Политика
Москва, 26.09.2016


Карабахское измерение российско-турецкого кризиса

Сергей Минасян, д.пол.н., заместитель директора Института Кавказа (Ереван, Армения) «Expert Online» 29 feb 2016
AP/TASS

Российско-турецкое обострение после уничтожения 24 ноября 2015 г. турецким истребителем F-16 российского фронтового бомбардировщика Су-24, осуществляющего боевые задачи на северных границах Сирии, серьезно сказалось на динамике ближневосточного кризиса. Напряженность между Россией и Турцией может иметь далеко идущие последствия и для кавказского региона, где формируется новый политический контекст, с учетом сложных и комплексных взаимоотношений Армении и Азербайджана с Анкарой и Москвой.*

Ситуация усугубляется перманентной  эскалацией ситуации на линии фронта в Нагорном Карабахе. С начала декабря 2015 г. впервые с момента заключения перемирия в мае 1994 г. азербайджанской стороной были применены танки, а до этого – гаубицы, минометы и реактивные системы залпового огня. По мере обострения отношений между Москвой и Анкарой карабахское измерение российско-турецкого кризиса приобретает новое значение.

Армения в контексте российско-турецкого кризиса

Отношения Армении и Турции достаточно напряженные. Они отягощены многими историческими проблемами, в первую очередь – геноцидом армян в Османской империи в годы Первой мировой войны, столетие которого отмечалось в 2015 г. Между странами отсутствуют дипломатические отношения, Турция открыто поддерживает Азербайджан в карабахском конфликте и 1990-х гг. осуществляет транспортно-коммуникационную блокаду Армении.

Кавказский регион  еще до инцидента с бомбардировщиком Су-24 оказался в орбите российско-турецкого противостояния, обостренного разностью подходов Анкары и Москвы к процессам в Сирии и соседнем Ираке. Особенно это касается Армении – в региональном масштабе единственной страны, прилегающей к Ближнему Востоку и являющейся стратегическим союзником России и членом ОДКБ, которая согласно двусторонним и многосторонним обязательствам обязуется содействовать в случае внешней агрессии. На территории Армении дислоцирована ближайшая к зоне сирийского кризиса российская 102-ая военная база, включающая в себя также и авиационный компонент в виде наличия эскадрильи российских истребителей МиГ-29 на армянском аэродроме Эребуни.

В военном смысле сирийская кампания и напряженность в отношениях между Москвой и Анкарой уже непосредственно затронули Армению. В самом начале октября 2015 г. залеты на турецкую территорию российских истребителей в ходе боевых вылетов на севере Сирии вызвали весьма нервную реакцию Анкары. В результате, она отреагировала «случайными» нарушениями 6 и 7 октября 2015 г. турецкими военными вертолетами границ Армении,  которые охраняют российские пограничники. По информации местных источников, в ответ были подняты в воздух российские истребители МиГ-29 с базы в Эребуни. Однако залеты турецких вертолетов были достаточно непродолжительными, и они успели беспрепятственно покинуть воздушное пространство Армении.

Привлекшее активное внимание мировых СМИ усиление в декабре 2015 г. российской военной базы в Армении ударными и транспортными вертолетами Ми-24П и Ми-8МТ (как начавшийся процесс замены российских МиГ-29 на авиабазе в Эребуни аналогичными самолетами более современных модификаций) означали лишь реализацию договоренностей, достигнутых задолго до российско-турецкого кризиса. Аналогичным образом, подписанное в конце декабря соглашение о создании Объединенной системы ПВО России и Армении также фактически лишь знаменовало юридическое завершение процесса, длившегося более десятилетия.

