрицу" и "Терминатора"): машины становятся совершеннее людей и потому вытесняют их. Далеко не на каждого Универсального Мелджского Производителя найдется свой выключатель - Лаксианский ключ.

Но у Шекли иначе: на той же планете Транай роботов подвергают разусовершенствованию: вначале искусственно "замедляют", чтобы те больше раздражали людей, а потом делают их хрупкими, чтобы разбивались от одного пинка. Так снимается агрессия и осуществляется своеобразная психотерапия.

- Видели ли вы фильм братьев Вачовски "Матрица"?

- Нет, не видел. Но слышал, что он очень популярен. Меня не было в Америке, когда он вышел.

Для современного мира, в котором правят масс-медиа, а самый модный стиль - киберпанк, позиция Шекли кажется старомодно гуманистичной. Не означает ли это поражение самой идеи человечности?

- Не только писатели, пребывающие в мире фантазий, но и серьезные мыслители много говорят о том, что виртуальная реальность вытесняет настоящую. Согласны ли вы, что такая опасность существует?

- Я много об этом размышляю. Главный вопрос: способствует ли развитие технологий, все эти технические нововведения общению между людьми, сближают они людей или отдаляют друг от друга. Помогает техника человеческому самосовершенствованию или затрудняет его? Проблема действительно серьезная, и меня удручает, что ее воспринимают как научно-техническую. На самом деле, это проблема гуманитарная. Мне кажется, тревога о возрастающей виртуализации связана с тем, что техника затрудняет контакты между людьми.

- Как вы считаете, современные масс-медиа представляют опасность для общества?

- Да, есть такая проблема, но, по-моему, она журналистами и раздута. На самом деле, люди продолжают читать книги, их не вытеснил ни телевизор, ни интернет. Хотя то, что происходит с телевидением в Америке, это уже слишком.

Рыцарь в серой фланели

Шекли утверждает, что у него много общего со своими героями. Просьба уточнить, с кем именно, вызывает затруднения. Собственно, подвох содержится в самом вопросе - так же можно спрашивать отца многодетного семейства, кому из детей он даст конфету первому. После недолгих размышлений Шекли все же называет:

- Марвин Флинн и Кармоди. Они такие же безумцы, как и я: вечно блуждают по каким-то фантастическим мирам и попадают в истории...

Конфета явно досталась тем, кто вовремя оказался поблизости. Но все же произнесенные имена не случайны. Марвин Флинн из "Обмена разумов" жаждет путешествий любой ценой и готов даже поменяться телами с марсианином, лишь бы увидеть Вселенную во всей красе. А Кармоди, герой "Координат чудес", запросто бросает спокойную земную жизнь ради непонятного приза в Галактической лотерее. И тот, кто в 75 лет, забросив писательство, жену и преподавание, отправляется из Портленда (штат Орегон) в Екатеринбург (Уральский федеральный округ), очень на них похож. Здоровый авантюризм присутствует в ответах Шекли. Когда он говорит о незаконной перепечатке своих произведений, то вид у него самого становится поистине флибустьерский.

- Пиратство? Это, конечно, всегда плохо, но мне грех жаловаться. Не стану заниматься морализаторством, ведь именно пираты сделали меня известным здесь. Украденная книга - это популярная книга.

Шекли любит говорить, что он человек непубличный. И к славе своей относится как к необходимой составляющей успеха, писательского ремесла.

- Есть такой фильм "The 3rd Man". Там главный герой - писатель. Он попадает в Европе в компанию, где о нем неожиданно говорят как о выдающейся персоне, и это его всерьез удивляет, поскольку он-то считал себя вполне заурядным. Вот и я ощутил нечто подобное, когда узнал о своей популярности в России.

Бремя человека

Шекли подвергает иронии не только утопические мечты и иллюзии людей, но и антиутопическую тревогу о будущем. Порой кажется, что он безжалостно вышучивает идеи Джорджа Оруэлла и Олдоса Хаксли, которые, как известно, не на шутку опасались тоталитаризма, грозившего человечеству ХХ века. В отличие от них у Шекли нет мрачных предчувствий, ощущение угрозы всегда соседствует с улыбкой. Но это, скорее, знаменитая американская улыбка, которую нужно "держать", что бы ни стряслось, воплощение пресловутого "Don't worry! Be happy!". На самом деле он всерьез озабочен тем, что жестокие фантазии Платона, Мора или Кампанеллы, где живой человек низведен до пешки в шахматной игре правителей "идеального государства", окажутся явью. Писатель убежден, что в такой игре победителей не бывает.

