"Государство должно управлять рыночными методами"

17 ноября 2003, 00:00
  Урал

- убежден первый вице-губернатор Челябинской области Андрей Косилов

- Андрей Николаевич, кто основные производители на селе в Челябинской области?

- Крестьяне. Наша главная задача в этом году состояла в том, чтобы крестьяне за топливом на поклон ни к кому не ходили. Мы отдали им ГСМ на сумму в полмиллиарда рублей. При цене дизтоплива на заправке 9 - 9,5 руб. за литр, мы отдавали крестьянам его по цене 6,3 - 6,4 руб. за литр. За счет того, что мы приобретали топливо на конкурсной основе и снижали этим его цену, крестьяне сэкономили 250 - 300 млн руб. В итоге не было демпинга по зерну. Мы проавансировали хозяйствам оплату счетов на электроэнергию на 136 млн руб., поэтому массовых отключений на селе удалось избежать. Отмечу: хозяйства исправно возвращают долги. В текущем году крестьяне получили ресурсов на 1,055 млрд рублей, и на начало ноября вернули 1,015 млрд рублей.

- Какую роль играют на селе частные инвесторы, вертикально-интегрированные холдинги?

- Прошлый год стал для них серьезным разочарованием. Часть собственников сельскохозяйственных холдингов сменилась. Но мы не допустили, чтобы хозяйства, из которых уходили инвесторы, были брошены - приходили новые люди.

Мы бы хотели, чтобы холдинги у нас формировались от земли, а не на стадии покупки-продажи зерна, молока, мяса. Ни у кого же не вызывает сомнений, что когда "Мечел" покупает Коршуновский ГОК - это правильно. Почему нецивилизованные отношения в агропромышленном комплексе считаются нормой? Все должны работать в единой цепочке. Идеал - это издание российского закона, который распределял бы добавленную стоимость между всеми сферами. Большая часть в цене продуктов питания должна принадлежать крестьянам. Потом - переработка, торговля. Не так, как сегодня: чем выше цена, тем меньше достается крестьянам.

- Как вы сформулируете роль региональных властей на селе?

- Наша задача - присутствовать на рынке настолько, чтобы можно было защитить интересы крестьян, но не дать при этом разрушиться другому бизнесу. Мы за то, чтобы управлять рыночными методами. В 2002 году мы купили Брединский элеватор. Это прецедент для России. Сегодня в нем около 30 тыс. тонн зерна. И когда меня спрашивают, почему в Оренбурге твердая пшеница стоит 4,2 - 4,3 тыс. рублей за тонну, а у нас - под 5,6 тыс. рублей, я отвечаю: потому что есть зерновые интервенции в Челябинской области. Мы часть товарного зерна убираем с рынка, спрос превышает предложение и начинается рост цены.

Во многих регионах пытаются запретить вывоз зерна. Мы раньше тоже так ошибались. А в этом году были разве какие-то запреты в Челябинской области? Нет. И тем не менее никто зерно из Челябинской области не вывозил. В начале уборки мы собрали переработчиков и сказали: будет дефицит зерна, если хотите, чтобы оно вам досталось, принимайте участие в финансировании. Участвовали практически все, отказалась только "Макфа". "Союзпищепром" дал нам 50 млн рублей, сейчас мы должны ему отдать зерно - по рыночным ценам, но с небольшой скидкой, за пользование его кредитными ресурсами.

Не ошибусь, если скажу, что Челябинская область - единственная в РФ, в которой государство субсидирует обработку паров. Такой опыт есть только в Канаде. Логика наших действий проста. Пары - это затраты будущих периодов: обрабатываешь в этом году, а урожай сможешь получить только в следующем. Откуда у крестьян деньги, чтобы отложить на будущий год? Их нет. Поэтому каждый гектар пара субсидируется из областного бюджета на 30 - 50%. Субсидируется не деньгами, а топливом: крестьянину субсидии нужны не осенью и не зимой, а тогда, когда полевые работы в разгаре.

Под реализацию программы развития твердых сортов пшеницы правительство области предоставило около 8 тыс. тонн семян. В этом году посевы твердой пшеницы в области увеличены по сравнению с прошлым годом более чем вдвое, до 102,9 тыс. тонн, урожайность выросла в 1,5 раза, а валовой сбор - в три, до 150 тыс. тонн. Исходя из стоимости 1 кг твердой пшеницы - 5 рублей, по 2003 году мы получим объем производства в денежном выражении на сумму 750 млн рублей. Твердая пшеница перерабатывается на наших же предприятиях (холдинги "Макфа", "Союзпищепром". - Ред. ) в крупку, а крупка - в макароны, которые идут на реализацию. Получается, что капитал оборачивается по крайней мере трижды на территории области. А это - рабочие места, налоги, доходы, объемы реализации. В области создается надежная сырьевая база, которая уже сегодня обеспечивает конкурентоспособность наших производителей макарон.

- Как вы оцениваете состояние федерального законодательства, регулирующего деятельность АПК?

- Законы эти, я думаю, не устраивают никого: ни тех, кто занимается АПК на федеральном уровне, ни нас. Во всем мире сильное государство на федеральном уровне разрабатывает и реализует государственную политику, а у нас с подачи Минфина и Минэкономразвития постоянно пытаются перевалить эту функцию на субъекты федерации. Отчасти прав губернатор Курганской области Олег Богомолов , когда говорит, что хорошо Челябинску: у него есть возможности - экономика, бюджет, промышленная составляющая. Можно взять часть ресурсов и направить на поддержку села. Но это только схема, которую мы придумали. Смысл ее очень простой. Школы, больницы, садики в каждой области съедают огромное количество продуктов. И мы их оплачиваем. Но в соседних областях их оплачивают коммерсантам, которые берут их там, где хотят, а у нас деньги идут через ГУП "Продовольственная корпорация Челябинской области". Мы сезонно кредитуем крестьян и получаем ресурсы обратно. Некоторые говорят, что это антирынок. Но так говорят люди, которые не очень хорошо понимают в экономике. Потому что у нас эффект достигается за счет того, что капитал оборачивается внутри региона несколько раз.

Я считаю, что государство необоснованно ушло с рынка госзакупок сельхозпродукции. Оно должно на него вернуться и сыграть на стабилизацию рынка. Если бы такие продкорпорации, как у нас, были по всей России, мы избежали бы резких колебаний цен. Могли бы регулировать зерновой рынок за счет интервенций более эффективно, чем сейчас.