Выбор по силуэтам

Андрей Максимов
1 декабря 2003, 00:00
  Урал

Политический рынок в России напоминает советский продмаг: стоящего товара так мало, что подобрать что-нибудь чрезвычайно сложно. Менее всего к скудному ассортименту приучен средний класс

В преддверии выборов в Госдуму журнал "Эксперт" и компания Romir Monitoring исследовали политические предпочтения среднего класса России. В конце весны в 20 городах страны было опрошено 4004 респондента, включая 403 екатеринбуржцев и 550 жителей Уральского региона. Генеральная совокупность исследования - жители крупных российских городов в возрасте от 18 до 60 лет с ежемесячным доходом на одного члена семьи от 150 долларов (в Москве - от 200 долларов). Агентство "Эксперт-МА" любезно предоставило нашему журналу материалы этого исследования с тем, чтобы мы сделали наброски к идеологическому портрету уральского среднего класса.

Итак, согласно опросу, протестный электорат среднего класса составляет 26,1%. Это те, кто, отвечая на вопрос, за какую партию он проголосовал бы на выборах в Госдуму, ответили либо "против всех", либо "не пойду на выборы". Протестный электорат среднего класса - в основном люди не старше 34 лет с уровнем дохода выше среднего. Ядро "протестников" - молодое и успешное первое постсоветское поколение. На Урале доля протестного электората - 26% (в частности в Екатеринбурге - 23,8%). Это больше, чем на Юге (22,3%), в Сибири (21,2%) и на Волге (24,3%). Стоит отметить, что процент тех, кто не смог ответить на этот вопрос (строка "затрудняюсь с ответом"), в целом также довольно высок - 22,1 (на Урале - 20,9, в Екатеринбурге - 21,8).

Чем объяснить столь высокую (пусть несущественно, на 5%, но все же выше, чем в среднем по стране) долю протестного электората среди обеспеченных людей? Вероятно, проблема заключается не столько в том, что средний класс мало интересуется политикой, сколько в том, что нынешняя политическая элита слабо представляет себе его интересы, а потому польза и смысл существования такой элиты для среднего класса не очевидны. Например, средние русские Урала и Сибири, в отличие от жителей других регионов, охотнее делают ставку на Союз правых сил (10 и 11,7% соответственно), однако уровень поддержки мог быть и выше, если бы правые до конца понимали, как можно использовать эти ресурсы. Им, нынешним правым, следовало бы меньше заниматься внутренними разборками и больше изучать запросы общества, особенно той его части, которой близка либеральная идеология.

Между тем сам средний класс еще не осознает себя влиятельной социальной категорией. У него гораздо больше поводов расслоиться, чем у других групп общества. Внутри класса отмечается борьба между теми, кто получил доступ к государственным ресурсам в результате приватизации или благодаря покровительству властей, и теми, кто начал бизнес с нуля. Плюс проблемы конкурентной борьбы. Все это не позволяет среднему классу стать консолидированной силой в обществе. Выход прост: нужно дождаться, когда средний класс станет самим обществом, большей его частью.

Несмотря на то, что российский средний класс - структура формирующаяся, его стереотипы уже вполне осязаемы. Как мы сказали, почти треть опрошенных исследователи отнесли к категории "идеологически не классифицируемых граждан". Однако с определенной долей условности средний класс России можно разделить на два ключевых лагеря. Первый - левоцентристский, социал-демократический. Второй - правый, либерально-демократический. Основная идейная установка обоих - сильное государство. "Социал-демократов" отличает более низкий уровень доходов (150 -400 долларов на члена семьи), они больше заинтересованы в государстве как регуляторе экономических отношений. "Правые" более богаты (доход на члена семьи 400 - 600 долларов) и им не нужно государство с большим набором регулятивных функций. По территориальным характеристикам ближе всех к социал-демократической модели оказались жители Санкт-Петербурга. "Крайней правой" стала Сибирь. Уральский средний класс ближе к правым, чем к социал-демократам. Он разделяет типичные либерально-демократические ценности и прозападную ориентацию, среди его представителей немало сторонников введения избирательного ценза по имущественному признаку. Кроме того, как подчеркивает заместитель главного редактора журнала "Эксперт", руководитель проекта "Стиль жизни среднего класса" Татьяна Гурова, средние русские на Урале отличаются большей самостоятельностью: они сами строят свою жизнь и рассчитывают прежде всего на себя. Показательный факт: отвечая на вопрос "к какой цели должна стремиться новая политическая партия, призванная выражать интересы таких людей, как вы", 40,4% жителей Урала (35,1% екатеринбуржцев) ответили, что эта партия должна дать свободу частной инициативе. Это самый большой процент среди других регионов, включая Москву. Менее всего уральский средний класс хотел бы усиления государственной власти (19,2%). Немаловажно также, что на Урале оказалось и меньше всего тех, кто не смог ответить на этот непростой вопрос - 3,8%. Таким образом, уральский средний класс тверже других в идеологическом выборе. Он также лидирует по числу сторонников демократической системы правления (по образцу Западной Европы) - 52%. На вопрос "какую идеологию должна представлять партия, выражающая ваши интересы" 62,5% уральцев (абсолютный рекорд в сравнении с другими регионами) ответили - демократическую.

Пожалуй, самым интересным пунктом исследований стало предложение среднему классу выбрать, что важнее - свобода или равенство. Так вот, наибольшее число ценителей свободы среди других городов оказалось в Екатеринбурге (56,8%). В региональном аспекте 64,9% жителей Урала предпочли свободу равенству: это второе место после Сибири (66,3%).

