В рамках прогноза

Ирина Перечнева
16 сентября 2019, 00:00
  Урал

В центре внимания Уральского управления Банка России — динамика потребительских цен, темпы регионального ВРП и инструменты управления немонетарными факторами инфляции

«Казалось бы, инфляция — страновое явление. Однако между регионами может существовать значительная разница в темпах роста цен. На региональном уровне мы анализируем весь комплекс экономических показателей, смотрим, насколько они соответствуют общероссийским тенденциям и как мы во взаимодействии с органами власти можем на них повлиять»

6 сентября Банк России снизил ключевую ставку с 7,25% до 7% годовых. Регулятор снижает ставку уже третий раз в этом году — сейчас это минимальное значение индикатора за последние пять лет. На какие аргументы опирается ЦБ, рассматривая значение ставки, мы спросили руководителя Уральского ГУ Банка России Рустэма Марданова.

Индекс удержали овощи 

— Один из главных аргументов при принятии регулятором решения по ключевой ставке — динамика потребительских цен. Что показывает последняя статистика по территории Уральского региона? 

— Ситуация развивается в соответствии с нашим прогнозом. С начала этого года мы учитывали в базовом сценарии снижение годового индекса потребительских цен, и сейчас на Урале инфляция не отклоняется от предусмотренных в прогнозе тенденций. 

Годовая инфляция в РФ и на Урале в целом в августе замедлилась на 0,3 п.п. и составила 4%. Снижение цен в этом месяце оказалось более существенным, чем в августе прошлого года: например, в Свердловской области — 0,2%, в Республике Башкортостан и Тюменской области — 0,4%. Наибольшее влияние оказали подешевевшие овощи: картофель, свекла, морковь.  

Еще один акцент нашего внимания — цены на бензин. Они стабильны и держатся в среднем по Уралу на уровне около 41,6 рубля за АИ-92 и 44,9 рубля за АИ-95. Без учета этих групп товаров инфляция тоже сокращается — базовая инфляция в целом по Уралу в августе снизилась до 4%.

— Кроме инфляции, совет директоров принимает во внимание темпы экономического роста. Как можно охарактеризовать экономическую ситуацию на территории Уральского региона? 

— В целом, по нашим оценкам, по итогам 2019 года темпы прироста суммарного ВРП субъектов федерации Урала, скорее всего, будут выше среднероссийских, однако в основном за счет Тюменской области и реализуемых там проектов в нефтегазовой сфере. Но прогнозировавшиеся на этот год темпы роста экономики регионов Урала достигнуты не будут.

Как известно, в сфере промпроизводства в январе — июле 2019 года в целом по стране рост составил 2,6%, среди уральских регионов этот показатель выше в республике Башкортостан (+4,5%) и в ЯНАО (+22,4%), причем сформирован он в основном предприятиями по добыче полезных ископаемых. Статистика зафиксировала также довольно высокую динамику промышленного выпуска в Курганской области (+4,2%), однако в этом регионе выпуск промпредприятий сильно колеблется, и во втором квартале в основном действовал эффект низкой базы. В первом полугодии темпы роста промпроизводства снизились во многом в результате сокращения объема совокупного спроса в стране и за рубежом, вызвавшего замедление роста экспорта. В дальнейшем, по мере реализации мероприятий в рамках национальных проектов, динамика промпроизводства и инвестиций в основной капитал должна улучшиться. Пока, по последним данным, объемы инвестиций в основной капитал по регионам Урала в первом полугодии 2019 года оказались на 0,3% ниже, чем в аналогичном периоде 2018-го.

Сокращение объемов строительных работ по всем территориям Урала связано как с эффектом высокой базы прошлого года, вызванным завершением инвестиционного цикла по ряду крупных федеральных проектов, так и с общим замедлением инвестиционной активности. Кроме того, в сегменте жилищного строительства многие компании постарались создать определенный задел в преддверии реформы системы финансирования проектов за счет средств дольщиков, чтобы иметь возможность достраивать объекты по старым правилам. По этим причинам с января 2019 года ежемесячный объем строительных работ на Урале в среднем меньше прошлогодних значений на 20% и более. 

Статистика занятости, казалось бы, свидетельствует о том, что экономика близка к потенциально возможным темпам роста: оценки уровня безработицы находятся на рекордно низких за последние три-четыре года уровнях, по Уралу это 4,5 — 5%. Однако такая динамика имеет место в условиях сокращающейся численности занятого в экономике населения. Мы полагаем, что потенциал экономики все-таки выше: тенденции в области экономического развития на Урале хуже утвержденных прогнозов практически во всех регионах. 

