Подо льдом

Жизнь банковской системы будет определяться давлением внешних факторов, неоднозначной политикой регулятора и внутренними диспропорциями. Рынок кредитования войдет в стадию длительной заморозки. Лучшая стратегия для региональных банков на этот период — работа над собой

Фото: ТАСС / Fotoimedia

Макроэкономический фон для банковского сектора в начале 2015 года сложно назвать приятными, уже мало кто не характеризует ситуацию как кризисную.И дальнейшие сценарии банковскому сообществу приходится рисовать на основе не самых благоприятных прогнозов. За последние четыре месяца министерство экономического развития три раза пересматривало макропрогноз, начав с роста ВВП на 1,2% в 2015 году и закончив возможным его падением на 3%.

— Примерная глубина спада в этом году оценивается в 3 — 4% ВВП, налицо контуры нового кризиса, связанные с ударом по реальным доходам населения, их падение будет более сильным, чем в кризис 2009 года. Тогда антикризисные меры государства были в значительной степени сконцентрированы на поддержке доходов, что позволило не допустить их большого провала. Сейчас Минэк ожидает снижения реальных зарплат в 5 — 10%, мы же считаем, что падение будет сопоставимо с кризисом 1998 года и войдет в диапазон 15 — 20%. Спад инвестиций будет находиться в пределах 10 — 15%, по силе провала это аналогично 2009 году, — прогнозирует заместитель главного редактора журнала «Эксперт» Александр Ивантер.

Живая и мертвая вода

С одной стороны, по количественным параметрам банковская система подошла к этому кризису зрелой. По расчетам исполнительного директора — главного аналитика Сбербанка Михаила Матовникова, с 2010 по 2014 год банки России показали самый высокий в сравнении с другими отраслями прирост добавленной стоимости (154%). Для сравнения: за это же время прирост обрабатывающих секторов составил 123%, добычи полезных ископаемых — 112%, строительного сектора — 107%. Банки стали важнейшим фактором роста экономики, на длительном периоде поддерживая его за счет потребительского спроса.

С другой стороны, банковская система накопила немало диспропорций, которые в слиянии с внешними факторами самым негативным образом проявились в кризис. Это напрямую отразилось на реализации основной функции сектора — кредитовании экономики.

В первую очередь пострадала ресурсная база. Тут, безусловно, сказались санкции, в результате которых компании лишились доступа к западным рынкам, а банки получили мощный отток средств клиентов. Кроме того, резко подорожали кредиты ЦБ. Банки стали заложниками построенной за последние годы системы рефинансирования, при которой их зависимость от ресурсов регулятора оказалась слишком высока. На начало февраля задолженность перед ЦБ составляла около 8 трлн рублей, или 10% от пассивов, тогда как еще в 2010 году эта доля не превышала 1,1%. Поскольку стоимость денег ЦБ привязана к ключевой ставке, сразу после ее поднятия 16 декабря процентные расходы банков резко пошли вверх. В качестве антикризисной меры ЦБ увеличил срочность ресурсов, но это уже не спасло.

ЦБ помогал банкам через расширение инструментов рефинансирования и в прежние кризисы. Но тогда банки смогли быстро рассчитаться с регулятором средствами вкладчиков. Теперь этот источник не удалось использовать в полной мере. В течение 2014 года банки постоянно упирались в административные ограничения ЦБ, который установил предельные ставки по вкладам. На фоне роста инфляции и курса доллара население отвернулось от банковской системы, не желая хранить сбережения на непривлекательных условиях. Резкое повышение ключевой ставки в декабре развязало руки банкирам, но им пришлось привлекать деньги очень дорого, а главное — на короткий срок. Учитывая, что деньги ЦБ тоже краткосрочные, длинных ресурсов в системе практически не осталось.

