Поменяй отношение

Ирина Перечнева
6 октября 2014, 00:00
  Урал

Негосударственные пенсионные фонды смирились с тем, что они не получат накопительные счета новых клиентов, и готовятся развивать программы добровольного пенсионного страхования. Но чтобы экономика получила от этого эффект, чиновникам следует продемонстрировать к индустрии доверие

Фото: Елена Елисеева

Проект бюджета на 2015 — 2017 годы сформирован, однако судьба накопительной части пенсии (НЧП) не определена. В начале сентября Минфин выступил с очередной законодательной инициативной относительно ее будущего, подготовив проект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обязательного пенсионного страхования». Информационные агентства расценили проект как попытку спасти накопительную часть пенсии — с такими заголовками в этот день вышли новости. Между тем участники рынка, собравшиеся в редакции журнала «Эксперт-Урал», придерживаются иной версии: это, скорее всего, желание узаконить изъятие накопительной части.

Как известно, в этом году негосударственные пенсионные фонды (НПФ), которым владельцы НЧП решили передать ее, эти средства не получили: по инициативе министерства труда деньги ушли в ПФР для исполнения текущих обязательств. Считается, что это позволит снизить дефицит ПФР с 400 до 211 млрд рублей. Министерство труда сначала настаивало на распространении моратория на 2015 год, а затем выступило с инициативой вовсе отменить накопительный компонент. Окончательного решения нет, и это тоже проблема, поскольку у чиновников возникли процедурные пробуксовки с согласованием бюджета на ближайшие три года. Предлагаемый законопроект в этой ситуации — не что иное, как формализация изъятия пенсионных накоплений. «Следующий бюджетный процесс начнется в мае будущего года, до этого срока никаких дискуссий о том, нужна ли накопительная часть пенсии в глобальном плане, не будет», — убежден генеральный директор ОАО «Объединенный пенсионный администратор», член совета НАПФ Алексей Гончаров.

Объем пенсионных накоплений в частной индустрии оценивается в 980 млрд рублей, более 21 миллиона застрахованных выбрали НПФ для формирования накопительной части будущей пенсии. До ее замораживания привлечение новых вкладчиков было одной из основных задач НПФ. Сегодня даже дискуссия о целесообразности сворачивания пенсионной реформы поставлена в разряд бесперспективных: рынок смирился с тем, что новых средств он не получит. «Мы уже воспринимаем заморозку как данность», — говорит директор дирекции по Уральскому федеральному округу «КИТ Финанс Пенсионный администратор» Артем Зарубин.

Это заставляет НПФ переформулировать задачи. К тому же подталкивают и новации регулятора: до конца года фондам предстоит сменить организационно-правовую форму и определиться с дальнейшей стратегией.

Прозрачные и исчезающие

Как известно, год назад Банк России получил функции надзора над всеми финансовыми рынками, в том числе и НПФ. Одним из первых шагов ЦБ в этом направлении стали меры к повышению надежности и усилению прозрачности пенсионной системы. НПФ, работающие в системе обязательного пенсионного страхования (ОПС), должны провести процедуру преобразования из некоммерческих организаций в акционерные общества до конца 2015 года, фонды, работающие с добровольными программами, — до 2019 года. Затем Банк России проверит их отчетность и начнет допускать к системе гарантирования пенсионных накоплений. На данный момент половина фондов уже начали преобразования в акционерные общества, а некоторые даже завершили процесс. По словам директора по корпоративным рейтингам «Эксперт РА» Павла Митрофанова, основными критериями оценки надежности НПФ при вступлении в систему гарантирования станут объем и достаточность капитала будущего акционерного пенсионного фонда. Как следует из проекта положения об оценке соответствия деятельности НПФ требованиям к участию в системе гарантирования прав застрахованных лиц, минимальный требуемый объем капитала фонда (сейчас — достаточность имущества для осуществления уставной деятельности, ИОУД) вырастет как минимум до 130 млн рублей, что на 30% больше текущего норматива. И это основной вызов для НПФ, считает Павел Митрофанов:

 — Пенсионные накопления достигли триллиона рублей, а количество НПФ с 2012 года снизилось в два раза, при этом достаточность фондов, специализирующихся на ОПС, вдвое ниже, чем в целом на рынке ОПС. Это печально, потому что, закладываясь под рост рынка и привлекая огромное количество клиентов, система в целом не создавала адекватного обеспечения по возникающим обязательствам.

В результате часть фондов, собственники которых не смогут найти средства для наращивания капитала, может уйти с рынка. Вместе с тем есть предпосылки и для обратной тенденции — количественного роста игроков. Законодатель разрешил владельцам вывести в отдельную структуру фонды, работающие только с ОПС. В результате некоторые крупные корпоративные НПФ, не желая раскрывать конечных бенефициаров, будут создавать две организации.

Регулятора, безусловно, заинтересуют качество активов, которые наполняют капитал, и направления инвестирования. Как известно, Банку России не нравится политика выстраивания отношений между связанными сторонами, когда финансовая структура обеспечивает средствами собственников. ЦБ давно борется с этим в банковской системе, и есть все основания полагать, что тактика будет перенесена на пенсионную индустрию. Между тем бизнес многих НПФ, особенно корпоративных, строился с сильной ориентацией на интересы акционеров. «Мы считаем, что ЦБ будет обращать на это пристальное внимание, и фондам придется перестраивать политику», — говорит Павел Митрофанов.

