Обновления без потерь6

• Александр Попов

Красноярский форум – детище Александра Хлопонина, который в начале этого года поменял кресло губернатора Красноярского края (в котором он явно засиделся) на уникальный пост вице-премьера и полпреда президента на Северном Кавказе (засидеться на нем у него вряд ли получится). В город на Енисее Хлопонин, как и обещал, приехал. В первом ряду в зале планерных заседаний в МВДЦ «Сибирь» он сидел между спикером краевого законодательного собрания Александром Уссом и своим преемником Львом Кузнецовым, кандидатура которого в начале недели была внесена президентом на пост нового главы региона. Правда, с приветствием – очень сухим и формальным – к участникам форума обратился пока еще и.о. губернатора, красноярский премьер Эдхам Акбулатов.

Впрочем, основной тон дискуссии был задан не им, а президентом Дмитрием Медведевым. И даже не вчера в Томске, где он провел заседание комиссии по модернизации, а еще раньше, когда глава государства обозначил модернизацию главным вызовом и приоритетом для России.

Первый вице-премьер Игорь Шувалов оказался самым статусным гостем форума. Откровениями его выступление не блистало. По сути, Шувалов, после недавнего совещания в Кремле, посвященного развитию инвестиционного климата в России, назначенный чуть ли не «инвестиционным омбудсменом» и главным защитником отечественного бизнеса, с гордо поднятой головой и расправленными плечами пронес свой новый тяжкий крест. Поначалу первый вице-премьер напомнил, что два года назад именно в Красноярске тогда еще кандидат в президенты страны Дмитрий Медведев выступил с программным экономическим документом, известным как «четыре И» (институты, инновации, инфраструктура и инвестиции). По каждому из этих пунктов, кратко отчитался Шувалов, в Белом доме планомерно работают. Правда, он признал, что прорывов в любом из «И» за минувшие два года, естественно, не случилось.

Фото: Константин Ушаков

К примеру, инвестиционный имидж страны, посетовал Шувалов, нуждается в серьезной корректировке. В этом году правительство постарается сделать все возможное, чтобы его улучшить, потому что ставшее традиционным последнее место России в разных международных рейтингах, уверены в Белом доме, – это несправедливо. Улучшать имидж кабмин будет, понятное дело, в ручном режиме – объясняя конкретным инвесторам, чем привлекательны вложения в Россию и какие риски их ожидают. С инфраструктурой еще проще – из-за кризиса осуществление масштабных проектов в сфере дорожного строительства, энергетики и других системообразующих отраслей экономики стало просто невозможным. Шувалов подчеркнул, что ранее заявленные обязательства «мы выдержать не можем», а потому на первый план сегодня выходит не рост вложений в дороги и аэропорты, а, скорее, повышение эффективности тех трат, которые сохранились. Что касается инноваций, то в этой сфере вообще пока сохранилось чистое поле. Зато на его просторах возникла более широкая тема модернизации. «Модернизация – это то, чем я не обладаю, но обладают мои конкуренты, и что я могу перенять. Инновации – это то, что я или кто-то другой придумаю и аналогов чему еще ни у кого нет», – объяснил разницу в терминологии первый вице-премьер.

Но кто станет мотором этого процесса? Шувалов не был оригинален – только предприниматель (или, по его же словам, пятый элемент – еще одно «И» – интеллект). Об этом же он говорил недавно на форуме «Россия-2010», организованном инвесткомпанией «Тройка Диалог». «В нашей стране нет уважения к предпринимателю, новатору, который способен создать нечто новое. Между тем инновационное общество – это общество, которое все время потребляет новые продукты, а не ездит по двадцать лет на одной машине, пока она не развалится, и не пользуется стиральной машиной, пока она не сломается», – говорил Шувалов.

Фото: Константин Ушаков

Но, как выяснилось в ходе пленарной дискуссии, предпринимателям пока не до модернизации. По мнению управляющего директора ИК «Тройка Диалог» Андрея Шаронова, крупный бизнес ее двигателем не станет. Его задача – выжать все из того преимущества, которое он имеет за счет своего размера, сохранить свою структуру и не выпустить из рук те возможности, которые ему периодически дает государство (в виде, прежде всего, финансовой поддержки, не всегда оправданной). Малый же и средний бизнес занят выживанием – прежде всего, они существуют в вечной борьбе с государством и его контролирующей машиной. Мнение Шаронова подтвердили несколько местных предпринимателей (например, вице-президент холдинга «Сибирская губерния» Андрей Граванов, всплакнувший о том, что половину жизни бизнесмену приходится бороться за место под солнцем, после чего сил на движение вперед уже не остается), но опроверг генеральный директор крупнейшей в стране угольной компании СУЭК Владимир Рашевский. По его словам, бизнес такого размера, как возглавляемая им компания, уже давно занимается модернизацией – но локально, повышая эффективность и производительность труда и снижая различные издержки.

Другие силы – государство и общество, посетовал Шаронов, тоже не заинтересованы в модернизации. Первая сила – потому что слишком сильно бьется за сохранение социальной стабильности, не позволяя, к примеру, умереть – пусть и в агонии и порождая социальные взрывы – тем предприятиям, которые модернизировать просто невозможно (большая часть таковых, как известно, расположена в моногородах). Вторая – потому что слишком боится потерять то, что заработала праведным или неправедным трудом за последние 15 лет. Ведь модернизация чревата нестабильностью и потрясениями, люди же в массе своей таких вещей боятся, а потому и стремятся к сохранению статус-кво (даже если в этом состоянии им не совсем комфортно). Кстати, мини-опрос на тему «Готовы ли вы на личные жертвы ради модернизации», проведенный среди участников пленарной дискуссии, показал, что фанатиков в зале всего половина. Это же показывают и другие опросы, напомнил Шаронов. Например, молодежь давно считает самым интересным работодателем «Газпром», а лучшим местом для начала карьеры – школу МВД или таможенное управление. Технопарки и инновационные предприятия мало кого прельщают – там ведь надо работать, чтобы достичь успеха. Впрочем, политолог Игорь Бунин просто задал вопрос: а крестьяне при Петре Первом были заинтересованы в модернизации, хотели ли они ее? Поэтому, по его мнению, от народа запроса на перемены ждать не стоит.

Игорь Шувалов, закрывший дискуссию, отрезал, что сохранение социальной и политической стабильности в стране, даже в ущерб ее модернизации, останется основным приоритетом в деятельности правительства. «Модернизация, ведущая к потерям, в России обречена. Нам нужна такая модернизация, которая не затронет болевые пороги общества», – напомнил он. И снова запел теперь, видим, свою главную песню про бизнесменов, которые «не хуже народных артистов, художников и научных деятелей». Видимо, предпринимательство в Белом доме и видят основным «двигателем прогресса». Хотя Шувалов и оговорился, что думать о том, как стать лучше, должны все граждане страны. По словам президента Microsoft в России Николая Прянишникова, не так все плохо и во властных кругах. Например, команду чиновников администрации Красноярского края, сформированную Хлопониным, он назвал самой подходящей для проведения модернизации.

• Оборонный модерн
• Соглашение без статуса
• Главным вектором развития Казахстана на ближайшее десятилетие объявлена социально-экономическая модернизация