Как выяснилось, средний класс в основном знает, какой должна быть страна по типу государственного устройства - парламентской республикой. Да, уровень доверия президенту в рядах средних русских высок, как и в обществе в целом, но в идеале средний класс хотел бы, чтобы модель политического устройства страны опиралась не только на президентскую ветвь власти, но и на парламент, который должен формировать правительство. При этом средние пока не готовы назвать партию, которой можно было бы доверить решение этой задачи. Почему парламентская республика видится среднему классу лишь в отдаленной перспективе? Очевидно, все по той же причине: нынешние лидеры партий слишком далеки от понимания насущных проблем и интересов общества.

Среди ответов на вопрос, кому сегодня в России принадлежит реальная власть, безусловным лидером во всех регионах стала позиция "крупному капиталу, олигархам" (второе место - "президенту"). Любопытно, что на Урале (и в Екатеринбурге) больше, чем в других регионах (и городах), убежденных в том, что реальная власть в стране принадлежит руководителям субъектов федерации - 4,2 и 2% соответственно. Позиция "местным органам власти" также набрала больше всех голосов в Екатеринбурге (5,2%), а в региональном сравнении Урал занял второе место (6,7%), уступив только Волге. Между тем на Урале меньше всего считающих, что за последние четыре года Россия продвинулась в создании условий для предпринимательской деятельности: 3,8% против 5% в Сибири, 5,5% - на Волге, 4,2% - на Юге.

Система идеологических ценностей российского среднего класса представляет собой некий гибрид понятий "патриотизм", "державность" и "демократия": традиционные ценности, уходящие корнями в историю, сочетаются с сугубо либеральными идеями. И здесь интересно узнать отношение среднего класса к ряду известных политиков. В ответе на вопрос, кто из перечисленных общественных и политических деятелей вызывает наибольшую симпатию, чаще других фигурировал Сергей Шойгу, далекий от образа рафинированного либерала. Однако если в Сибири и на Юге глава МЧС наиболее симпатичен каждому пятому респонденту (20,7 и 19,3% соответственно), на Урале почитателей Шойгу существенно меньше (14,5%), причем один из лидеров СПС Ирина Хакамада отстает от него всего на 1,6%.

Почему у среднего класса столь разные политические симпатии? Наверное, потому что он - модель будущего неоднородного общества. Нынешние идеологические предпочтения средних русских - это две магистральные общественные позиции завтрашнего дня: социал-демократическая и правая. Первая делает ставку на покровительственное отношение государства к народу, вторая - на государство как партнера. Если население страны в целом четко делится на два лагеря - центристов (сторонников "Единой России") и левых (сторонников КПРФ), то структура политических убеждений среднего класса иная. Вторую после центристов строчку в рейтинге партий занимают сторонники СПС и "Яблока" - правые. КПРФ и вообще левые как политическое течение, в какие бы одежды они ни рядились, средний класс не интересуют в принципе. Причем если среди трех городов Екатеринбург лидирует по числу сторонников КПРФ (4,2% против 3,8 и 2,8 в Москве и Питере соответственно), то Урал в целом по сравнению с другими регионами избавился в глазах среднего класса от призрака коммунизма: здесь только 1,6% средних русских проголосовали бы за КПРФ (в Сибири - 4,2%, на Волге - 5,8%, на Юге - 3,5%).

Итак, российский средний класс - сторонник, во-первых, государственной стабильности, во-вторых, развития рыночной экономики и свободного предпринимательства. Психотип среднего русского определить непросто: с одной стороны, он содержит черты постсоветского интеллигента, с другой - в нем отчетливо виден характер руководителя периода стихийного капитализма начала 90-х годов. Татьяна Гурова уверена, что выразителем идей среднего класса (еще раз подчеркнем, растущей группы общества) должна стать новая партия - либерально-консервативная. Ближе всего к этому партийному типу СПС. Но сейчас там царит хаос, о чем свидетельствует появление таких маловразумительных идей, как "либеральная империя". Что касается центристов, то "Единая Россия", судя по всему, слишком вяло реагирует (если вообще реагирует) на запросы общества. Она как жила в себе, так и продолжает жить, не улавливая внешние сигналы.

Сравнение результатов исследования и предвыборных партийных идей показало: средний класс как общественная группа развивается более динамично, чем обслуживающие его политические силы. Идеологическая риторика действующих политических группировок слишком оторвана от насущных потребностей как общества в целом, так и состоятельной и состоявшейся его части в отдельности. Поскольку реальной политикой в стране заниматься некому, идеологическая структура среднего класса слишком размыта, его политические предпочтения с трудом поддаются сегментации. Однако чего у среднего класса не отнимешь, так это перспектив роста. Как в экономике сегодня не принято делать ставку на бедные слои, так и в политике такая ставка чревата серьезными потерями. Средним русским удалось освободиться от плена левых убеждений. Но чтобы рассчитывать на поддержку этой преуспевающей части населения, надо знать ее характер и базовые ценности. К сожалению, нынешний год стал в этом отношении для "правого" Урала провальным. Столица УрФО пережила выборы губернатора Свердловской области, думскую и мэрскую кампании. Но в предвыборных баталиях любого уровня вспоминать об интересах среднего класса не было принято. Значит, экономические просчеты вновь выбранных (переизбранных) политиков вряд ли станут редкостью.