Со всех сторон

• Семен Эпштейн

Согласно нынешним положениям статьи 29 федерального закона «О банках и банковской деятельности», кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам, комиссионное вознаграждение и сроки действия этих договоров с клиентами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом.

Сегодня, до вступления в силу поправок, банки, заключая договор с физическими и юридическими лицами, могут оговорить (и оговаривают) в договоре свое право на любые действия: резкое или многократное повышение ставок по кредиту, требования погасить кредит в значительно более короткие сроки и т. д. Безусловно, банк использует эти «финансовые парашюты» крайне редко. Но само их наличие дополнительно натягивает нервы клиентов и в конце концов представляет угрозу их финансовому положению.

Поправки же, прежде всего, делят заемщиков на две категории: первая – граждане и вторая – бизнес (к которой относятся организации и индивидуальные предприниматели). Кредитные договоры с гражданами должны упрочить положение заемщиков: банк не может даже вписать в договор возможность сократить срок его действия, увеличить размер процентов и (или) изменить порядок их определения, увеличить или установить комиссионное вознаграждение по дополнительным операциям, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (их немного).

Что же касается организаций и индивидуальных предпринимателей, то здесь кредитным организациям оставлено право предусмотреть в договоре возможность одностороннего изменения кредитором тех же его условий, которые отныне должны быть зафиксированы при подписании договора с частными заемщиками.

Тревожит же то, что эта мера вряд ли облегчит ситуацию в секторе. Удар кризиса по рядовым гражданам очевиден, но если говорить о банках, то им это нововведение вряд ли облегчит или усложнит жизнь сколь-либо значимым образом. Тем не менее, регулятор в целом не благоволит кредитным организациям. Достаточно вспомнить проект федерального закона «О внесении изменений в статью 810 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» (вопрос о досрочном возврате суммы займа, предоставленной гражданину под проценты). Этот проект участники рынка воспринимают как ущемление своих экономических интересов. И можно предположить, что банкам самим придется защищать себя, заранее поднимая ставки по кредитам, хотя здесь особо и не размахнешься.

Совместные страдания бизнеса и банков также все время на слуху. Сегодня «плохие» долги официально оцениваются на уровне 5% всех активов банковского сектора. Мы считаем, что 20% – это еще оптимистичная цифра. Реструктуризация плохой задолженности нередко протекает по типичной схеме, когда годовой кредит превращается в пятилетний, а погашение отодвигается в конец срока. Стал ли такой кредит хорошим? Для банка – нет. Для заемщика – да. Но только на ближайший период. А по большому счету эти двое остаются скованы одной порочной цепью, разорвать которую впоследствии не могут «домашние» юристы банков в силу значительного объема работы и их квалификации. Здесь можно предположить все тот же подъем ставок или расширение работы по взысканию задолженности в дальнейшем, если принятые меры по реструктуризации не помогут. И в итоге мы видим картину кредитного рынка, на которой банки, обложенные проблемами в финансовых взаимоотношениях с физлицами и юрлицами, показывают все меньше и меньше доверия. А что делать – кризис.

• Кредитоваться в банках в наступившем году бизнесу будет сложнее: ставки повышаются, порядок отбора клиентов ужесточается
• Стремление Банка России улучшить условия конкуренции между российскими и западными банками может привести к взрывному росту кредитной активности. Отечественный банковский надзор к такому развитию событий явно не готов
• Новая кредитная политика банков сказалась на возможностях фондирования лизинговых компаний