Лицом к физлицу

Петр Пьянков
18 октября 2004, 00:00
  Урал

Государство должно честно признать, что провалило пенсионную реформу, и начать стимулировать граждан к самостоятельной заботе о собственной старости

В октября завершилась кампания перевода накопительной части пенсии (НЧП) из Пенсионного фонда России (ПФР) в негосударственные пенсионные фонды (НПФ) и управляющие компании (НУК). Таким образом, государство завершило реализацию второго этапа пенсионной реформы. Первый этап датируется прошлым годом: тогда граждане России выбирали управляющую компанию, частную или государственную, которая будет оперировать частью их пенсионных отчислений до наступления старости. Общий итог пенсионной реформы неутешителен: по нашему мнению, он свидетельствует о том, что государство планирует отказаться от участия частного сектора в пенсионной системе страны.

Что бы ни делали

Основная проблема первого этапа заключалась в том, что власти пустили процесс информирования населения на самотек. На втором этапе правительство и ПФР фактически дискредитировали реформу. Во-первых, с целью компенсации дефицита бюджета ПФР из пенсионной реформы исключили граждан старше 1966 года рождения, накопления которых составляли 65% пенсионного рынка. Во-вторых, в течение всей кампании выдавалась неверная информация. Так, инвестиционный доход, указанный в "письмах счастья" как годовой, по нашим расчетам, заработан за два года (2002 и 2003). Вероятно, ПФР хотел показать, что сработал лучше НПФ. Кроме того, в самый разгар договорной кампании ПФР публично заявил о якобы потерях НУК в размере 1,9% за предыдущий год. Сведения НУК опровергли, но люди оказались дезориентированы. В-третьих, ПФР продемонстрировал техническую неготовность выполнить многие функции. Так, часть "писем счастья" просто не дошла до адресатов. Главный инструмент перевода НЧП - система трансфер-агентов, отлаженная в прошлом году, запущена с опозданием почти на два месяца, в результате на работу НПФ и УК с населением остался один месяц из трех. Чиновники обещали продлить сроки сбора НЧП до 31 декабря, однако и это слово не сдержали. Все это заставило НПФ и НУК говорить о сворачивании или, как минимум, замораживании пенсионной реформы.

Наигрались

Рискнем предположить: главная цель проводимой пенсионной реформы - вовсе не забота о повышении пенсий будущих поколений, а прозаичное пополнение бюджета ПФР за счет вывода из тени зарплат. Резкое увеличение таких поступлений после введения плоской 13-процентной шкалы налога на доходы физических лиц побудило реформаторов испробовать более изысканные методы решения этой проблемы.

Забота о будущей пенсии откровенно подталкивала работников "стучать" на работодателей, выплачивающих зарплату в конвертах. Но чиновники пожадничали: цена вопроса (2% от фонда оплаты труда, перечисляемая в накопительную часть пенсии) никого не вдохновила. Подними они НЧП до 10 - 14%, и результат мог быть совсем другой. Тем не менее власти, как и положено, ждали обещанного повышения сбора налогов три года. Не дождались...

Но задачу увеличения сборов налогов никто не отменял. И тогда в марте 2004 года было решено отказаться от тезиса "заботы о гражданах" и применить уже проверенный метод простого снижения ЕСН. Правда, за счет уменьшения взносов в ПФР и, как следствие, отказа от пенсионной реформы.

Жесткое охлаждение

Провал пенсионной реформы - это проявление тенденции. Идея именно такой реформы зародилась в романтические 90-е на волне либерализации всех сфер деятельности общества. Отказ от доминирования государства (приватизация, денационализация банковского сектора, раздача свобод регионам "сколько унесете", и т.д.) позволил тогда сохранить Россию как единое государство. То было время разбрасывать камни.

Сейчас их начали собирать. Это мы видим во всех сферах общественного устройства: так, отменен принцип выборности губернаторов, усилено госрегулирование в системообразующих отраслях. Государство формирует "водораздел" между "своими" и частными сферами деятельности. И не намерено отдавать накопительную часть пенсии (по сути это его деньги, налоги) в частные руки.

Сфера НПФ ограничится негосударственным сектором экономики. Размежевание проводится уже несколько лет: через постепенную отмену всех налоговых льгот при работе предприятий с НПФ. Точка, вероятно, будет поставлена 1 января 2005 года после принятия ряда изменений в Налоговый кодекс РФ, предусматривающих полную отмену льгот для предприятий, работающих с НПФ. После этого только предприятия сырьевой отрасли, благоденствующие на нефтедолларах, смогут позволить себе заботиться о сотрудниках за счет чистой прибыли. У большинства уральских НПФ таких клиентов нет. Остальные предприятия, привыкшие считать копейку, как минимум приостановят социальные пенсионные программы до лучших времен.

Параллельно с охлаждением налогового климата НПФ ожидает и ужесточение требований к размещению пенсионных резервов. Новый регулятор фондов - Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) - с 2005 года запретит НПФ инвестировать резервы в векселя и любые другие некотируемые ценные бумаги, а также снизит размещение пенсионных резервов в активы вкладчиков и учредителей с 30 до 5%. Это убьет последний для предприятий аргумент в пользу работы с НПФ - возможность реинвестировать пенсионные отчисления в бизнес. Сегодня механизм реинвестирования, как правило, работает через вексельные схемы. Предприятие переводит деньги в НПФ по договору добровольного пенсионного обеспечения, а затем получает их обратно за свой вексель. В следующем году у фондов возникнет проблема достать эти деньги из предприятий и перевести на организованные рынки - в акции Газпрома, РАО ЕЭС и т.д.

