Жизнь.doc

Марина Романова
18 октября 2004, 00:00
  Урал

Фестиваль документального кино "Россия" дает документальное свидетельство состояния российского общества

На одном из обсуждений после просмотра фильмов XV фестиваля документального кино "Россия" случился веселый эпизод. Экстравагантная девушка в черных очках обратилась к режиссерам и организаторам с вопросом: "Скажите, сколько вам заплатило Центральное разведывательное управление, чтобы все это было показано?". Она, конечно, эпатировала публику, но при этом попала в десятку. Чтобы отслеживать, что происходит в России, можно не тратиться на шпионов, достаточно ежегодно в первых числах октября направлять резидента в Екатеринбург, где проходит главный документальный кинофорум страны. Лучше всего реальную действительность отражает не телевидение: оно лишь фиксирует сегодняшние события, в том числе и мимолетные. Рассказывает о процессах, рисует общую ситуацию, ставит диагноз кино документальное. Собранное воедино за временной отрезок, равный году, оно представляет собой "свидетельство 2004".

Эффект присутствия

Из того, что на фестивале было, прежде всего нужно назвать зрителя. Средняя наполняемость залов екатеринбургского Дома кино в эти дни составляла примерно 130%. Зрители плотно сидели на ступеньках, стояли вдоль стен, присаживались на корточки за креслами, лежали перед экраном. Тотальный интерес к документальному кино поражал, радовал и даже пугал: что-то случилось? И неужели придется менять обжитую площадку?

На экране больше всего оказалось души и быта. Картины о деятелях искусства (писателях, художниках, музыкантах) перемежались с житейскими диалогами в электричках и на кухнях: режиссерам понятно и приятно рассказывать о себе подобных.

Тема войны по-прежнему нависает над нами, но в основном в историческом аспекте. Великая Отечественная продолжает давать сюжеты документалистам. Одна из самых лаконичных и сильных картин - "Фотолюбитель" Ирины Гедрович. Герой - немецкий инженер, увлекающийся фотосъемкой, во время войны служивший в карательном отряде. В тексте нет авторской речи, только цитаты из дневника, других документов, а в качестве видеоряда - сделанные героем фотографии. Последний кадр фильма - щелчок затвора фотоаппарата, как щелчок оружейного затвора. Картина о прошлом, а вывод современный. Отнюдь не компьютерные стрелялки и не американские, а теперь и русские, боевики возбуждают в людях насилие. Самая разрушительная сила (как, впрочем, и созидательная) - идеи. Вложенные в марширующего мальчика, взращенные невиртуальной военной реальностью, они становятся деревом-монстром, которое в конце концов убивает и самого человека.

Несколько лент посвящено "иным" людям - с необычными увлечениями, живущим в затерянной в лесах деревне, где происходят неподдающиеся рациональному объяснению вещи, инвалидам. Интерес к нетрадиционному для документального кино традиционен.

Эффект отсутствия

В искусстве существует понятие "эффект отсутствия". Ждешь, к примеру, появления героя, а его нет. Очень сильный прием. Чего не было или недоставало на фестивале?

Удивительно, но из 42 картин только две имели отношение к политике. Лишь две были посвящены молодежи, подавляющее большинство - о старшем поколении. Мало фильмов о любви. Совершенно не было игры, юмора. Ощущался дефицит радости: один из самых светлых фильмов посвящен глухим. Попытки найти героя успешными стали лишь для Натальи Гугуевой, сделавшей яркий фильм о боксере Константине Цзю.

Куда меньше, чем деятели искусства, авторов интересовали люди активных профессий и активного жизненного проявления. На десяток лент о представителях интеллигенции по две пришлось про шахтеров и рыбаков. Бизнес отсутствовал как класс: ни один предприниматель не глянул в зал с экрана. Из этого, конечно, не следует вывод о своеобразном социальном составе страны. Но вывод об определенном энергетическом состоянии общества однозначен. Ритм картин в основном замедленно-раздумчивый. Мы все думаем, думаем, да не очень делаем. Рефлексия выпирает, причем не глобальная, а все больше мелкая, бытовая, по частностям.

Еще после прошлого фестиваля специалисты говорили об асоциальности современного документального кино. В стране масса серьезных проблем, а здесь страсти по прошлому да внутренние разборки. Несовпадение кино и жизни наводит на мысль о кризисе жанра. Однако объективные показатели свидетельствуют об обратном. Общество рейтингами голосует за неигровое кино. По прикидке экспертов, на двух главных телеканалах страны готовы выпускать 370 документальных фильмов в год! Не с документальным кино как таковым у нас проблемы, а с действительностью. Общество пребывает в состоянии духовной стагнации, сознание протеста ему не характерно. Психологи проанализировали посттравматический синдром Беслана: страна содрогнулась от ужаса и страдания во время теракта и ушла в духовное подполье через неделю после отправки гуманитарной помощи. Никаких изменений в состоянии общества не случилось, лишь власть оперативно воспользовалась моментом для достижения собственных целей. Документальное кино непредвзято фиксирует: да, мы спим. Правда, с открытыми глазами.