Таким образом, в системе сегодня параллельно идут два процесса: внесение принципиальных изменений в основы деятельности НПФ, призванные повысить прозрачность и надежность фондов, и реформа пенсионной системы, которая, по одному из сценариев, планомерно движется к отмене накопительного компонента как такового. НПФ сегодня исполняют требования мегарегулятора, продолжая работать в тех реалиях, которые есть, подводит итог Артем Зарубин.

Добровольцы

В условиях, когда фонды уже не смогут рассчитывать на средства новых клиентов в виде накопительной части пенсии, индустрия ищет точки роста за счет расширения возможностей программ добровольного страхования. По мнению Алексея Гончарова, есть как минимум две модели.

Первая — НПО в части досрочных пенсионных выплат работникам, имеющим особые условия труда. Этот проект разработан и находится на согласовании в Минфине, Минтруде и Минэкономразвития. Общая идея — сформировать самостоятельный источник финансирования досрочных пенсий (ДНПО) за счет средств работодателя, работника и государства. Сейчас численность работников с особыми условиямитруда составляет 3,5 миллиона, ежегодные расходы ПФР на выплаты досрочных трудовых пенсий — 360 млрд рублей. По расчетам НАПФ, внедрение системы ДНПО позволит снизить расходы государства до70 млрд рублей в 2015 году и до 270 млрд рублей к 2020 году.

— Законопроект предполагает введение системы ДНПО в два этапа, — рассказывает Алексей Гончаров. — Первый вступает в силу с 2015 года. Предполагается, что работодатели создают систему ДНПО для лиц, которые полностью выработали трудовой стаж для назначения пенсии. В этом случае работодатель освобождается от уплаты дополнительных взносов за них в ПФР. Второй участник системы — сам работник, который делает в программы ДНПО отчисления на добровольной основе. Третий — государство, которое вместе с работником финансирует его пенсию в пропорции 1 к 1. Таким образом, люди, которые уже выработали свой стаж, по собственному желанию и согласию работодателя уходят в негосударственные корпоративные пенсионные системы. Это значит, в перспективе у фондов появляется достаточно обширный вид деятельности, так как у многих промышленных предприятий до двух третей персонала заняты на рабочих местах с вредными условиями труда. Второй этап мы предлагаем реализовать с 2016 года. Участниками программ здесь должны стать уже все лица, работающие в особых условиях. Такие корпоративные системы также создаются с участием работодателя, работника и государства, но государство при этом до выработки полного стажа софинансирует взносы работников в пропорции 4 к 1. В результате пенсионная система получает новый вид деятельности, компания — эффект за счет снижения затрат через более низкие тарифы взносов, работник — ощутимое повышение пенсии. Государство при этом сокращает затраты на выплаты досрочных пенсий и передает работодателю ответственность за них в рамках коллективных договоров.

Еще одно направление, на которое сейчас стоит обратить внимание фондам, — корпоративные пенсионные программы.В условиях даже падающей экономики конкуренция за квалифицированные кадры растет. Введение корпоративных пенсионных программ позволит сделать эти программы привлекательными для отдельных категорий работников и при отсутствии налоговых льгот.

Имиджевая атака

Модели, безусловно, правильные, и рынку не остается ничего другого, как заниматься их продвижением. Однако они будут работать только при одном условии — наличии доверия граждан. А для этого государство должно изменить отношение к пенсионномурынку. Взявшись за реформу пенсионной системы в 2002 году, чиновники несколько раз меняли концепцию и подходы. Это сильно дестабилизировало систему, однако индустрия не только выжила, но и смогла развиваться. Если правительство окончательно решило убить накопительный компонент, а судя по всему, это так, нужно извлечь максимум из накопленного фондами потенциала.

Когда социальный блок правительства настаивал на «заморозке» накопительной части, он убеждал президента страны в том, что фонды не справляются со своей задачей управления и не обеспечивают высокий уровень доходности, именно поэтому НЧП стоит передать в бюджет. Но это неверно, возражает Артем Зарубин:

— В трактовке социального блока правительства доходность НПФ ниже инфляции, а по данным самих фондов и НАПФ — выше. Фондам также вменяется в вину, что накопительные пенсии, которые сегодня выплачиваются, ниже страховой части и именно поэтому в них нет никакой необходимости. При этом упускается из виду, что те, кто сегодня получает накопительную пенсию, просто не успели сформировать на своих счетах значимые накопления ввиду молодости самой накопительной системы. В дальнейшем средний размер накопительной пенсии ежегодно будет расти, но этого аргумента власти не слышат.

Главная заслуга индустрии в том, что она смогла сформировать интерес населения к будущей пенсии, показала, как именно этот механизм работает.

— За 20 лет негосударственного пенсионного обеспечения люди научились как минимум задумываться о будущей пенсии. Сейчас не так трудно убедить человека, чтобы он занимался накоплениями, как это было раньше, — подтверждает вице-президент НПФ «Уралоборонзаводский» Михаил Федотов.

Если государство нацелено совсем ликвидировать накопительный компонент, ему так или иначе придется создавать уровень пенсионной программы, связанный с самостоятельным формированием хотя бы части пенсии. В противном случае придется брать на себя абсолютно все обязательства. Поэтому именно сейчас следует поменять риторику: не принижать, а наоборот, укреплять имидж и репутацию пенсионной индустрии, чтобы вовлекать граждан в этот процесс. Это редкий случай, когда от государства требуется поддержка только словом.