Москва, 06.12.2016


Конец саудовской эпохи?

«Expert Online» 2016
ITAR-TASS

2 января в Королевстве Саудовская Аравия (КСА) казнили шиитского проповедника и одного из лидеров саудовской оппозиции Нимра ан-Нимра, приговоренного к смертной казни еще осенью 2014 году за призывы к массовым акциям, с формулировкой «разжигание розни и расшатывание национального единства». Казнь вызвала большое возмущение и акции протеста у шиитов по всему Ближнему Востоку. Шейх ан-Нимр имел репутацию миротворца, и на суде, не отрицая политические обвинения, подчеркивал, что никогда не призывал к насилию. В Иране возмущение оказалось настолько сильным, что были разгромлены дипмиссии Саудовской Аравии, а та в свою очередь вечером 3 января разорвала с Исламской республикой Иран (ИРИ) дипломатические отношения. Саудовская Аравия получила возможность вынудить Иран к резким шагам и тем самым нарушить его начавшееся сближение с Западом. Однако, по мнению собеседника «Эксперт Online», на прямое отмщение ИРИ не пойдет. Тем не менее ближневосточный политический пейзаж меняется достаточно сильно.

Казнили Иран дома

Кто такой шейх ан-Нимр? В чем его символизм? Чем он досаждал саудитам? И почему его обязательно нужно было казнить?

 Ан-Нимр был представителем молодого поколения шиитских проповедников в Саудовской Аравии, которое – в отличие от старшего поколения – более свободно и активно говорит о практически бесправном положении шиитской общины в Королевстве. В 2011-м он публично поддержал демонстрации шиитов в Восточной провинции, которые требовали проведение реформ в стране и организацию выборов в местные органы провинции. Однако ни разу при этом не высказал ни одного лозунга в пользу насильственной борьбы против властей.

Он, кстати, был популярен не только среди шиитов, но и малой, но все же части суннитского населения, которое было недовольно политикой правящей династии. И достиг Нимр ан-Нимр такой популярности потому, что позицию свою формурировал не только и не столько конфессиональными терминами, а социальными и политическими – говорил о диктатуре, коррупции и социальной несправедливости.

Какова вообще была политика короля Салмана в отношении шиитского населения, чем она отличалась от линии предшественника, короля Абдаллы? Насколько серьезны начавшиеся шиитские выступления в КСА? Могут ли они привести к какой-то серьезной трансформации внутренней политики саудовского руководства? 

Предыдущий король Абдалла сделал многое для примирения с шиитской общиной и многие в КСА его за это не любили. Абдалла девять лет назад создал Совет национальной ассамблеи с целью решения конфликтных вопросов с шиитами. Правда, Совет так и не заработал, но все же какую-то свободу Абдалла шиитам дал. Был, например, такой случай лет 5-6 назад: из-за падения столба в одном из южных районов страны погибли несколько десятков человек, часть которых оказалась шиитами, часть – салафитами. По приказу Абдаллы для погибших организовали общую процессию, на которой выступили как шиитские проповедники, так и салафитские. Это вызвало определенный оптимизм среди шиитов, и пессимизм среди части династии. Вот именно эту часть и представляет Салман, который не против каких-то реформ в социальной сфере, но никак не в конфессиональной. Для него все шииты страны – агенты Ирана.

Именно поэтому можно сказать, что, несмотря на все внутренние факторы, казнь ан-Нимра не имеет прямого отношения к процессам в самой Саудовской Аравии. Она является достаточно откровенным вызовом в адрес Ирана. Причем это вызов без какого-либо очевидного выигрыша для КСА, а скорее символический, истоки которого надо искать в отчаянии саудитов по поводу быстрой потери ими своих позиций в регионе: в Сирии исламисты отступают, в Ираке правительственная армия и шиитская милиция, обе поддерживаемые и во многом контролируемые Тегераном, движутся к Мосулу, в Йемене хуситы не только не побеждены, но и стали ракетами обстреливать территорию КСА.

На этом фоне казнь ан-Нимра смотриться именно как шаг отчаяния: КСА не можем победить Иран в регионе, и в лице шиитского шейха ан-Нимра решило «казнить» Иран у себя дома.

Но могут ли начавшиеся шиитские протесты в Саудовской Аравии привести к смене репрессивной политики королевства?

Выступления шиитов без активного внешнего фактора будут легко подавлены властями. Основной внешний фактор, который может изменить ситуацию, это Йемен. Если там хуситы преуспеют, то шиитский вооружённый фактор перекинется через границу и саудитам придётся уже не подавлять демонстрации, а воевать у себя дома. Я уверен, что это рано или поздно произойдёт, скорее после того, как иранцы, покончив со своими задачами в Сирии и Ираке, начнут активнее заниматься Йеменом. Саудиты это хорошо понимают, но ничего с этим поделать не могут: их эпохе приходит конец в регионе.

Ответы на периферии

Насколько была прогнозируемой реакция Тегерана? Это реально народный протест или срежиссированная акция иранских властей?

Я не сомневаюсь, что те, кто вышел на протесты, сделали это именно из-за откровенного возмущения. Но то, что коктейли Молотова полетели в посольство Саудовской Аравии, говорит о том, что власти ничего не сделали для того, чтобы они не полетели. Количество протестующих не было таким, чтобы силы безопасности не смогли их отодвинуть. Да и надо сказать, что само здание посольство КСА достаточно долгое время раздражает власти Ирана. С одной стороны в столице ИРИ Тегеране проживает больше миллиона суннитов, с другой стороны у них нет в столице ни одной мечети. И самая религиозная часть суннитского меньшинства ходила на пятничную молитву в мечеть посольства КСА, где подвергалась достаточно активной пропаганде салафитского направления ислама.

