Трудная дорога к фунтам

Чтобы влиться в мировой рынок капитала, уральские предприниматели должны открыть лицо западу и начать откровенный разговор с региональными властями

В Екатеринбурге прошла международная конференция "Инвестиции в Россию и Свердловскую область". Впервые на Урал приехала столь представительная делегация менеджеров известных зарубежных финансовых структур во главе с Крисом Гибсоном-Смитом, председателем правления Лондонской фондовой биржи - ведущей торговой площадки Европы. Идея провести конференцию на Среднем Урале принадлежит губернатору Свердловской области Эдуарду Росселю: во время визита в мае этого года в Лондон он взял с г-на Гибсона-Смита слово в ближайшее время посетить Екатеринбург.

"В мире есть две ведущие фондовые площадки - в Нью-Йорке и Лондоне. Первая - самая развитая, вторая - международная. Чтобы подтвердить свой статус, руководство Лондонской фондовой биржи старается привлекать в качестве эмитентов неанглийские компании. Свердловский губернатор проявил себя, показал искреннее желание помочь своим предприятиям. Поэтому, очевидно, биржа и начала углубление в российскую тему с Екатеринбурга", - полагает управляющий директор компании " Тройка Диалог" Жак Дер Мегредичян.


Крис Гибсон-Смит и Эдуард Россель

Партнер PricwaterhouseCoopers Игорь Болдырев считает, что к изучению российского рынка биржу подталкивают инвесторы: "Сегодня в лондонском Сити только и говорят, что о двух странах - Китае и России. В Китай вкладывают, потому что туда надо вкладываться именно сейчас, в Россию - потому что это страна с высоким интеллектуальным потенциалом. Инвесторы хотят, чтобы биржа начала приводить на рынок российские компании". При таком росте экономики, который наблюдается сейчас в России, выход на европейских инвесторов неизбежен, уверен Крис Гибсон-Смит.

Было бы желание

В течение двух дней специалисты биржи и международных консалтинговых компаний убеждали участников конференции в том, что именно в Лондоне они найдут ресурсы для процветания бизнеса. "Может быть, это не патриотично, но факт остается фактом: отечественные площадки недостаточно развиты с точки зрения структуры инвесторов. Нет капитала, который рассматривает развитие компаний в долгосрочной перспективе. Даже иностранцы, приходящие в Россию, по большей части спекулятивно настроены, как правило, это фонды коллективных инвестиций, но не долгосрочные инвесторы. Такие инвесторы есть только в Лондоне", - убежден Игорь Болдырев.

Однако добраться до стратегических инвесторов не так-то просто: мировые стандарты листинга (допуска акций) в торговые системы достаточно жестки. Помимо того, что нужно на практике освоить принципы составления отчетности по международным стандартам, требуется готовность и умение раскрыть массу информации: о доходах и затратах, структуре собственности, аффилированных лицах, фактическом движении денежных средств, руководстве компании. И это далеко не весь перечень необходимых данных. Причем собственники и менеджеры несут за недостоверность информации юридическую и даже уголовную ответственность. Эмитент обязан публиковать информацию о себе и после размещения эмиссии акций. Но самое сложное - документы на допуск к основной площадке тщательно проверяются и визируются Комитетом по надзору за биржевой деятельностью Великобритании. Все это определяет высокую стоимость выхода на основную площадку Лондонской фондовой биржи - несколько миллионов долларов. Чтобы решить проблему доступа компаний с развивающихся рынков, в 1995 году на бирже создали альтернативную площадку Alternative Investment Market (AIM) с более гибкими правилами и стандартами. Сегодня на ней котируются акции более 900 эмитентов, 82 из которых - иностранные. Четыре российские компании - Татнефть, ЛУКойл, Газпром и Объединенные машиностроительные заводы - успешно прошли процедуру листинга.

