Зрителю - тонус, актеру - "бонус"

Региональные театры подобны семьям бедным, но любящим

В Тобольском драматическом театре что ни месяц - премьера. Последняя состоялась 14 февраля, в День влюбленных: им представили спектакль "Еще раз про любовь" по пьесе "Валентин и Валентина". Незадолго до этого случилась "Поздняя любовь", а перед Новым годом в качестве каникулярного подарка дебютировала новая версия "Кота в сапогах". Причины массового характера премьер - в специфике региональных театров.

Чем дальше от больших городов, тем меньше учреждений культуры на душу человека. И тем выше роль тех, что есть. Когда в районном центре существует театр, он может стать "градообразующим" культурным предприятием. В Уральском регионе действует несколько провинциальных театров, имена которых по известности в театральных кругах спорят с некоторыми столичными, а возраст - куда почтеннее. Таковы Ирбитский и Серовский драматические (Свердловская область), Тобольский театр имени Ершова (Тюменская область).

В провинциальном театре что-то решается проще, чем в культурных столицах, а что-то сложнее: амбиций меньше, но и возможностей. Провинциальный театр более "домашний", родной зрителям. И более уязвимый: отсутствие поддержки со стороны властей или крупных предприятий может обернуться постепенным угасанием.

Тобольский драматический жил и живет по той же синусоиде, что и город. Нынешний Тобольск пытается вернуть себе славу крупного исторического, религиозного и культурного центра юга Сибири. А театр претендует на роль законодателя духовной моды. Новый театральный сезон, к примеру, открылся пьесой, сверхпопулярной на постсоветской культурной территории - "Очень простая история" Марии Ладо. Версия главного режиссера театра Валерия Медведева, оказавшаяся вневозрастной, пользуется бешеным успехом.

Три составляющие театрального процесса - режиссер и его устремления; зритель и его интересы; материальная база и ее возможности. Как они выглядят в Тобольске?

Реальность современного российского театра такова, что многие режиссеры и критики делят спектакли на приносящие финансовый успех, но сделанные на потребу, и некоммерческие, в которых режиссер самовыражается.

Валерий Медведев отказывается от подобной классификации: "У меня нет возможности делать реверансы критикам. Цель и задача: каждым спектаклем добиваться зрительского успеха. Насчет наступать на горло собственной песне... Что ж, иногда приходится и наступать. Важнее зрительское понимание, нежели авторское самовыражение. Если мои намерения не совпадают с восприятием сидящих в зале, скорее всего, я в чем-то ошибаюсь. В каждом спектакле должна быть простая человеческая история, которая способна заинтересовать и эмоционально увлечь. Я убежден, это всегда будет иметь успех, в том числе и коммерческий".

Зрителя, - в отличие от главного режиссера, репертуара, творческого стиля, - не выбирают. Его, как правило, воспитывают, на него стараются ориентироваться. Горожане, отвлекшиеся было в начале 90-х на предметы сугубо насущные, вновь захотели зрелищ. Пошла в театр и молодежь: проблема досуга в Тобольске не решена, особой альтернативы нет. Вопрос, на какого зрителя вы работаете, в театре не стоит: на "своего" - родного и разного.

А это значит, что единственный в городе театр должен быть многолик, и с точки зрения возраста, и с точки зрения жанров. Наибольшим успехом у зрителей пользуется спектакль, вызывающий у критиков разве что снисхождение: "Агент из КГБ" присутствует в активном репертуаре почти седьмой сезон. Но столь же долго тоболяки не отпускают со сцены мрожековских "Эмигрантов". Буквально стоят в очередь на камерный моноспектакль-урок "Евгений Онегин". Репертуар театра - прилично скомплектованный набор классики и современности: Гоголь и Островский, Касон и де Филиппо, Коляда и Шукшин.

Энергичный премьерный темп провинциальному театру необходим по жизненным показаниям. Зрителя нужно постоянно держать в тонусе. Это непросто: и с материальной стороны, и с творческой. Каждая новая постановка требует немалых денег. Театр постоянно должен выигрывать схватку с фабриками грез и звезд, не проигрывая при этом и самой Мельпомене. И ему удается держать интригу, выдавая по семь-восемь премьер в сезон. Однако и самые возвышенные намерения имеют шанс разбиться о "низменные" понятия: сокращение, уплотнение, уменьшение...

С материальной точки зрения Тобольский театр, в сравнении с другими "регионалами", живет неплохо. Ирбитский, например, пребывает на грани закрытия. У тобольского же есть собственное "намоленное" поколениями артистов и зрителей здание. Область платит двойную зарплату творческим сотрудникам (не каждый театр в столице может подобным похвастаться), выделяет средства на гастроли. Все заработанное от продажи билетов тратится на новые постановки. Но вот волшебное понятие "спонсор", "социальный партнер" в Тобольске пока мало применимо. Есть несколько состоятельных фирм и предприятий, в которых вся социально-культурная сфера города видит благодетелей, но рассчитывать на эксклюзивную поддержку театру не приходится.

В начальственных кабинетах страны сегодня звучат слова о том, что 600 театров для России - непозволительная роскошь. Слухи о сокращение ставок, называемом в верхах красивым словом "оптимизация", близки к подтверждению. Если "оптимизация" начнется с глубинки, городские театры просто прекратят существование, считает директор Тобольского драматического Николай Лаптев. Сокращение бюджетного финансирования для них ликвидации подобно. Это будет последняя и очень простая история.

Тюменская область