Больше чем туризм

Внутренний туризм может и должен быть полноценной отраслью экономики — таково новое отношение к нему в правительстве Свердловской области. Как реализовать этот лейтмотив на практике, нам рассказал заместитель председателя правительства Свердловской области Алексей Орлов

Алексей Орлов

— Алексей Валерьевич, почему для Свердловской области важно развивать внутренний туризм?

— Его роль в экономике, особенно в экономике некоторых территорий, может быть существенно большей, чем сейчас. У нас есть ряд муниципальных образований, где основными налогоплательщиками являются государственные учреждения. При этом у них есть туристические ресурсы, которые не используются вообще или используются не в полной мере. Например, горячие источники в Тавде. По оценкам отраслевых экспертов, одно место в туризме создает три в сопутствующих областях — общественном питании, сфере гостеприимства, на транспорте и т.д. Если горячие источники могут стать для территории точкой развития, этим нужно пользоваться.

— Вы понимаете, что есть некий объект, потенциально интересный туристам. Каков алгоритм действий?

— Давайте на примере узкоколейной железной дороги в Алапаевске — там хорошо видны все механизмы. Сегодня она работает для обслуживания населенных пунктов на севере Свердловской области, до которых нет автомобильных дорог. При этом в прошлом году 17 тыс. человек воспользовалось ею исключительно в развлекательно-познавательных целях. Администрация муниципального образования выступила с инициативой создания на базе узкоколейки полноценного туристического продукта. Мы встречаемся, обсуждаем, как он должен выглядеть, выбираем площадки для частных инвесторов (уже известно, что на одной из них будет кафе, на другой — гостиница), определяем, какие затраты на себя возьмет муниципалитет, какие — область. Финансовое участие муниципалитета и привлечение внебюджетных источников является обязательным для выделения средств из областного бюджета. Договорились, в частности, что мы занимаемся реконструкцией вокзала, муниципалитет оборудует парковку. Все сделают свою работу, и через несколько лет вы сможете приехать в Алапаевск и не просто прокатиться в спартанских условиях по узкоколейке, а доехать, например, до музея-заповедника деревянного зодчества в Верхней Синячихе. Потом отдохнуть в гостинице и продолжить знакомство с достопримечательностями на следующий день.

— Частные инвесторы — кто они?

— Это интересный момент. В сфере торговли в последние годы были введены серьезные ограничения, плюс крупные ритейлеры начали интересоваться небольшими городами. В итоге местным предпринимателям приходится думать, на чем еще зарабатывать деньги. В Алапаевске и гостиницу, и кафе делают вот такие люди. С крупными инвесторами договариваться сложнее, они не хотят идти в область. Мы рассчитываем, что после появления первых положительных примеров реализации новых проектов ситуация изменится.

— А почему таких примеров до сих пор нет?

— Не забывайте, что полномочия по развитию туризма были переданы министерству экономики в конце прошлого года. Туризм одно время относился к физкультуре и спорту, потом его переориентировали на сохранение культурного наследия и отдали, соответственно, министерству культуры. В итоге уже перед нами была поставлена задача сделать отрасль, способную приносить доход.

В 2013 году мы «разгонялись», определяли основные векторы развития, начали кое-какие проекты, сформировали пул из двенадцати муниципалитетов, которые готовы принимать активное участие. Думаю, в следующем году уже будут положительные примеры взаимодействия в новом формате как с муниципалитетами, так и с частными инвесторами.

— На рынке внутреннего туризма, в отличие от выездного, почти нет агентств. Предполагаю, это сильно затрудняет реализацию как имеющихся, так и перспективных продуктов. Как это исправить?

— Действительно, на рынке выездного туризма сформировалось очень большое и развитое сообщество туристических компаний, которые и развивают этот рынок. Их сотни. Вы посмотрите на рекламу: страны, города, курорты не продвигают себя, даже операторы за редким исключением этим не занимаются. Вся реклама исходит от агентств. А агентов, активно работающих в сфере внутреннего туризма, в Екатеринбурге не больше десятка. Мы активно работаем с компаниями, ориентированными на выездной туризм, чтобы привлечь их к продаже внутреннего продукта. Не буду раскрывать деталей, но несколько предварительных договоренностей уже есть. 

— Многие потенциально интересные объекты находятся довольно далеко от Екатеринбурга. Не видите в этом угрозы?

— Поэтому мы и ориентируемся на создание комплексного туристического продукта. Если человек приехал, посмотрел и уехал, то 30 — 50 км в одну сторону — это максимальное расстояние, которое большинство из нас готово преодолеть. Если же вы посещаете несколько объектов, находитесь на свежем воздухе, можете сами в чем-то поучаствовать (например, поработать на гончарном круге или поискать золото, как в Невьянске), покушать, переночевать, то вас устроит гораздо большее расстояние. Раньше существовала идея создать так называемое «Серебряное кольцо» протяженностью 800 — 900 км. На участке в 200 км там не было ничего, никаких объектов, поэтому от этой идеи мы отказались. Разрабатывая маршруты выходного дня, сейчас мы ориентируемся на то, чтобы через каждые 30 — 50 км турист мог увидеть что-то новое.

— А заинтересует ли все это тех же иностранных туристов? 

— У нас можно искать изумруды и аметисты, мыть золото, гулять по действующей шахте в Березовском. А еще подняться на наклонную башню, коих в мире единицы, добраться по узкоколейке до таких мест, которые, пока не увидишь, и представить сложно. Прорабатывается возможность посещения танкового музея и цехов Уралвагонзавода. Думаю, комплекс интересных продуктов, особенно в сфере приключенческого туризма, заинтересует иностранцев. Но их привлечением мы плотно займемся после подготовки инфраструктуры, примерно через три года.