Понятно, что альтруистов среди руководителей промышленных предприятий нет. В итоге рискнем предположить, что НПФ не получат взносы вкладчиков - предприятий, являющихся партнерами фондов. С отменой льгот по ЕСН (нельзя будет списывать на себестоимость перечисления в НПФ, как и реинвестировать пенсионные резервы) НПФ окончательно потеряют в глазах учредителей привлекательность.

Исход пессимистичен: надутые векселями НПФ после утраты интереса учредителя, не смогут гарантировать гражданам безопасность их денег и приемлемую доходность. НПФ, однако, в отчете перед государством обязаны показать живые деньги (для фонда это - котируемые акции и облигации), поэтому вынуждены будут просить их у учредителя под вексель. Учредитель, отказавшись от фонда-просителя, обречет его на смерть или на смену ориентира.

"Физический" ориентир

В этой ситуации остается последний источник взносов - простые граждане, озабоченные самостоятельным формированием будущей пенсии. Многие НПФ к этой работе просто не готовы. За 12 лет существования почти все они чурались работать с розницей: это долго и хлопотно. Никто не видел в физлицах будущих клиентов, не предполагал, что каждому человеку (а не одному директору предприятия) надо будет доказывать необходимость негосударственного пенсионного обеспечения. Начинать создавать массового клиента, заниматься ликбезом в институтах и техникумах надо уже сейчас. Тогда, может быть, через 5 - 10 лет их выпускники и придут в НПФ, чтобы открыть себе счет.

НПФ расплатятся за все. И в том числе за слабый регулятор - инспекцию фондов, которая не столько контролировала, сколько лелеяла их. Все это время НПФ, как страусы, засунув головы в песок, старались не замечать надвигающихся перемен и не готовились к ним. Нет сомнений в том, что ФСФР начнет чистку рядов пенсионного рынка. Останется не 287 НПФ (вернее, работающих под их вывеской касс взаимопомощи, заначек директора, инструментов для ухода от налогов, ничего общего не имеющих с идеей дополнительного пенсионного обеспечения), а 10 - 20 настоящих универсальных фондов, единственная цель которых - пенсионное обеспечение своих клиентов, в подавляющем большинстве простых граждан.

Как это будет

Чтобы стать интересными для своих новых клиентов, НПФ должны обрести независимость от учредителей в вопросах инвестирования пенсионных резервов и организации работы с клиентами. Будущее - за универсальными НПФ, время кэптивов (как и в банковской, и в страховой сферах) прошло.

Очень важно, чтобы государство набралось смелости и объявило о закрытии этой пенсионной реформы (после исключения из нее 65% финансовых средств, взносов людей старше 37 лет, она приносит больше вреда, чем пользы). Созданная инфраструктура для раздельного учета базовой, страховой, накопительной частей, рассылка писем и т.д. - слишком дорогое удовольствие (только рассылка "писем счастья" в этом году обошлась, по данным ПФР, в 500 млн рублей из его бюджета). И содержится эта инфраструктура за наш счет, точнее, за счет нашей будущей пенсии. Пенсионная система России не готова к таким масштабным затратам, лучше эти деньги использовать на закрытие дефицита ПФР, возникшего после снижения ЕСН, чем содержать многотысячную армию чиновников, обслуживающих мертвого идола.

ПФР, по нашему мнению, должен назначать единую "государственную" пенсию, рассчитываемую по единому для всех принципу, минимизировав затраты на свое содержание. Ответственность за достойную пенсию, таким образом, ложится на самих граждан: им придется откладывать на старость через сохранившиеся на рынке НПФ. К слову, уже сейчас граждане старше 1966 г.р., оставшись без накопительной части, стали проявлять интерес к НПО. Реформа, пусть и неудачно начавшаяся, заставила людей думать о будущей пенсии.

Мы уверены, что у негосударственных пенсионных фондов есть будущее и связано оно именно с развитием негосударственного пенсионного обеспечения. Для этого требуется сильная, хорошо проработанная маркетинговая политика, в том числе и через стимулирование продаж пенсионных продуктов (подробнее см. "Жилье за пенсионные деньги", "Э-У" 4 от 02.02.04 и "Торговля - двигатель пенсионной реформы", "Э-У" 16 от 26.04.04). Наше специальное исследование, анализирующее в частности эффективность таких технологий, показало: НПФ, использующие подобные схемы, добиваются весьма неплохих результатов. Приведем опыт работы пермского фонда "Стратегия", который сделал ставку именно на "розницу" и использует для этого современные маркетинговые инструменты (торговые и страховые карты, жилищные схемы). Результат - колоссальные темпы роста, ежегодное удвоение активов. Инвестиционный доход "Стратегии" стабильно превышает среднерыночный показатель по НПФ: в 2003 году начислено 19% (в среднем региональные фонды смогли обеспечить доход на уровне 8 - 10%), за полугодие-2004 - 17%.

Существует миф: работа НПФ с розницей - слишком дорога и неэффективна. При этом часто забывается тот факт, что предприятие, организующее программу НПО, стремится забрать те же деньги в виде инвестиций. Таким образом, фонд не имеет полной свободы в формировании инвестиционной политики, а это сказывается и на безопасности вложений, и на доходности.

Ключевым звеном негосударственного пенсионного обеспечения и потребителем этой услуги должен стать конкретный человек. Гражданин заинтересован в том, чтобы НПФ проводил взвешенную инвестиционную политику, которая удовлетворяла бы главным критериям - доходности и безопасности.

Мы убеждены, что система негосударственного пенсионного обеспечения должна работать на рынке физлиц и государство должно льготировать не предприятия, а конкретных граждан, самостоятельно формирующих дополнительную к государственной пенсию. Тогда система станет прозрачной и устойчивой.

* Президент НПФ "Стратегия". ** Аспирант УВЭД УГТУ-УПИ.