А ужинать я буду в Риме

Глеб Жога
11 ноября 2013, 00:00

Югорская экономика застыла в рамках нефтедобывающего архетипа

Югра — место особенное: сравнение социально-эконо­ми­ческих показателей Ханты-Мансийского автономного округа и со средними по стране/макрорегиону, и с данными сопоставимых с виду соседей — операция довольно натянутая. Так, объем промышленного производства округа примерно вдвое больше, чем Свердловской области (она втрое населеннее) и втрое больше, чем в Челябинской (в 2,3 раза населеннее). Югра — регион федерального значения. По объему валового регионального продукта он второй в стране (уступает лишь Москве), по ВРП в подушевом исчислении — тоже второй (уступает северному соседу — Ямало-Ненецкому округу). По сочетанию общей массы и подушевого богатства это абсолютный лидер в России.

Около 90% промышленного производства Югры составляет нефте- и газодобыча, еще 6 — 7% промышленности обеспечивает поддерживающая нефтяников энергетика. От того, как сработают нефтяники в Ханты-Мансийском округе, напрямую зависит устойчивость федеральной казны. Нефте- и газодобыча — отрасль стратегическая и системообразующая, и вольно проседать под влиянием внешней конъюнктуры ей непозволительно. Однако наращивать объемы при текущем уровне разработанности месторождений тоже не получается, скорее, наоборот — отдача скважин падает. Потому темпы экономического развития монорегиона монолитны: динамика зажата государственной необходимостью и экономической объективностью.

Основные добытчики в Ханты-Мансий­ском округе — Газпромнефть, ЛУКойл, Роснефть, Сургутнефтегаз, ТНК-ВР. Кажется, все на территории зависит от этих ключевых игроков. В автономном округе почти полностью отсутствует экономическое влияние административной централизации, а региональный центр Ханты-Мансийск — всего лишь четвертый по численности населения город в округе. Свердловской и Челябинской областям, Пермскому краю присуща гиперцентрализация экономической активности в административном центре. А в Югре деловая и социальная активность носит не административный, а холдинговый характер: Сургут — «столица» Сургутнефтегаза, Нижневартовск — ТНК-ВР, Нефтеюганск — Роснефти, Когалым — ЛУКойла, Ханты-Мансийск — Газпромнефти. Кстати, населенные пункты в округе более молодые, чем в среднем по Урало-Западносибирскому региону; молодо и мобильно и население округа.

Внешнее кольцо

Обрабатывающие производства в структуре промышленности Югры удерживают 3 — 3,5%. Основу составляют два сектора. Первый — сервисное машиностроение, на него приходится 40 — 45% отгрузки обрабатывающих производств округа. Хотя абсолютные объемы невелики — около 40 млрд рублей в 2012 году (для сравнения: выручка одного Сургутнефтегаза за тот же год составила 815,6 млрд рублей). Причем в последние годы статистика фиксирует спад в югорском машиностроении: хотя кризисный обвал отрасль прошла стабильно в сравнении с коллегами-машиностроителями на Урале, по итогам 2012 года объем работ уменьшился на 23% к уровню 2011-го, и по прошествии трех кварталов текущего года отрасль восстановления не демонстрирует.

Второй ощутимый сектор обрабатывающей промышленности региона — производство нефтепродуктов (около трети обработки региона). По большому счету он представлен одним предприятием — ООО «Газпром переработка», расположенным в Сургуте. Как и положено стопроцентной дочке «нашего всего», с динамикой производственных показателей здесь все в порядке: выпуск (счет в физических объемах) в пиковый кризисный 2009 год, просев лишь на 1,2%, на всей остальной посткризисной траектории год от года прирастает стабильно на 5 — 10%.

Остальные промышленные отрасли, даже те, от которых в последние годы югорское правительство ждет диверсификации экономики, заметной доли в хозяйственном комплексе округа не имеют.

Куда увлекательней жизнь строительной отрасли. В Ханты-Мансийском округе, во-первых, в принципе выполняется много строительных работ: например, раза в два больше, чем в Свердловской области. В том числе строится много жилья: по вводу квартир на душу населения округ лидирует в Урало-Западносибирском регионе. Хотя это лидерство дается в постоянной борьбе: давний уральский лидер в жилищном строительстве Республика Башкортостан традиционно имеет высокие показатели, все больше жилья в расчете на душу населения стали строить в соседнем с Югрой Ямало-Ненецком АО. Заметим, однако, что в последние годы физические объемы строительных работ в Югре снижаются — эта тенденция характерна почти для всех в макрорегионе.

А во-вторых, в Югре нет собственных производителей строительных материалов: значит, это привлекательнейший рынок сбыта. В посткризисный период на северный спрос стали ориентироваться производители из Свердловской области. За рынок Югры свердловчане яростно сцепились с конкурентами из Западной Сибири, которые доставляют грузы на север реками. Для уральцев обострились транспортные проблемы. В результате оживление спроса в соседнем регионе и осознание общих проблем, решить которые оказалось возможно только сообща, привело к невиданной доселе кооперации игроков сектора. Сегодня уральский строительный кластер — одно из самых активно упоминаемых в информационной среде отраслевых промышленных объединений. И совсем недавно совместными усилиями свердловчан разработан так называемый Уральский полярный транспортный коридор, по которому груз может доставляться из Свердловской области до Приобья и Надыма в сторону Салехарда. Он сокращает протяженность пути втрое.

Северный завоз

Рассмотрим динамику потребительского сектора в богатой Югре. По общим объемам розничной торговли регион выглядит довольно скромно: объемы продаж по валу в 2,5 — 3 раза меньше, чем на Среднем Урале. Да и темпы роста сектора в округе невыдающиеся: они несколько выше, чем на Среднем Урале, но лидер в Урало-Западносибирском макрорегионе Башкортостан развивает розницу динамичнее. Если обратить внимание на розничные продажи в расчете на душу населения (в номинальных ценах), то Югра вроде опережает Башкирию и вплотную подходит к макрорегиональному потребительскому центру — Свердловской области. Но северные цены и северные зарплаты — не сравнимы с уральскими. Скорректировав объемы оборота розницы на территориях на уровни цен (считаем по стоимости минимальной прожиточной потребительской корзины), видно, что объемы на северах вовсе невелики: меньше и башкирских, и свердловских. И если Югра еще может быть сопоставлена с крупнейшими уральскими потребительскими рынками, то ЯНАО выглядит совсем бледно.

Это несоответствие производственной базы, ее доходов, высоченных зарплат и невысокого потребления на месте, на наш взгляд, не позволяет назвать Югру в полной мере самостоятельным регионом. Он больше напоминает производственную базу и средство заработка. А привлекательность его для полнокровной жизни населения, мягко скажем, не очевидна (важно, что правительство округа предпринимает много усилий для изменения ситуации, в чем имеются и значительные успехи). Пусть наш подход и напоминает рассуждения меркантилистов XVII века о финансовой политике, мы все же уверены: до тех пор, пока экономический цикл не будет хоть в каком-то приближении замыкаться на территории, говорить о ее устойчивом самостоятельном развитии преждевременно.