Технологии
Москва, 10.12.2016


Чем ответит Россия на военно-морское доминирование США

«Expert Online» 2014

Российские военные корабли возвращаются на океанские просторы. Поэтому для них вновь создается система зарубежных военно-морских баз

В Латинской Америке могут вновь появиться пункты материально-технического обеспечения российского флота. Об этом в интервью «Вестям» заявил глава МИД РФ Сергей Лавров. «Военных баз там не будет - они нам не нужны. Но наш флот должен иметь возможность бороздить Мировой океан, что предполагает наличие пунктов материально-технического обеспечения, где можно будет заправиться, отдохнуть, провести какой-то мелкий ремонт. Мы не гонимся за тем, чтобы организовать такой пункт в каждой стране. Посмотрим на предложения, и где нашим военным морякам будет оптимально согласовать наличие таких пунктов со странами-хозяйками, там это и произойдет» - подчеркнул он, комментируя итоги своего визита в начале мая на Кубу, Никарагуа, Чили и Перу.

За последние полгода тема организации за рубежом пунктов материально-технического обеспечения (ПМТО) российского флота звучит уже не в первый раз. В начале февраля министр обороны Сергей Шойгу отмечал, что российские военные моряки вскоре смогут вернуться не только в места традиционного базирования, такие как Куба и Вьетнам, но и, возможно, будут регулярно заходить для пополнения запасов воды, провианта и топлива в Венесуэлу, Никарагуа, на Сейшельские Острова или в Сингапур.

Таким образом, политическое и военное руководство России уже созрело для того, чтобы вновь выпустить отечественный флот на океанские просторы. Потому что сеть ПМТО нужна именно для того, чтобы обеспечить боеспособность флота в любой точке земного шара. По мнению некоторых аналитиков, наличие российского пункта материально-технического обеспечения флота в сирийском порту Тартус стало одной из причин того, что США и их союзники до сих пор не решились на открытую военную агрессию против режима Башара Асада. А вот Триполи и Тобрук, открытые в Ливии для советских военных моряков, оказались для россиян уже недоступны. Результат этого, думаю, известен каждому читателю.

 

На весь земной шар

 

Геополитику почти всей второй половины прошлого века определяло противостояние двух сверхдержав – Советского Союза и США. Обе стороны старались закрепить за собой первенство в любом уголке планеты. Поэтому особое внимание уделяли строительству флота и инфраструктуры, которая могла бы обеспечить его боеспособность за десятки тысяч миль от родных берегов. Причем, советские зарубежные ПМТО в большинстве случаев все же корректней было бы называть военно-морскими базами, поскольку они представляли из себя не просто место для стоянки и обслуживания кораблей, а центры разведки и, при необходимости, оперативного вмешательства в ситуацию в регионе. «Советский флот появился в тех районах Мирового океана, которые Запад всегда считал своим глубоким тылом (Индийский океан, Центральная и Южная Атлантика, Карибское море, центральная часть Тихого океана). Под контролем нашего ВМФ оказались некоторые важнейшие узлы морских коммуникаций, например оба выхода из Красного моря (и Суэцкий канал, и Баб-эль-Мандебский пролив). Советские моряки и морские пехотинцы начали даже проводить совместные учения с «аборигенами». Учебные десанты высаживались на йеменском острове Сокотра, в Сирии, в Сомали, во Вьетнаме» - подчеркивает политолог Александр Храмчихин.

База в бухте Камрань (922-ой ПМТО, Вьетнам), например, включала в себя, помимо стоянки кораблей и судов, судоремонтный завод и крупный аэродром с бетонной взлетно-посадочной полосой длиной почти 4 км. В соответствии с Соглашением о представлении Вьетнамом СССР этой базы на правах безвозмездной аренды сроком на 25 лет, Советский Союз мог размещать в военном порту Камрань одновременно до 10 надводных кораблей, 8 подводных лодок с плавбазой и до 6 других военно-морских судов. На аэродроме было разрешено одновременное пребывание 16 самолетов-ракетоносцев, 9 разведывательных самолетов и 2-3 транспортных бортов. Общая площадь базы составляла порядка 100 кв километров, на которых размещалось в иные годы до 10 тыс человек советского контингента. Однако, в мае 2002 года, когда Военно-Морским флотом РФ командовал адмирал Владимир Куроедов, Россия окончательно ушла из Камрани, даже не дождавшись окончания срока действия межправительственного соглашения об аренде этой базы (оно заканчивалось в 2004 году).