Западные консультанты пытались донести до аудитории мысль, что ничего невозможного нет. "Компания должна продемонстрировать готовность раскрывать информацию, иметь качественный уровень управления и понимание принципов международной отчетности. Больше никаких препятствий", - говорит старший менеджер биржи по Центральной Европе и Азии Джон Эдвардс. Игорь Болдырев убежден, что не стоит бояться масштабов западного рынка: "Неважно, какой уровень капитализации имеет компания. В теории рынок AIM рассчитан на эмитентов стоимостью от 100 до 500 млн долларов, хотя подавляющее большинство компаний оцениваются в 10 - 15 млн долларов и даже в 5 млн долларов. Главное - иметь желание. При этом доступ к инвестициям означает не только публичное размещение акций: брокеры могут подыскать и стратегического инвестора, который приобретет акции по закрытой, частной подписке. Эту задачу можно решить, например, когда собственник хочет выйти из бизнеса".

В пользу мелких

Правительство Свердловской области посчитало, что до такого уровня доросли крупные металлургические холдинги, расположенные на территории области. Они и были представлены руководству биржи в качестве потенциальных эмитентов. Однако как раз эти компании - "визитная карточка" Свердловской области - особого интереса у западных консультантов не вызвали. Может быть, потому, что стороны и так хорошо знают друг друга.

- Мы три года ведем отчетность по международным стандартам и в любой момент можем выйти на международный рынок капитала. Мы стремимся строить управление по международным принципам. Нашими партнерами являются международные банки, клиентами - международные компании, так как значительная часть продукции наших заводов идет на экспорт, - заявил вице-президент по вопросам развития АО "СУАЛ-Холдинг" Артем Волынец.

Холдинги, которые еще не завершили реструктуризацию бизнеса, проявили больше заинтересованности в общении с руководством биржи. По словам заместителя генерального директора Трубной металлургической компании Александра Ширяева, холдинг планирует к 2008 году стать крупнейшим в мировой трубной отрасли, его акции будут обращаться на мировых рынках: "Сейчас мы должны повышать узнаваемость компании, ее инвестиционную привлекательность. Конференция помогает продвинуться на этом пути. Мы установили прямые контакты с руководством биржи, с представителями инвестиционных банков. Когда мы подойдем к решению конкретных вопросов, это нам поможет".

Впрочем, у корпораций такого уровня вряд ли возникнут проблемы с поиском международных контактов, информацией и консультантами. Последние, только узнав, что решение об эмиссии принято, выстроятся в очередь для оказания услуг. Другое дело - средние компании несырьевого профиля: их на большом рынке никто не знает, и они в свою очередь представления не имеют, как на него выходить. Организаторы со стороны биржи говорили, что хотели бы видеть на конференции именно такие динамично развивающиеся региональные корпорации, не отягощенные приватизационным прошлым. Как оказалось, желание взаимно. Однако власти посчитали их присутствие нецелесообразным и предложили короткие индивидуальные встречи с десятком фирм области.

- Мы два раза предпринимали попытки получить приглашение на конференцию, но правительство области нам отказало, - рассказал "Э-У" начальник отдела по работе с инвесторами торгового треста СКМ Дмитрий Гвоздецкий. По его словам, компания в ближайшее время планирует выйти на рынок корпоративных облигаций, и в перспективе не исключает возможности привлечения капитала с помощью первичного размещения облигаций (Initial Public Offering - IPO): "Мы динамично развиваемся, естественно, нам нужны дополнительные ресурсы. Любая структура, планирующая привлечь их за счет рынка, заинтересована в адекватной оценке бизнеса и его перспектив. Стандарты, в том числе открытость, прозрачность, которые применяются для этого, позволяют проанализировать уровень управления компанией".

Именно таких клиентов в регионе и ищут западные эксперты. Их интересуют компании, даже не столько готовые к выходу на мировой рынок, сколько растущие, нуждающиеся в помощи для реформировании бизнеса. Игорь Болдырев: "Основные расходы компаний, выходящих на рынок AIM (60 - 70% от стоимости полного пакета услуг), будут связаны с подготовкой - реструктуризацией бизнеса, устранением схем отмывания денег, построением систем налогообложения, структурированием собственности, созданием правил корпоративного управления. Более мягкие условия рынка альтернативных инвестиций не означают, что уровень требований к понятности и прозрачности информации будет ниже. Мне кажется, многие региональные компании морально готовы к этому, хотя, может быть, до конца этого еще не осознают".