История знает прецеденты, когда искусство активно влияло на реальность. Нынешний фестиваль стал открытым не по названию, а по существу. Мы увидели европейский опыт: программы немецкого, французского, испанского, чешского неигрового кино. Так вот, коллективный проект немецких режиссеров "Германия осенью" с разных сторон проанализировал последствия взрыва терроризма в Германии в конце 70-х годов и ответные правительственные меры, которые могли привести к полицейскому государству, и тем скорректировал ситуацию. Как это для нас актуально. Вот только документальное кино - само есть продукт общества, и активная позиция сегодня ему не характерна.

Основная интрига

Одной из главных интриг фестиваля оказался конфликт поколений: возможно, и в этом неигровое кино отражает широкую реальность.

Молодежь на экране выглядела единственной протестной силой страны, но вялой, а иногда потенциально опасной. Картина Алены Полуниной "Да, Смерть!" - рассказ о лимоновцах, ребятах с интеллигентской формой губ, тонкими руками и жаждущими идей головами. Режиссер не выдает лобовую оценку, отражает определенный романтизм этого движения и в то же время его схожесть с зачаточным национал-социализмом. Никита Сутырин рассказывает о самом молодом кандидате в мэры Екатеринбурга Игоре Лиснике, который провозглашает "внутренний джихад" (так картина и называется), борьбу за свободу, но ведет ее больше на словах, а "взрослые дяди" используют его в собственных политических целях.

В фестивале принимало участие как никогда много дебютантов - семь. В целом их работы не произвели впечатления чего-то принципиально нового, однако внесли свежую струю. Самые горячие споры возникали вокруг их произведений. Старшее поколение документалистов удивлялось, почему у молодых слаб дух экспериментаторства, и одновременно выкашивало на корню все необычное. Молодые отвечали: нам важно не уклонение от нормы, а сама норма.

По мнению председателя отборочной комиссии фестиваля известного кинодокументалиста Андрея Шемякина, получившего в этом году "Тэффи" за телевизионный цикл, на фестивале не хватает пространства для разных поколений, он достиг пика. "А когда находишься на вершине горы, рискуешь превратиться в памятник самому себе. Фестиваль требует развития именно в сторону молодого поколения, это очевидно". Мнение критика и практика услышано: принято решение, что в следующем году фестиваль удлинится на день, и это будет день дебютов.

Конфликт поколений достиг апогея во время закрытия фестиваля и разрешился, как и положено по логике жизни, в пользу молодых. Когда жюри сообщило о присуждении гран-при картине "Мирная жизнь" Павла Костомарова и Антуана Каттена, президент фестиваля, первый заместитель председателя правления Союза кинематографистов России Клим Лаврентьев заявил о сложении с себя полномочий. "Скандальный" фильм рассказывает о чеченцах, отце и сыне, живущих в российской деревне. Авторы еще на прошлом фестивале оригинальной картиной "Трансформатор" проявили интерес к национальному менталитету. Новый фильм продолжил тему на стыке менталитетов. "Мирная жизнь", конечно, о чеченской войне, ее корнях и последствиях, это самая актуальная картина из представленных на фестивале. Причем ей не характерно лобовое решение. А обвинения в "чернушности", использовании ненормативной лексики адресовать следует не художественному произведению, а жизни. "Не кажется ли вам, что ваш фильм пахнет дерьмом?" - спросили Павла Костомарова после церемонии вручения наград. "Нет, он пахнет гексогеном", - ответил автор.

Любимые темы doc.кино/2004

Деление 42 фильмов фестиваля по темам и героям

Пьедестал почета "России" - XV

Гран-при, приз кинокритиков - "Мирная жизнь" Павла Костомарова и Антуана Каттена. Лучший полнометражный фильм - "Рыбак и танцовщица" Валерия Соломина.

Лучший короткометражный фильм - "Свадьба тишины" Павла Медведева.

Специальный приз жюри - "Гулять по воде" Ирины Васильевой.

Приз за лучший дебют - "Диалоги в электричке" Сергея Литовца.

Оператор фильма "Одя" Николай Волков удостоился приза за операторское мастерство. Дипломами жюри также награждены картины: "Дорогой Маркович" Виталия Брынцева, "Гиблое место" Бориса Шунькова и "Чудеса и тайны" Олеси Фокиной.

Приз зрительских симпатий отдан картине Андрея Осипова "Страсти по Марине". Приз имени Леонида Гуревича завоевал фильм "Дорогой Маркович" Виталия Брынцева.