Все это сопровождалось существенным оттоком ресурсов. Банковская система в прошлом году недосчиталась вкладов населения на сумму более 2 трлн рублей. Здесь сработало много факторов: это и кампания по отзыву лицензий, породившая недоверие к мелким банкам, и слухи о запрете хождения доллара, и резкая девальвация рубля, что спровоцировало граждан переводить накопления в недвижимость и товары. Безусловно, существенным был и отток наличной валюты за границу. По расчетам Михаила Матовникова, только через банковские переводы в 2014 году ушло на10 млрд долларов больше, чем в 2013 году. Не имея других источников, банки все больше занимали у ЦБ, для того чтобы просто рассчитываться с кредиторами и продолжать кредитование.

На горизонте — зомби

Второй фактор, который «тормознул» активно кредитующих банкиров, — снижение достаточности капитала из-за девальвации рубля:в декабре — январе убыток банков по этой причине составил 3% от капитала. Банк России предпринял оперативные действия, дав банкам послабления в части расчета норматива. Это поддержало систему в целом, но в долгосрочной перспективе создало предпосылки для появления банков-зомби. Имевшие и без того проб­лемы с капиталом банки на этом фоне еще ухудшили показатели, многие уже фактически утратили капитал, но продолжают существование по простой причине: Банк России не решается начать отзыв лицензий из-за большого размера баланса и задолженности по кредитам перед самим ЦБ. «ЦБ должен активно санировать банки с признаками проблемности, нельзя допускать ситуацию, когда будут скрываться серьезные недостатки за счет применения временных льгот по нормативам», — предостерегает Михаил Матовников. Главная опасность в том, что такие игроки могут развернуть процентные войны за средства вкладчиков в попытках закрыть возможные дыры в балансах, а это сейчас для банковской системы крайне нежелательно.

Серьезность вопроса снижения нормативов достаточности капитала крупный бизнес сумел донести до властей. Правительство, как известно, утвердило антикризисный план на 2,3 трлн рублей, по которому две трети ресурсов предполагается направить именно на увеличение капитала банков. Несмотря на вроде бы большой объем поддержки (1,5 трлн рублей, включая средства ВЭБ и ФНБ), эффективность программы вызывает много вопросов. «Клиенты часто говорят: вы же получили дополнительный капитал, почему не кредитуете? Приходится объяснять: баланс группы ВТБ примерно 10 трлн рублей, если мы получим в капитал даже 300 миллионов, это всего 3%. На ситуацию с кредитованием такая помощь сильно не повлияет», — говорил нам в недавнем интервью член правления ВТБ Чаба Зентаи.

Кроме того, банкиров ограничивают жесткие условия использования поддержки. Если с необходимостью принудительного наращивания кредитования они еще готовы смириться, то требование неповышения заработной платы сотрудников, которое прописано в условиях, вызывает много вопросов. «Этот шаг целесообразно применять к топ-менеджерам. Но как банки будут удерживать ключевых специалистов, я не знаю. У тех банков, которые не получили деньги на докапитализацию, появится шанс увести лучшихспециалистов у конкурентов, на рынке начнется кадровая война за головы», — делится опасениями один из банковских менеджеров. Не удивительно, что многие банки, которые по всем критериям устроили правительство, сейчас всерьез подумают об отказе от использования инструментов докапитализации.

Цепи кованые

Безусловно, на снижении кредитования сказался и фактор спроса. Когда деньги резко подорожали, клиенты сильно задумались, а стоит ли продолжать реализацию проектов, многие сделки и переговоры были приостановлены. «Если вчера предприниматели планировали инвестировать в покупку станка10 млн рублей, сегодня им надо уже 20. Эта разница приведет к удорожанию конечного продукта, да и сроки окупаемости проектов удлинятся», — аргументирует заместитель генерального директора Челиндбанка Станислав Андрющенко. Вместе с тем, по его мнению, не стоит переоценивать влияние роста ключевой ставки в части спроса на оборотные средства: высокая инфляция позволяет бизнесу переваривать текущую стоимость. Для предприятий, имеющих быструю оборачиваемость, в частности торговли, повышение стоимости кредита не критично. По оценкам Станислава Андрющенко, на оборотные средства приходится не более 2% их себестоимости, поэтому они с этой нагрузкой справляются.