По сути, цель конференции и состояла в том, чтобы освежить восприятие менеджеров и собственников бизнеса, заставить их посмотреть на него другими глазами, переоценить свое "я". "Производственники думают по-другому: им важно построить новый цех, купить оборудование, а уж потом выпустить акции или облигации как джинна из бутылки. Мы же понимаем, что рынок не живет одним днем, нужно уже сейчас думать о том, что будет через два-три года. Поэтому надо перехватывать инициативу, готовить предприятия к освоению серьезных денег", - говорит управляющий директор инвестиционной компании "Антанта капитал" (Москва) Евгений Коган.

Собственно, для этой цели и были приглашены на Урал лидеры мирового финансового рынка - партнеры и эксперты компаний PricwaterhouseCoopers, Ernst & Young, Clifford Chance и других. Они хотели совершить прорыв в сознании региональных менеджеров и собственников предприятий. Конференция, вне всякого сомнения, стала важным шагом на пути вывода уральских компаний на мировой рынок капитала, но из-за организационных просчетов реализовать эту задачу в полной мере не удалось.

Одна цель, две тактики

Представители Лондонской фондовой биржи не скрывали, что их приезд в Екатеринбург имеет вполне определенный бизнес-интерес. Понятно, что мировой рынок капитала перегрет: по данным академика Львова, в основе 80% заключаемых сделок лежит чистая спекуляция - деньги делают деньги. Реальные сделки, когда деньги обмениваются на продукт, имеющий полезное применение, составляют лишь 18 - 20%. Сейчас и на Уолл-стрит, и в лондонском Сити пытаются бороться с этим миром опрокинутых ценностей, стремятся наполнить мировой капитал реальным экономическим содержанием. В этом смысле конкуренция между финансовыми столицами мира Нью-Йорком и Лондоном обострилась. "Концентрация такого количества экспертов, какое есть у нас, в Лондоне, дает максимальные возможности для ваших компаний, - говорил с трибуны резиденции губернатора Свердловской области Крис Гибсон-Смит. - Лондон - это ворота в еврозону, это доступ на рынок в 450 млрд долларов. В Лондоне больше международных фондов и управляющих компаний, чем в Нью-Йорке, мы отвечаем за большую часть рынка IPO, чем Нью-Йорк".

При этом британских финансистов не смущают внутриполитические и экономические проблемы России. Вот что ответил г-н Гибсон-Смит на вопрос "Э-У" о том, как воспринимают в Британии уверенное движение России от "олигархического" к "государственному" капитализму, когда государство усиливает влияние не только в секторе природных ресурсов, но и в финансовой сфере: "Европа, в частности Великобритания, внимательно наблюдает за развитием экономических процессов в России. Нас восхищает то, что вы делаете. Мы не предполагаем, что этот процесс может быть легким или однозначным. И мы понимаем: в долгосрочной перспективе то, что вырастет из российской экономики, будет очень эффективной и работоспособной структурой. На наш взгляд, в России сегодня идет естественная эволюция. Мы надеемся, что движение будет прогрессивным и послужит на общее благо".

Итак, стратегические бизнес-интересы лондонского Сити и одного из крупнейших регионов России совпали. По словам министра экономики и труда Свердловской области Галины Ковалевой, чтобы экономика Среднего Урала к 2010 году (контрольный срок, поставленный президентом России, предупредила министр и россиян, и британцев) выросла в 2,2 раза, область должна осваивать инвестиции вдвое быстрее, чем сейчас.

Однако если в стратегии британские финансисты и уральские экономисты сходятся, то их тактика имеет существенные различия. Галина Ковалева уверена, что у Свердловской области есть "все необходимые предпосылки для выхода на площадку Лондонской фондовой биржи". Что это за предпосылки? Министром они перечислены: богатые сырьевые ресурсы, важнейший транспортный узел, международный аэропорт, множество вузов, лесной массив на 60% территории области. Если следовать логике министра экономики, Сингапур, этот некогда болотистый остров, куда импортировали даже строительный песок и пресную воду, не имел никаких шансов стать всемирным финансовым центром, коим является сегодня.