Разрыв дипотношений со стороны КСА - это ответ на разгром посольства и жесткие заявления иранских лидеров или шаг Эр-Рияда в сторону дальнейшей эскалации? Нужна ли эта эскалация КСА?

Эскалация КСА нужна и, более того, прямой удар иранцев по Саудовской Аравии исходит из интересов Эр-Рияда. Это станет поводом для сплочения активной коалиции против ИРИ, от участия в которой не сможет улизнуть и Вашингтон (он c 1951-го года связан с Эр-Риядом договором о взаимной обороне). Кроме того, удар ИРИ даст прямой повод для окончательного решения шиитской проблемы в самой Саудовской Аравии: если Тегеран мстит войной за ан-Нимра, то ан-Нимр действительно был их шпионом и те, кто его поддержал – тоже иранские шпионы. Весь этот логический ряд завершится тем, что шииты будут объявлены врагами государства и ислама, со всеми вытекающими последствиями.

Иран отлично осознает все эти последствия прямого отмщения, и на него не пойдет.Я вообще не склонен думать, что в политике ИРИ что-то существенно изменится. Иранцы заняты тем, чтобы сохранить за собой Сирию и не дать иракским курдам взять Мосул. Эти задачи исходят из национальных интересов ИРИ, а месть за казнь ан-Нимра никакую задачу не решает. Единственное, чего я ожидаю, это более активная поддержка шиитам в Йемене с тем, чтобы не дать саудитам никакого шанса взять контроль над страной. КСА придется отвечать через конфликты на периферии, но тут проблема - везде, где можно (Ирак, Сирия и Йемен) КСА бьет, но проигрывает.

Кто из саудовских союзников поддержал КСА, а кто остался в стороне? И почему?

Думаю после Бахрейна и Судана еще 2-3 страны отзовут послов из Тегерана, но далее ничего серьезного не будет. Катар, несмотря на активный антииранский настрой правящей элиты, тесно связан с Ираном месторождением Южный Парс, разработку которого поставить под угрозу не может. Оман достаточно активно занимается нормализацией отношений с Ираном. Египет саудитов не поддержит из-за того, что саудиты сегодня представляют для Каира большую угрозу, чем иранцы. Даже Турция, которая недавно подписала с КСА соглашение о совместной безопасности, на прямую порчу отношений с Тегераном, тем более на фоне проблем с Москвой, не пойдет.

Насколько серьезны выступления в Бахрейне? Учитывая недовольство саудовской оккупацией части местных элит во главе с, как я понимаю, наследным принцем, могут ли они привести к выходу Бахрейна из подчинения КСА?

Не думаю, так как в случае вывода вооруженных сил КСА из Бахрейна сунниты сохранить власть не смогут. За последние годы шиитское большинство стало достаточно организованным, там постоянно выявляют десятков членов ливанской «Хизбаллы» (власти даже ввели что-то похожее не визовый режим с Ливаном и пускают в страну только граждан-суннитов или христиан). Но, как в прошлом году оказалось, сотни шиитов пробиваются в Байхрейн с подложными документами, полученных от христианских церквей Ливана. Поэтому Бахрейну от саудитов отказаться никак нельзя.




    Реклама


    Реклама



    Эксперт Онлайн, последние новости и аналитика

    На совещании в Минпромторге эксперты межведомственной рабочей группы так и не смогли прийти к окончательному решению о том, как именно будет создаваться система обработки информации и хранения данных, которая в соответствие с «законом Яровой» должна быть запущена в эксплуатацию к 1 июля 2018 года


    ТАСС Автор: Рогулин Дмитрий

    #Интернет наш

    Президент РФ подписал «Доктрину информационной безопасности РФ». Направленная на военную и гуманитарную защиту страны от информационных и информационно-психологических угроз в эпоху трансграничной информации, она обращена не только к госорганам, но затрагивает очень широкий круг субъектов - от промышленности электронных компонентов, которой предписано развиваться, до сферы культуры и СМИ. Она предполагает также «развитие национальной системы управления российским сегментом сети «Интернет"»

    Zuma\TASS

    Газовый конфликт с Украиной

    Газ обрастает условиями

    Украина уже готова закупать российский газ, но лишь «при достижении соглашения по ряду вопросов». Однако у «Газпрома» есть все основания оставаться неуступчивым на трехсторонних переговорах в Брюсселе

    Сергей Коньков/ТАСС

    Финансовые инструменты

    Банки остались без депозитов

    По итогам октября темпы прироста средств на депозиты составили 0% в месячном сопоставлении. Сберегательная модель, на которую делают ставку финансовые власти, остается весьма умозрительной в условиях кризиса

    ИТАР-ТАСС Автор: Владимир Смирнов

    Экономический курс

    Патология неравенства

    1 декабря этого года в своем ежегодном послании Президент отнес задачу выхода на темпы роста выше среднемировых на перспективу после 2019 года. Но очевидно, что и до этого времени общество нуждается в осмысленной перспективе социальных трансформаций. В частности, это касается повестки предстоящей кампании по выборам президента. Вряд ли она может строиться по принципу «борьбы хорошего с лучшим». Скорее, она должна быть в определенном смысле мобилизационной – не по отношению к внешним или внутренним врагам, а по отношению к стратегическим вызовам. Вызовам, которые одновременно могут рассматриваться как угроза, и как потенциал для развития. Одним из таких вызовов является исключительно высокий уровень неравенства в российском обществе

    ТАСС

    Это все мое, родное

    Санкт-Петербургская международная товарно-сырьевая биржа (СПбМТСБ) после многолетней подготовки наконец запустила торги фьючерсом на нефть марки Urals