В то же время надо отметить, что на фоне вспышки кризиса с Турцией военно-техническое сотрудничество между Арменией и Россией (получившее новые стимулы после достигнутого летом 2015 г. соглашения о предоставлении Армении льготного кредита в 200 млн долларов на поставки современных российский вооружений) активизировалось. В начале февраля 2016 г. российская сторона приоткрыла некоторые детали данного кредита, опубликовав список поставляемых Армении вооружений. Он включает крупнокалиберные реактивные системы залпового огня (РСЗО) 9К58 «Смерч», тяжелые огнеметные системы ТОС-1А «Солнцепек», противотанковые ракеты «Конкурс-М», переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) «Игла-С», системы РЭБ и другое вооружение непосредственно с российских заводов-производителей. Существенная часть этих вооружений уже поставлена армянской стороне, а весь контракт будет реализован к 2017 г.

На фоне резкой эскалации напряженности с Анкарой у многих комментаторов возникало хотя и естественное, но поверхностное искушение интерпретировать вышеуказанные факты как направленное против Турции ускоренное усиление российского военного присутствия в Армении. Однако в реальности эти военно-политические меры были запланированы к реализации намного раньше.

Надо учесть, что хотя Армения и оказалась фактически единственной страной ОДКБ, публично поддержавшей позицию Россию против Турции, Ереван абсолютно не заинтересован в дальнейшей эскалации противостояния между Москвой и Анкарой. В первую очередь с учетом того простого и очевидного обстоятельства, что подобное открытое противостояние способно превратить границы Армении – единственное место, где российские и турецкие пограничники официально дислоцированы друг против друга.

В карабахском вопросе официальная позиция Армении также неизменна: Ереван поддерживает усилия сопредседателей Минской группы ОБСЕ (России, США и Франции) по мирному урегулированию конфликта на основе взаимных компромиссов, предусматривающих определение окончательного статуса Нагорного Карабаха посредством юридически обязывающего волеизъявления его населения.  

Азербайджан и Карабах: эскалация возможна?

Очевидно, что не меньшие проблемы в региональном измерении российско-турецкий кризис создал и для Азербайджана. Исторически Турция и Азербайджан в этно-культурном и языковом смысле являются наиболее близкими тюркскими государствами. Не случайно, что премьер-министр Ахмет Давутоглу и министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу свои первые официальные визиты после формирования нового турецкого правительства осуществили именно в Азербайджан, в самом начале декабря 2015 г. Традиционно, как и все предыдущие десятилетия, турецкие официальные лица сделали заявления в поддержку позиции Баку в карабахском конфликте. По словам Давутоглу, Турция «всегда будет рядом с Азербайджаном в вопросе Нагорного Карабаха».

Именно это обстоятельство дало повод многим наблюдателям интерпретировать последующее резкое обострение ситуации в Нагорном Карабахе (включая беспрецедентную декабрьскую эскалацию на линии противостоянии азербайджанской армии и воинских подразделений непризнанной Нагорно-Карабахской Республики) как результат прямого влияния Анкары на Баку. В частности, высказывалось мнение, что таким образом Турция стремилась открыть, наряду с почти открытым противостоянием на ближневосточном направлении, «второй фронт» против России.

Однако несмотря на нескрываемые протурецкие симпатии в Азербайджане, вряд ли он захочет открыто поддержать Турцию в ее противостоянии с соседней Россией, обладающей, по оценкам ряда местных исследователей, многими и весьма чувствительными рычагами политического и экономического влияния на Баку. К примеру, за последние годы Россия поставила Азербайджану самые современные вооружения на миллиарды долларов. В России имеется крупная и влиятельная азербайджанская диаспора, обе страны осуществляют активное сотрудничество в экономической и, особенно, – в энергетической сферах.

Упоминавшиеся выше меры, которыми, впрочем, весь спектр армяно-российского военно-технического сотрудничества не ограничивается (он включает поставки иных современных вооружений в рамках других контрактов), стабилизируют военно-технический баланс сторон в зоне карабахского конфликта. Следует надеяться, что на этом фоне в Баку осознают все риски «разморозки» карабахского конфликта в столь взрывоопасное время.

Да, российско-турецкое обострение действительно усложняет региональную ситуацию вокруг карабахского конфликта, создавая дополнительные риски и сужая рамки возможного политического маневра для Баку. Особенно на фоне актуализации внутренних факторов, вынуждающих азербайджанское руководство к более рискованным действиям на линии фронта. Однако вряд ли нынешний контекст российско-турецкого кризиса в ближайшем будущем станет акселератором, способствующим возобновлению широкомасштабных боевых действий в Нагорном Карабахе.  