Гибсон-Смит говорил о плюсах России и ее регионов с других позиций. Первое, что он назвал, - огромный потенциал внутреннего рынка. Второе - транспортная развязка между Европой и Азией. Третье, на что глава Лондонской фондовой биржи обратил особое внимание, - потенциал развития малого и среднего бизнеса: "Крупные предприятия до сих пор доминируют в российской экономике, но во всем мире наблюдается бурное развитие мелких и средних предприятий. Их вклад в ВВП России в последующие четыре-пять лет должен удвоиться. Продолжение развития этого сектора нужно сделать приоритетом на ближайшее время".

Власти Свердловской области тоже говорили о малом бизнесе, но скудно и путаясь в цифрах. Галина Ковалева насчитала "около 180 тысяч субъектов малого предпринимательства с численностью работающих 370 тысяч человек". Губернатор Эдуард Россель заявил на пресс-конференции, что Свердловская область имеет сегодня 30 тысяч малых предприятий, но "в потенциале, когда-то", эта цифра может вырасти до 100 тысяч. В докладе Криса Гибсона-Смита прозвучало: "Количество компаний среднего и малого размера только в Свердловской области составляет около 15 тысяч". Даже если взять данные губернатора (очевидно, самые точные) и пересчитать их на тысячу жителей, включая стариков и младенцев, получим 6,6 малых предприятий. Для сравнения: на каждую тысячу британцев таких приходится 46, японцев - 49,6, итальянцев - 68, американцев - 74,2.

Долгие эксперименты

Как же придать импульс развитию малого и среднего бизнеса, а также несырьевых производств на Среднем Урале, на что, как выяснилось, Лондонская фондовая биржа возлагает особые надежды? Как расширить список конкурентоспособных отраслей? Об этом на конференции не говорили. Чиновники то и дело перечисляли крупные компании: СУАЛ, УГМК, ТМК. Они дают львиную долю гражданского экспорта, они - ядро конкурентоспособности региональной экономики. Вторые-третьи лица этих холдингов выходили на трибуну и рассказывали о схемах привлечения инвестиций, используемых сегодня. Суммы назывались немалые, и создавалось ощущение, что особых проблем с деньгами у холдингов нет - нынешние бы ресурсы освоить по графику.

Между тем, как заявил Эдуард Россель, "в Свердловской области колоссальное количество разработок, которые лежат на полках и ждут своего времени". Добавим: в области, особенно в ее крупных городах, бурно развивается сфера услуг, растут рынок общепита и перерабатывающая промышленность. И этот рост мог бы стать фантастическим, если: а) анализировать эти рынки; б) стимулировать их развитие.

Как стимулировать? Под конкретные проекты. При помощи каких механизмов? Целевые программы - старо, да и разворуют. Государственные гарантии - тяжело для бюджета. Выпустить областные облигации? Для этого нужно надежное окружение, чтобы деньги не уплыли в неизвестном направлении и не были проедены. Вот и остается рассчитывать на зарубежные и внутренние инвестиции. А чтобы они заработали, есть механизм, во-первых, дешевый, во-вторых, надежный - качество действий самой власти. Да, региональные чиновники не могут дать бизнесу существенные налоговые льготы: эти вопросы отнесены к сфере компетенции федерального центра (хотя, скажем, в Пермской области небольшое снижение ставки налогов на прибыль и имущество увязано с процессом инвестирования), но реальную помощь можно оказать снижением административных барьеров. Чего греха таить, Россия проигрывает другим странам, скажем, восточноевропейским, за счет коррупции и низкого качества работы правоохранительных органов. Тот же пресловутый принцип одного окна, где бы инвестор смог получить все необходимые услуги, в полной мере не работает ни в одном регионе. В Свердловской области еще только экспериментируют, словно мало доказательств эффективности этого инструмента.

Второй момент - тарифы на услуги естественных монополистов. Да, сегодня они повышаются не так скачкообразно, как раньше, предприятия могут взяться, наконец, за планы. Но сами тарифы непрозрачны. "У меня рука не поворачивается подписывать документы на оплату поставок газа, когда я вспоминаю, какие автомобили выстраиваются каждое утро у офиса газовой компании: можно международный автосалон устраивать", - поделился как-то с нами генеральный директор одного из машиностроительных заводов Екатеринбурга.

