Ближневосточный шанс для России12

Пережить кризис нашей стране помогут нестабильность и войны в нефтедобывающих регионах

• Сергей Тихонов

Революции, бунты и теракты в крупнейших нефтедобывающих регионах взвинтили бы цены на нефть и газ до катастрофических размеров, что помогло бы экономике РФ, если бы финансовые потрясения не возникли в США и ЕС

Иллюстрация: Эксперт Online

Развитие долгового кризиса в Европе в этом году значительно ускорилось. Первыми, как всегда, отреагировали рейтинговые «лакмусовые бумажки». Международное рейтинговое агентство Standard & Poor's понизило кредитные рейтинги девяти из 17 стран еврозоны, включая Францию, Италию, Испанию и Австрию. Рейтинг Франции снизился с наивысшего уровня (AAA) на одну ступень – до АА+, с негативным прогнозом. Долговой рейтинг Италии упал до «мусорного» BBB+ с A, а Испании – до A с AA–. Всего агентство осуществило действия в отношении 16 стран еврозоны. Наивысший кредитный рейтинг ААА сохранили лишь Германия, Финляндия, Люксембург и Нидерланды.

Сообщения о снижении кредитных рейтингов появились на фоне новых тревожных известий из Греции. Там произошла настоящая «пятница, 13-е». Оказалось, что осенние договоренности лидеров ЕС с банкирами о списании половины 200-миллиардного долга исполняться не будут. Видимо, тогда факир был-таки пьян, и фокус с первым в истории капитализма прощением многомиллиардного долга в итоге не удался. В пятницу стало известно о том, что окончательные переговоры между правительством Греции и коммерческими банками о возможном списании 50% ее задолженности зашли в тупик. Эта сделка является одним из условий для получения Афинами очередного транша чрезвычайного займа от Международного валютного фонда и Европейского союза. Если эти деньги не поступят, вероятность дефолта Греции, скорее всего, достигнет заветных 100%. Это, в свою очередь, приведет не только к вполне прогнозируемому выходу Греции из еврозоны, но и к огромным убыткам крупнейших банков стран ЕС и даже последующему банкротству некоторых из них.

На данный момент в рамках второго пакета помощи убытки финкомпаний по греческим долговым облигациям составляют приблизительно 21% вложенных средств. В случае дефолта Греции банки Европы потеряют до 543 млрд долларов. Причем максимальный ущерб придется на долю французских и немецких банков, владеющих наибольшими пакетами греческих облигаций. Это потребует от властей стран-доноров ЕС – Германии и Франции – докапитализировать собственную банковскую систему и вообще переключиться на спасение своих экономик. Италии, Испании, Ирландии, Португалии, Венгрии, которые уже приближаются к преддефолтному балансу бюджетов и которые встали в очередь за финансовой помощью к своим щедрым партнерам, обращаться будет не к кому.

Еще одной крайне плохой новостью стал срыв договоренностей о помощи странам ЕС со стороны Китая, владеющего крупнейшими международными резервами и гигантских размеров ликвидностью. Лидеры Европы не пошли на условия китайцев по сокращению протекционистских мер в отношении товаров из Поднебесной, тем самым обеспечив стратегически важную конкурентоспособность своей промышленности (впрочем, другое решение было бы роковым для всей европейской экономики).

Россию в случае реализации этого мрачного сценария ждут не лучшие времена. Особенно если учитывать, что ЕС является ведущим торговым партнером РФ. Отток иностранного капитала, который мы наблюдали в последние месяцы, покажется цветочками по сравнению с инвестиционным обвалом после греческого дефолта. Предельный градус нервозности на биржевых площадках и ожидание резкого изменения ценовой конъюнктуры на сырьевых рынках приведут к обвалу фондовых индикаторов, беспрецедентному давлению на рубль и стагнации экспортно-ориентированных отраслей промышленности. Потом будет «схлопывание» рынков сбыта и дальше по цепочке… Как обычно, отечественная экономика будет спасаться замещением инвестиционной активности коммерческого сектора государством. Резервы, конечно, уже не те, что в 2008-м (почти 5,3 трлн рублей), но все же на первичную докапитализацию банковской системы (если потребуется), поддержку стратегических отраслей промышленности, а также создание дополнительных рабочих мест вполне достаточно. На 1 января 2012 года совокупный объем суверенных фондов РФ составлял более 3,7 трлн рублей (в период кризиса 2008-2009 годов была потрачена как раз примерно такая же сумма из резервного фонда на антикризисные меры). Если, конечно, цены на нефть и газ не рухнут раза в три, достигнув уровня ниже себестоимости добычи (как это было в 1991 и 1998 годах). Тогда дефицит бюджета станет критичным даже с учетом резервных возможностей Минфина (нефтегазовые доходы в 2011 году составили 43% федерального бюджета). Как недавно предупредил российский премьер Владимир Путин, «год будет тяжелым» и затянуть пояса все же придется, но остается вопрос – в какой степени.