Еще раньше наши военные моряки и гражданские специалисты ушли с объектов на Кубе, оставили ПМТО на Сейшельских островах, в Эфиопии, Йемене, Египте, Анголе, Гвинее, Ливии, Тунисе, были закрыты и десятки вспомогательных объектов, таких как учебный полигон морской пехоты на острове Сокотра в Аравийском море. И, фактически, к настоящему времени у нашей страны остался лишь один зарубежный флотский ПМТО – в сирийском Тартусе (создан в 1988 году), который и позволяет России сейчас держать в Средиземном море объединенную флотскую группировку.

 

Точечный удар

 

Флот – оружие политики. Само появление эскадры у берегов какой-либо страны может кардинально изменить суть и смысл происходящих там событий. И с этой точки зрения намерение России возрождать зарубежную флотскую инфраструктуру вполне понятно и обоснованно – наша страна после двух десятилетий «следования в кильватере» западной политики вновь возвращает себе самодостаточность на мировой политической арене. Вопрос в том, готова ли наша страна к тому, чтобы сделать свой флот одной из главных мировых сил, и сколько это будет стоить.

Сначала по поводу кораблей. Основой ударной флотской группировки является корабль, несущий авиацию – авианосец или вертолетоносец. У США их 11 плюс 10, находящихся в резерве. У России – 1. Тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов», который уже 23 года ходит без среднего ремонта. Плюс «Петр Великий» - тяжелый атомный ракетный крейсер, который, хоть и не авианосец, но считается самым большим (после авианосцев) военным ударным кораблем в мире. И который за 16 лет «намотал» более 140 тыс морских миль.

Понятно, что с такими «стартовыми условиями» соревноваться с американцами по числу крупных ударных боевых кораблей затруднительно. Но, наверное, этого и делать не стоит. «Безусловно, авианосцы — инструмент политического и силового влияния. Любое корабельное соединение вдали от родных берегов в случае полноценных боевых действий обречено на уничтожение без поддержки авиации. Российский флот в этом ключе не надо сравнивать с американским, потому что они ушли на 20 лет вперед, и догонять их сегодня бессмысленно. Они постоянно строят авианосцы, начиная со второй Мировой войны. У них больше десяти кораблей, и они ходят по 30-50 лет, а мы строили, а потом резали. К сожалению, сама история так распорядилась. Напомню, что в СССР было создано шесть тяжелых авианесущих крейсеров: головной корабль серии «Киев», «Минск», «Новороссийск», «Баку» (ставший сначала «Адмиралом Горшковым», а потом «Викрамадитьей»), «Адмирал Кузнецов» и «Варяг», который был продан Китаю» - подчеркивает генеральный директор «Невского ПКБ» Сергей Власов.

Поэтому в рамках нынешней госпрограммы вооружений до 2020 года строительство авианосцев не предусмотрено. Там есть 16 стратегических атомных подводных лодок – 8 ракетоносцев класса «Борей» и 8 многоцелевых лодок класса «Ясень», 20 неатомных подводных лодок проекта «Варшавянка» и «Лада», 14 фрегатов проекта 22350 и 11356, более 30 корветов, большие и малые десантные корабли, катера, тральщики и т.д.

