Об опыте реструктуризации поселений КУБа

Глеб Жога
3 марта 2014, 00:00
  Урал

Выдержка из статьи «Долгосрочные последствия реструктуризации экономики муниципальных районов угледобывающего профиля (на примере территорий Кизеловского угольного бассейна)»// Тургель И.Д., Курицева Ю.Е., Научный вестник Национального горного университета, № 3 за 2013.

Период анализа включает 2000 — 2011 годы. В этот период были завершены основные мероприятия правительства РФ по реализации мер поддержки угледобывающих территорий. Обобщая результаты этого анализа, можно говорить о провале программы реструктуризации для тех муниципальных районов, где экономика в наибольшей степени была зависима от угледобычи. В отношении районов, где диверсификация экономики была выше, относительная устойчивость объясняется не позитивным эффектом реализуемой государственной программы, а скорее более высоким потенциалом адаптации и саморазвития.

[…] Можно выделить следующие наиболее важные причины провала программы реструктуризации КУБа.

1. Чрезвычайно короткий по историческим меркам период реструктуризации. Основные мероприятия проведены в период 1998 — 2007 годов. Непосредственно на территории КУБа шахты закрылись за два-три года. По отдельным направлениям поддержки местного развития предполагалось сохранить финансирование до 2010 года. Столь короткие сроки не могли не спровоцировать рост волюнтаризма и низкое качество обоснования принимаемых управленческих решений. Для сравнения, в Великобритании и Германии, где активная реструктуризация началась соответственно в начале и в конце 60-х годов прошлого века, до сих пор действуют специализированные программы поддержки бывших угледобывающих территорий.

2. Неоднозначность решения о полной остановке угледобычи. Уровень рентабельности производства зависит не только от уровня издержек, но и от уровня цен и может существенно изменяться в долгосрочном аспекте. Примечательно, что непосредственно перед закрытием, в 1996 году, КУБ продемонстрировал рост добычи угля, проведено обновление шахтного оборудования. На территории бассейна остаются существенные прогнозные запасы угля. В регионе сохраняется потребность в углях, используемых для энергетических нужд на местном уровне. Сегодня изменение валютных курсов, общемировые изменения в структуре потребления топливно-энергетических ресурсов, внедрение новых технологий резко повысили уровень рентабельности угледобычи. В силу этого полная ликвидация отрасли не может считаться оправданной.

3. Отсутствие в планах реструктуризации комплекса мероприятий по формированию новых специализированных функций в городах-центрах муниципальных районов. Чрезмерно оптимистический прогноз о возможностях малого бизнеса по выполнению градообразующих функций на практике не оправдался. Ликвидация ключевых предприятий градообразующего комплекса обусловила сжатие внутреннего локального рынка и сокращение платежеспособного спроса, что сделало невозможным развитие малого бизнеса на основе кооперации с крупными предприятиями и с опорой на внутреннего потребителя.

4. Нерациональное распределение выделенных средств, с точки зрения как содержательных, так и территориальных приоритетов. Наибольший объем средств, выделенных на поддержку местного развития, был потрачен именно на финансирование переселения. Так, в целом по Пермскому краю на содействие переселению граждан было направлено 69,6% от общего объема выделенных средств. При этом денежный эквивалент стоимости одного жилищного сертификата, выделенного на семью, составил в среднем 300 650 рублей, а средняя стоимость одного нового рабочего места, созданного по программе местного развития, колебалась от 50 180 рублей в Чусовом до 145 384 рублей в Губахинском муниципальном районе.

5. Пренебрежение интересами местных сообществ, отсутствие попыток выделения локальных акторов, способных генерировать и реализовывать проекты местного развития. Попытка «залить деньгами» социальные и экономические проблемы стагнирующего региона изначально была обречена на провал. Негативное влияние массированных федеральных вложений, проводимых без учета конкурентных возможностей территории и потенциала местного сообщества, был подробно описан в работах Дж. Джейкобс (1961), М. Портера (1995). В Советском Союзе уже был опыт не вполне удачной с точки зрения социальных последствий реструктуризации угледобывающих территорий Московского угольного бассейна в 50 — 60-е годы прошлого века. О том, что средства выделялись без учета потребностей и специфики развития территории свидетельствует и низкий показатель сохранения созданных рабочих мест. Так, по КУБу на 01.07.2008 из общего числа рабочих мест, созданных в рамках программ местного развития, сохранился 31% рабочих мест, в том числе по Кизеловскому муниципальному району — 8,7%.

Наряду с вышеназванными организационно-экономическими причинами, безусловно, очень серьезную роль в провале мероприятий по реструктуризации КУБа сыграл и коррупционный фактор. И хотя мы вряд ли сможем точно когда-то оценить вклад этой составляющей, но, например, по оценкам, приводимым известным российским географом А.И. Трейвишем, нецелевым образом было использовано 3/4 средств, выделенных «Кизелуглю» на проведение реструктуризации.