Слабый спрос в экономике не позволяет экономическим субъектам сильно повышать цены, что и отражается в снижении инфляции. Не способствует росту экономики и динамика доходов населения: темпы роста номинальных заработных плат близки к уровню инфляции, а реальные денежные доходы населения, по данным Росстата, не растут. В этих условиях источниками финансирования умеренного роста объемов потребления является лишь потребительское кредитование и расходование текущих сбережений граждан.

Логика экономики 

— И это обстоятельство является предметом широкой дискуссии: экономический блок правительства обеспокоен формированием пузыря в сегменте потребительского кредитования. Риск действительно есть? 

— В последние месяцы годовые темпы роста необеспеченного потребительского кредитования замедлились, но остаются на достаточно высоком уровне. Для ограничения рисков Банк России применяет соответствующие меры макропруденциального характера. В частности, с 1 октября банки при предоставлении кредитов обязаны рассчитывать показатель долговой нагрузки (ПДН) заемщика. При этом для банков вводятся дополнительные требования к капиталу в зависимости от ПДН, что будет дестимулировать кредитование заемщиков с высокой долговой нагрузкой. 

— Еще одна широкая общественная дискуссионная тема — возможность ЦБ влиять на экономический рост через инструменты регулирования денежной базы. 

— Да, некоторые эксперты полагают, что если Банк России будет увеличивать денежную массу более высокими темпами, то и рост ускорится. Но в основе их выводов только статистическая зависимость. Она действительно наблюдается: высокие темпы экономического роста сопровождаются высокими темпами роста реальной денежной массы. Однако за этой статистической зависимостью стоит другая экономическая логика: сначала должны появиться предпосылки для того, чтобы предприятия и предприниматели захотели расширять деятельность и осуществлять инвестиции. И только если они возьмут кредиты на эти цели, тем самым вовлекут деньги в экономику, это отразится в росте денежной массы и сможет стимулировать экономический рост. А нам предлагается увеличить предложение денег в экономике другими способами, прежде всего через массированную покупку Банком России иностранной валюты. Между тем в условиях отсутствия у предприятий стремления увеличить объемы бизнеса предлагаемая стратегия приведет только к изменению об менного курса и увеличению инфляции. 

Более того, Банк России придерживается стратегии инфляционного таргетирования и режима плавающего валютного курса. В такой конструкции предполагается невмешательство Центрального банка в формирование тенденций изменения валютного курса на рынке, которые складываются под влиянием фундаментальных экономических факторов исходя из текущего состояния спроса и предложения. Поэтому для обеспечения экономического роста нужна внутренняя деловая активность, повышение эффективности деятельности предприятий.

Резервы есть 

— Есть ли инструменты управления инфляцией на региональном уровне?

— Казалось бы, инфляция — страновое явление. Однако все мы знаем, что между регионами может существовать значительная разница в темпах роста цен. На региональном уровне мы анализируем весь комплекс экономических показателей, смотрим, насколько они соответствуют общероссийским тенденциям и прогнозам, какие действуют факторы и как мы во взаимодействии с органами власти можем на них повлиять. 

На Урале, например, мы каждый год фиксируем в весенне-летний период определенный рост цен на плодоовощную продукцию. Это происходит из-за исчерпания запасов продукции местных производителей и соответственно поступления на прилавки более дорогого импорта. Мы считаем, эту проблему можно решить через содействие созданию современной инфраструктуры хранения. Исследования показали, что при использовании современных технологий местную плодоовощную продукцию можно поддерживать в хорошем состоянии практически до нового урожая. Поэтому мы сейчас ищем инициаторов проектов и инвесторов, которые могли бы строить оптово-распределительные центры в регионах Урала. 

Другой весомый фактор инфляции — дорожающие услуги ЖКХ. Как правило, это связано с изношенностью коммунальной инфраструктуры, и организации пытаются компенсировать затраты на их обслуживание повышением цен для потребителей в установленных законодательством пределах. По нашему мнению, необходимо реализовать проекты по модернизации ЖКХ, которые направлены на снижение затрат, уходить от практики индексации тарифов, сформированных на основании сложившихся фактических расходов поставщиков услуг в этой сфере. 

Все эти задачи можно решать через инициирование инвестиционных проектов с участием представителей заинтересованных организаций, региональных органов власти и территориальных органов федеральных служб. 

— Каков возможный сценарий направлений денежно-кредитной политики исходя из текущих индикаторов?

— Мы уже три раза в этом году снижали ставку. После нескольких лет последовательного движения к нейтральной денежнокредитной политике мы достигли верхней границы диапазона ключевой ставки, который считаем нейтральным. Если ситуация в экономике продолжит развиваться в соответствии с базовым прогнозом, Банк России допускает возможность дальнейшего снижения ключевой ставки на одном из ближайших заседаний Совета директоров.