Однако можно предположить и другой сценарий. Цены на нефть, как и на любые другие товары, формируются исходя из баланса спрос/предложение и масштабов игры на сырьевых биржах спекулятивных инвесторов. Снижение спроса в случае дальнейшего развития долговых проблем еврозоны и замедления роста в США сомнению не подвергается. И фундаментальные факторы формирования ценовой конъюнктуры будут играть на понижение. Однако есть еще и спекулятивный элемент, который уже многократно доказал свое значительное влияние. А также объем предложения на рынке, который также может подвергнуться сокращению. Если США удастся реализовать программу санкций в отношении Ирана – нефть и газ, добываемые в этой арабской стране (а это более 4% мировой добычи), перестанут поступать на мировой рынок, то это уже компенсирует примерно 30-40 долларов в котировках «черного золота» (практика показала, что изъятие каждого 1% предложения приводит к росту цены на 8-10 долларов).

Добывающая промышленность Ирака до сих пор не может выбраться из 40-процентного уровня загрузки, поскольку там идет гражданская война и ежедневно происходят теракты против нефтяной инфраструктуры. Что будет, когда оттуда окончательно уйдут американские войска и иракское правительство останется один на один с целой армией радикальных исламистов? Ливия также ввиду внутриполитических факторов еще долго будет не способна наращивать добычу (сейчас ее экспорт находится на уровне 34% от довоенного уровня). То же самое касается и целого ряда других стран-поставщиков энергоносителей на мировой рынок – Египта, Сирии, Мьянмы, Филиппин, Судана. Везде происходят дестабилизация общества и обострение вооруженных конфликтов. Я уж не говорю, как взлетят цены, если произойдет дальнейшая эскалация напряженности между Ираном и США и действительно будет перекрыт Ормузский пролив, а НАТО начнет военную операцию по решению иранской ядерной проблемы. Надо отметить, что таким образом американцы срубят сук, на котором сидят, потому что слишком высоких цен на нефть экономика США не выдержит.

Сегодня сложилась наиболее неблагоприятная ситуация для рынка нефти, когда в крупнейших нефтедобывающих регионах происходят революции, бунты, теракты, войны. Такого стечения «повышающих» обстоятельств не наблюдалось со времен Ирано-Иракской войны 70-х годов. Если бы не ожидания глобальных финансовых потрясений и замедление роста в США и ЕС, цены на нефть и газ выросли бы до катастрофических размеров. Исходя из формулы рисков, предложенной Международным институтом нефти и газа (Германия), не менее 180 долларов за баррель. Прогнозировать обвал нефтяных цен в среднесрочной перспективе было бы преждевременным. Даже учитывая наступление дефолта Греции и частичный распад еврозоны. Геополитическая обстановка в регионах добычи не даст возможности рынку слишком охладиться – одни испуганные трейдеры (напуганные кризисом) будут противостоять другим не менее испуганным, но уже другим – взрывом очередного нефтепровода, блокированием пролива или военными действиями в какой-нибудь арабской стране.

• Богатые французы пакуют чемоданы и готовятся бежать за границу от налога на богатство
• На пороге катастрофы
• Провал христианских демократов на выборах в Северном Рейне-Вестфалии может стать критическим ударом по правительству Ангелы Меркель. Единственная надежда немецких консерваторов — легендарная властная хватка канцлера Меркель