Но дальше – в планах после 2020 года, российские моряки намерены вернуться к заказу крупных надводных кораблей. «Необходимо учитывать, что характер войн и вооруженных конфликтов последних десятилетий, анализ концепций применения ВМС ведущих иностранных государств объективно предопределяют необходимость наличия в составе ВМФ морских сил оперативного реагирования, способных к ведению воздушно-наземно-морских операций, выполнению задач в составе сил быстрого реагирования в любой точке Мирового океана. Ядро таких сил должны составлять авианесущие корабли. Наряду с десантно-вертолетным кораблем-доком иностранной постройки основой таких сил в перспективе должен стать авианесущий корабль нового поколения, т.е. авианосец. В отличие от тяжелых авианесущих крейсеров предыдущих поколений, это должен быть принципиально новый универсальный боевой корабль большого водоизмещения. Его главным оружием будут пилотируемые и беспилотные (роботизированные) боевые средства, действующие в воздухе, на поверхности моря, под водой и, вероятно, в космосе» - подчеркнул в одном из интервью главком ВМФ РФ Виктор Чирков.

Итак, в ближайшие годы российский флот получит с французских верфей от 2 до 4 вертолетоносцев «Мистраль», способных высаживать морские десанты на расстоянии 20 тыс миль от родных берегов. В 2016 году на российских верфях начнется постройка головного эсминца нового класса с ядерной энергетической установкой. 14-16 подобных кораблей должны встать в строй до 2030 года. «Основным кораблем океанской зоны в среднесрочной перспективе должен стать эскадренный миноносец нового проекта, обладающий большим ударным и оборонительным потенциалом, в том числе значительным потенциалом ПРО» - характеризует эти корабли Виктор Чирков. По ходу строительства этих эсминцев будет проводится и модернизация тяжелых атомных ракетных крейсеров проекта 1144 «Орлан» - «Адмирала Нахимова» (должен войти в состав флота в 2018 году), «Адмирала Ушакова», «Адмирала Лазарева» и действующего «Петра Великого».

Исходя из этой программы, можно предположить, что и строительство зарубежных пунктов материально-технического обеспечения российского флота будет вестись постепенно и точечно. Наиболее высока вероятность скорого возвращения российских моряков на базу Камрань во Вьетнаме, поскольку Россия активно помогает этой стране в строительстве ее нового военно-морского флота. И вполне возможно, что на первых порах в этом месте будут базироваться подводные лодки обоих государств. Столь же вероятно и восстановление российского военного присутствия на Кубе, откуда российские войска окончательно ушли в 2001 году. Венесуэла и Никарагуа официально заявляют, что их конституции не позволяют размещать на территориях этих стран военные базы иностранных государств. Однако, Каракас ничего не имеет против того, чтобы на аэродромах Венесуэлы приземлялись российские стратегические бомбардировщики, а Манагуа уже в этом году намерена начать рыть Никарагуанский судоходный канал, который может составить реальную конкуренцию Панамскому каналу, который контролируют США. И понятно, что собственными силами этот объект Никарагуа будет защитить затруднительно. Еще одна страна, где в ближайшее время может появиться ПМТО для российского флота – Кипр. В последние годы российские военные активно используют порт Лимасол. В середине апреля, например, на несколько дней туда заходил ТАРК «Петр Великий», чтоб пополнить запас продовольствия и дать отдохнуть экипажу перед переходом к месту постоянного базирования в Североморск. Осталось только официально узаконить эти отношения.




    Реклама


    Реклама



    Эксперт Онлайн, последние новости и аналитика
    AP/TASS

    Инновационная политика

    От компаний ждут глобальности

    Складывается впечатление, что если где-то, как в Штатах, от глобализации уже устали, а азиатские тигры ею насытились, то у нас как раз только-только приготовились встретить ее лицом к лицу. Только в отличие от тех практик, которые навязывали промоутеры глобализации, мы вместе со все большим числом стран мира делаем упор на поддержку национальных растущих технологических компаний. Вместе с интеллектуальной собственностью, инвестициями и образованием это стало одной из тем обсуждений III Конгресса «Инновационная практика: наука плюс бизнес», собравшего в МГУ чиновников, представителей корпораций и среднего инновационного бизнеса и показавшего реальную тенденцию к возникновению союза этих сил ради инновационного развития