Формальная просроченная задолженность кредитов юридических лиц составляет сегодня 5,8% в рублях и 1,5% в валюте. Это допустимо, так как пока банки идут на реструктуризацию уже выданных кредитов. Вероятно, проблемы в сегменте возникнут, когда возможностей для этого уже не будет.

Сложнее ситуация в розничном секторе. За пять лет бурного и стремительного роста розничного кредитования на рынке появилась группа банков с довольно рискованной бизнес-моделью. По расчетам Михаила Матовникова, 15% всех вкладов страны было привлечено 30 банками, специализирующимися на потребительском кредитовании. В случае возникновения проблем хотя бы у одного из них последствия для системы могут быть серьезны.

Между тем такими темпами, как раньше, наращивать портфели уже невозможно, а значит, просрочка пойдет вверх: она уже приблизилась к уровню 2010 года (25,9% в рублях и 6% в валюте). На фоне падения доходов населения и роста цен на потребительские товары домохозяйства будут все хуже обслуживать долги. По расчетам директора по маркетингу Национального бюро кредитных историй Алексея Волкова, средняя долговая нагрузка по всем заемщикам составляет сейчас 26%. «То есть столько российский заемщик отдает кредиторам. У заемщиков с небольшим доходом этот показатель еще выше. Если у граждан вырастут затраты на прожиточный минимум, им не остается средств для выплаты по кредитам. И в зоне риска оказываются малообеспеченные заемщики. Повышение эффективности работы с существующим портфелем будет основной задачей банков в 2015 году», — считает Алексей Волков.

Ноль и отрицательно

Прогнозы на этот год, понятно, неутешительные, а главное — неопределенные: давать точные оценки роста отдельных сегментов не берется никто. Слишком много непросчитываемых рисков, прежде всего связанных с возможностью введения новых секторальных санкций в отношении России. Очевидно, банки входят в стадию кредитной заморозки, наподобие той, что мы наблюдали в 2009 году. «Платежеспособность предприятий находится под давлением, в результате банки ужесточают кредитную политику. В 2015 — 2016 годах сегмент ожидает нулевой или даже отрицательный прирост портфеля, увеличение доли реструктурированных продуктов», — полагает президент УБРиР Антон Соловьев. Поддержу оборотными средствами, скорее всего, получат клиенты, имеющие шансы воспользоваться последствиями девальвации (торговля, экспортеры), а также инвестиционные проекты, завязанные на выпуск импортных аналогов. За них даже может развернуться борьба: имевшие до кризиса неоспоримое преимущество госбанки после повышения ключевой ставки по условиям кредитования где-то уравнялись с частными. Как показала наша дискуссия, региональные банки, не имеющие процентных рисков и больших проблем с капитализацией, уже пытаются использовать этот шанс, активизируя работу в сегменте малого бизнеса.

Сектор розницы, безусловно, тоже просядет. Банки будут кредитовать в основном понятных клиентов: лояльных и по зарплатным проектам, хотя и не так охотно, как предполагалось (прогноз на этот год — около 900 млрд рублей). Упадут объемы ипотеки: как известно, правительство утвердило программу субсидирования ставки по кредитам на покупку жилья, что может поддержать рынок. Спрос на кредиты сам по себе будет меньше в силу падения доходов населения, а вот сберегательная активность граждан, есть надежда, возрастет: в кризис население, как правило, отказывается от части чрезмерного потребления, и предпочитает сохранять сбережения. Поэтому часть этих ресурсов банки рассчитывают вернуть на вклады.

Ключевой составляющей стратегий на этот год большинство менеджеров называют эффективность: предстоит сокращение явно нерентабельных офисов, оптимизация бизнес-процессов, изменение политики мотивации персонала. Банки будут заниматься преимущественно реструктуризацией портфелей компаний, которые им банкротить невыгодно, оттачивать технологии по предупреждению просроченной задолженности и повышать качество риск-процедур. Как показал уже не один кризис, банковская система в отличие от других отраслей в состоянии провести определенное время в таком режиме. Плохо, что в сложный период она оказалась не в состоянии оказать поддержку реальной экономике: выбираться из ямы каждый будет самостоятельно.