***

Вопреки пессимистическим прогнозам о неизбежности скорой «разморозки» карабахского конфликта под влиянием российско-турецкого кризиса, этого так и не произошло. Есть основания предполагать, что не произойдет и в ближайшем будущем. Несмотря на катастрофически ухудшающуюся ситуацию на всем Ближнем Востоке и прилегающих регионах, сохраняются основные военно-политические факторы, поддерживающие относительное перемирие. Наряду с этим вряд ли полномасштабное возобновление боевых действий в Нагорном Карабахе исходит из интересов самих акторов российско-турецкого кризиса.

Так, Турция, несмотря на сохраняющуюся эйфорию турецкого общества от действий Р. Эрдогана, после инцидента с российским самолетом и последующих российских санкций и контрдействий скорее стремится минимизировать ущерб от дальнейшего противостояния  с Россией. Для Анкары предпочтительнее, чтобы последующая эскалация российско-турецкого противостояния происходила преимущественно на ее южных границах. Они воспринимаются Турцией как собственное «ближнее зарубежье», и географически и стратегически более важны и удобны при реализации национальных интересов Турции. Ведь в отличие от Сирии и Ирака, в кавказском регионе у России более благоприятные стартовые военно-стратегические условия и большая мотивация для реагирования.

*Статья опубликована в рамках сотрудничества "Эксперт Online" с Российским советом по международным делам - РСМД. Ее полный текст можно прочесть здесь.



Журнал «Эксперт» + подарок

Журнал Эксперт + Сертификаты на обучение в школе иностранных языков



    Реклама

    AdRiver
    26 октября 2016 года. Форум «Эксперт-400»

    «Драйверы экономического роста России в настоящее время»



    Реклама



    Эксперт Онлайн, последние новости и аналитика
    Сергей Фадеичев/фотохост-агентство ТАСС

    Глава Минэнерго Александр Новак заявил, что снижать добычу "искусственным способом" мы не будем. Естественным способом она тоже не снижается, несмотря на разные прогнозы, так что период дешевой нефти, очевидно, продолжается


    Zuma\TASS

    Украина и ЕС

    ЕС предупредил Киев о возможном лишении прав на транзит газа

    Война за "Укртрансгаз", которая развернулась на Украине между властными группировками, может негативно повлиять на перспективы получения страной финансовой помощи от ЕС и ставит под угрозу ее статус тарнзитера газа

    ТАСС

    Многовекторность за русский счет

    Россия и Белоруссия снова спорят из-за цен на газ. Это уже не первый газовый конфликт с Белоруссией. Первый отгремел в 1995–1996 годах, когда белорусы вообще не платили за газ, накопив долг в 1 млрд долларов.

    ТАСС

    Три года без надежды

    К удовольствию Минфина, в проект трехлетнего бюджета заложена цена на нефть 40 долларов за баррель. По бюджетному правилу при такой цене Россия должна иметь нулевой первичный дефицит. Нефтегазовые доходы, полученные за счет повышения цены выше 40 долларов, зарезервируют. Расходы Минфин планирует закрепить на уровне 15,7 трлн рублей на все три года, оптимизировав бюджетные траты, а дефицит бюджета довести до 1–1,2% ВВП к 2019 году.

    Обновили полимеры

    «Томскнефтехим» запустил модернизированный комплекс по производству полипропилена и полиэтилена. 15 сентября на «Томскнефтехиме» (структура «СИБУРа») запустили модернизированное производство полиэтилена высокого давления

    ТАСС

    Консолидация на рынке жилья: первый пошел

    Основной акционер ГК ПИК Сергей Гордеев купил крупнейшего застройщика на рынке жилья России — группу «Мортон». Сумма сделки не разглашается, однако эксперты оценивают компанию примерно в 165 млрд рублей. Впрочем, бывший глава «Мортона» Александр Ручьев назвал эту оценку заниженной.