Послушайте, Михаил

Кажется, Михаил Ходорковский понял, что залогом развития гражданского общества будет создание либеральной партии предпринимательства и молодежи

В Екатеринбурге открылась первая на Урале Школа публичной политики, один из десяти российских центров воспитания нового поколения либеральных политиков. Центры создаются опальным олигархом, президентом НК "ЮКОС" Михаилом Ходорковским.

Гром грянул

Школа публичной политики - последняя инициатива общественной организации "Открытая Россия", председателем правления которой по совместительству является г-н Ходорковский. Наиболее известные проекты "Открытой России" - литературная премия "Русский Букер" и региональный конкурс телепрограмм 2002 года "ТЭФИ-Регион" (Екатеринбург, Нижний Новгород, Новосибирск). Программы общественной организации - обучение учителей информационным технологиям и компьютеризация сельских школ, общественная экспертиза законодательства и пестование подрастающего поколения дипломатов-международников, подготовка юристов, специализирующихся в области СМИ, и повышение квалификации региональных телевизионщиков - нацелены на интеграцию российской молодежи и агентов влияния (учителей и журналистов) в мировое либеральное сообщество. И за всеми этими программами отчетливо маячит ЮКОС.


"Восходящее солнце" российского либерализма Михаил Ходорковский

"Открытая Россия" родилась в конце 2001 года, в пору, когда усиление позиций Кремля уже стало фактом: припомним создание института президентских полпредов, реформу Совета Федерации, формирование "кремлевского" пула парламентских партий, бюджетную перетряску регионов-доноров. Релиз по случаю открытия екатеринбургской Школы вопрошает: "Кто придет на смену нынешним лидерам? Амбициозные аппаратчики, свято верящие во всесилие и непогрешимость власти? Неужели новое поколение российских политиков будет так же изолировано от нас, как и сегодняшнее?". Это уже явный намек на недавние события, поразившие сам ЮКОС: арест Платона Лебедева. Похоже, Школа публичной политики призвана воспитать генерацию политиков, общественников и просто неформальных лидеров гражданского общества, которые в перспективе застрахуют компанию (как и бизнес в целом) от поползновений "амбициозных аппаратчиков".

Право, идеалистично, особенно если учесть фактическую монополию Москвы на политическую деятельность в стране. Но, видать, грянул гром, и мужик, наконец, перекрестился: крупному бизнесу в лице передового (поскольку пострадал больше остальных) ЮКОСа ничего не остается, как прибегнуть к последнему в нашей стране спасительному средству - созданию общественного, гражданского мнения.

Не по Сеньке шапка

Рискнем предположить, что политическая монополия Кремля объясняется в том числе отсутствием третьей силы (помимо сюрреалистического патриотического движения и послушных "оловянных солдатиков" с Охотного ряда), которая обладала бы достаточным общественным авторитетом и способностью к убеждению и на которую могли бы опереться глава государства и рыночно-либеральное крыло его команды. В период общественного подъема (или, напротив, коллапса) на эту роль претендует интеллигенция.

Беда России в том, что сегодня у нее нет интеллигенции. Последнее интеллигентское (то есть мнящее себя интеллигентным) поколение шестидесятников разменяло свое великое историческое предназначение - обеспечить советскую "бархатную революцию" - на романтические песни у костра и иностранные шлягеры. В то время как в 1968 году французские студенты заставили уйти в отставку величайшего президента Шарля де Голля, против штурма Праги советскими танками протестовала лишь жалкая горстка московских интеллигентов. Когда через двадцать лет растерявшаяся власть вручила шестидесятникам парламентский механизм управления страной, те заболтали и механизм, и страну (в развитие темы см. публикацию "В сумерках идеализма" ). Не отсюда ли, к слову, стойкая неприязнь среднестатистического россиянина к самому парламентаризму - наиболее демократической процедуре принятия государственных решений?

Сегодняшняя интеллигенция - те "общественники", которые проложили себе дорогу локтями или были аккуратно отсортированы чиновниками, чтобы представить президенту некоммерческий сектор страны на памятном смехотворностью Гражданском форуме в Кремлевском Дворце съездов (что само по себе издевательство над идеей) в ноябре 2001 года. Кто теперь вспоминает про этот форум, задуманный Глебом Павловским ради отвлечения внимания "интеллигенции" от пророчеств Бориса Березовского?

Над пропастью во лжи

Но вот уже и сам Глеб Олегович удручается тем, что страна подползает к грани дефолта доверия между властью и обществом: "Нарушена публичная среда, та самая политическая публичность, которая обеспечивает связь между членами общества, между властью и народом. А без этого демократия не работает". И то верно: расчленение страны на сферы влияния вросших друг в друга администраций и ФПГ порождает коррупцию, обрывает связь партий и избирателей, исключает общественный контроль за работой избранного политика. В общем, ставит крест на публичной политике, в принципе дискредитирует политику как общественно полезную отрасль.

Состоявшиеся губернаторские выборы в Свердловской области убедительно продемонстрировали, к чему это приводит: с ростом протестного электората снижается уровень легитимности избираемой власти, народ игнорирует политиков (поскольку считает, что использование топорных административных технологий приводит на участки для голосования нужное количество избирателей и позволяет заранее программировать результат выборов), а те, соответственно, не нуждаются в народе. На ожидаемую реплику "ну и что, зачем нам вообще нужна демократия в смысле доступности политической сферы любому законопослушному гражданину", мы можем парировать лишь предложением вспомнить Россию и Германию образца 30-х годов.

По нашему глубочайшему убеждению, вместо митингового вопроса о судьбе демократии и рыночной экономики в России на повестку дня должно поставить четкую задачу: обнаружить, организовать и наделить инструментами реального политического влияния (перманентное участие в избирательных кампаниях, доступ к СМИ) тех, кто эту судьбу обеспечит. Интеллигенции, как мы выяснили, нет. Тогда кого?

По стопам Саввы Морозова

Посоветуем Михаилу Ходорковскому отвлечься от КПРФ, СПС и "Яблока" (в силу изменившегося избирательного законодательства мотивировать этот пассаж мы не можем, поэтому надеемся на сообразительность читателей) и поставить на малый и средний бизнес: он как никто другой настрадался от произвола чиновников и воротил. А также на честолюбивую молодежь, мыслящую себя в перспективе успешной, реализованной, самостоятельной, свободной и - в России. Консолидация этих категорий общества простимулирует возникновение партии убежденных либералов-законников, о необходимости которой так жарко говорят в данном случае меньшевики. Сомнений в необходимости такой партии нет: сохранение монополии на власть нарушит естественную смену политических поколений, что чревато застоем экономики, общественной мысли и т.д. Это мы знаем не понаслышке. Дилемма проста: либо мы привлекаем в политику наиболее пассионарные слои населения и интегрируемся в мировое экономическое пространство, либо вручаем страну новой, охочей до собственности номенклатуре и опускаем "железный занавес".

Похоже, Михаил Ходорковский дорос до роли Саввы Морозова, субсидировавшего большевиков. Мы не зря приводим в пример этот парадоксальный симбиоз классовых антагонистов: с политической точки зрения олигархический бизнес, как и авторитарная власть, не заинтересован в развитии предпринимательства, этого строительного материала гражданского общества. "У нас еще не сформировалась инфраструктура гражданского общества - политические партии, общественные организации, группы влияния. С этим надо бороться. В том числе в рамках образовательного процесса подготовки нового поколения. Однако надо говорить, что у нас демократическая альтернатива располагается не между гражданским обществом и бизнесом, а между бизнесом и авторитаризмом", - глаголет прозревший президент ЮКОСа.