- Что вы думаете о такой "модной" сегодня теме, как глобализация и всеобщее смешение культур?

- Здесь у нас, на Земле?.. (улыбается). Это меня огорчает. Причем это проблема не только нашего времени. Это естественный процесс в истории - задача доминирования. Тот, кто сильнее, стремится употребить все влияние, чтобы подчинить остальные культуры своей. Раньше это происходило с Германией, теперь тем же занимаются Штаты. Я понимаю неизбежность этого процесса, но оправдать его не могу. Это естественно, но антигуманно. Мне больше нравятся сто маленьких стран, чем одна большая, пусть даже размером с земной шар. Своеобразие культур - ценность, которую нельзя терять.

Эту позицию Шекли хорошо иллюстрирует рассказ "Мнемон", который впрямую перекликается с антиутопией Рэя Брэдбери "451 градус по Фаренгейту": книги запрещены, память о культуре прошлого карается смертью. Но люди неожиданно ощущают необъяснимую тягу к культуре. И вот простой фермер готов купить поэму за целого барана.

"...Мы люди. Необычные существа с необычными влечениями. Откуда в нас духовная жажда? Какой голод заставляет человека обменивать три бушеля пшеницы на поэтическую строфу? Для существа духовного это естественно, но кто мог ожидать этого от нас?.." ("Мнемон")

На краю Галактики и за ее пределами, в лабиринтах Искаженного Мира, в доисторических временах и в немыслимом будущем люди остаются верны себе: своим стереотипам, личным пристрастиям и, безусловно, культурной идентичности.

"...Прошлое - это частица нас самих, и уничтожить эту частицу - значит поломать что-то и в нас..." ("Мнемон")

Где не ступала нога человека

- Мы слышали, вы хотите написать книгу о России?

- Да, я тоже слышал об этом. Боюсь, что моих знаний о вашей стране недостаточно. Не хотелось бы, чтобы вышла пустая сатира...

Екатеринбург - Пермь

Сайт писателя - //www.sheckley.com

 vrez_picture_1

Роберт Шекли

Один из ведущих фантастов XX века, мастер сатирической и абсурдистской научной фантастики. Родился 16 июля 1928 года в Бруклине (Нью-Йорк), вырос в городке Майплвуд (штат Нью-Джерси). После школы и до армии служил разнорабочим (от рассыльного до садовника). Был редактором полковой газеты в Корее. Затем окончил технический колледж, прослушал курс литературы у Ирвина Шоу. В 1951 году окончил Нью-Йоркский университет и получил степень бакалавра искусствоведения. Написал ряд эпизодов для теле- и радиопостановок, а год спустя опубликовал первый рассказ - "Последняя проверка". В конце 70-х работал редактором отдела прозы журнала Omnia. Долго вел "кочевой" образ жизни, меняя место жительства в США и Европе. В настоящее время живет в Портленде (Орегон) вместе с супругой, писательницей Гейл Дана.

Успех не только писателя-фантаста, но и юмориста и сатирика Шекли принесли рассказы середины 50-х годов, отличающиеся задорным, искрометным юмором. Позднее писатель обратился к более крупной прозе. Им выпущено 65 книг, куда вошли 40 романов и повестей и девять собраний рассказов.

По произведениям Шекли дважды ставились художественные фильмы: "Десятая жертва" (1965) с Марчелло Мастроянни в главной роли и "Беглец" ("Free Jack";1992) с участием Эмилио Эстабана, Мика Джаггера и Рене Руссо.

Также Шекли известен читателю соавторством с Роджером Желязны: вместе они написали ироническую трилогию о молодом демоне Аззи. Она насыщена комическими ситуациями, в которые попадает демон, пытающийся строить Великие пакости. Кроме того, Шекли писал в соавторстве с Гарри Гаррисоном, Харланом Эллисоном.