Третье - развитие земельного рынка. Если он будет нормально функционировать и иметь значительное количество объектов оборота, инвесторы станут много улыбчивее. А ведь установление арендных ставок по землям и ставок выкупа земель как раз в руках регионов. Многим памятен пример, когда Уралмашзавод угрожал вывести производственные мощности за пределы Екатеринбурга, зарегистрироваться где-нибудь в районном центре, если стоимость земли под предприятием не будет снижена. Власти пошли на уступки: снизили земельные ставки для "лишних" производственных площадок, где теперь худо-бедно создаются технопарки (тот самый малый бизнес!). Но сколько стоило топ-менеджерам Уралмаша пробить это решение, знают только они сами и чиновники. Готовы ли инвесторы к таким битвам? Надо бы спросить у них. Или лучше не спрашивать, а сразу навести порядок в этом вопросе.

Четвертое - развитие инфраструктуры общего пользования, в первую очередь дорожного хозяйства. Этот процесс напрямую относится к государственным финансам и межрегиональному сотрудничеству. На стыке отношений региональных властей и естественных монополистов можно также добиться активного расширения инженерных сетей.

Удивительный ответ

Что еще волнует иностранных инвесторов? Предсказуемость развития их проектов. Вот пример, хоть и далекий от Урала, но типичный для России. Нынешним летом заместитель министра торговли США Уильям Лэш в ходе переговоров в Минпромэнерго РФ попросил объяснить аннулирование итогов конкурса по проекту "Сахалин-3", в котором победили американские компании ExxonMobil и ChevronTexaco. По словам Лэша, ему был дан ответ в том смысле, что "тех людей, которые не соответствуют в своей работе правилам, убивают". Лэш попросил пояснить у представителя российского министерства, имеется ли в виду финансовый крах или какие-либо иные финансовые проблемы. "Нет никакого двойного смысла, имеется в виду физическое уничтожение", - ответили американцу. "Это самый удивительный ответ из тех, что мне приходилось слышать в более чем 80 странах", - сказал заместитель министра.

Ну и последнее, о чем часто говорят иностранцы, прежде всего американцы: защита интеллектуальной собственности. Тот же г-н Лэш купил в ларьках, расположенных у стен Кремля, целый набор пиратской продукции: видеокассету с записью фильма "Троя", DVD "Убить Билла II", компакт-диск, на котором, согласно аннотации, записана программа Windows'2003, и зажигалку с символом КГБ, якобы произведенную фирмой Zippo. Чтобы бороться с "пиратами", необязательно создавать специальные подразделения и резервировать дополнительные бюджетные фонды. Системная работа местных властей с органами внутренних дел, прежде всего ОБЭП, уже может значительно облагородить имидж территории в глазах иностранцев.

Итак, что делать - понятно. Теперь определимся, с кем делать. Совершенно очевидно, что современные решения трудно реализовать без современных исполнителей. Между тем в региональных органах власти все еще витает атмосфера подозрительности в отношении Запада, есть люди, у которых неприятие иностранцев в крови, они с советских времен болеют шпиономанией. Современный уровень образования и понимания процессов, происходящих в мире, - тоже немаловажный вопрос. Эффект сингапурского экономического чуда в том и заключался, что там отбирали в органы управления лучших выпускников вузов, которых сначала отправляли поучиться за границу, а потом предлагали послужить молодому государству. Есть ли аналогичные программы в органах исполнительной власти российских регионов? Доподлинно неизвестно. Зато известен следующий факт: средний год окончания вузов шестью первыми руководителями министерства экономики Свердловской области - 1971.

Сместим, однако, акценты и уйдем от проблемы качества власти к проблеме качества частного бизнеса. Экономический рост подразумевает его широкое участие во многих процессах. В конце концов, вряд ли власть сможет реформироваться эффективно, если ей не поможет в этом бизнес, в первую очередь - саморегулируемые организации. В конце концов, заслуга губернатора Эдуарда Росселя состоит уже в том, что он привез в Екатеринбург первых лиц лондонского Сити, а уж как с ними работать и для чего, решать вам, бизнесмены.