Приобрести месячную подписку всего за 290 рублей
Общество

Зачем разбегались?

«Expert Online» 2016

Через 25 лет после распада СССР стало понятно, что большинство стран постсоветского пространства так и не смогли найти свое место в мире. Не удивительно, что многие мечтают повернуть вспять ситуацию и вернуть модернизированный вариант Союза. Пусть он и будет называться «евразийским»

Крупнейшая геополитическая катастрофа XX века. Именно так называл распад Советского союза Владимир Путин. Тогда (да и сейчас) с его словами многие не согласны, особенно среди людей, считающих себя элитами в постсоветских странах. Выражение Путина списывали на российское имперское мышление, тоску по великому прошлому ну и, по традиции, на скрытое желание восстановить Советский союз, а затем доехать на танках как минимум до Варшавы.

Однако опыт и время показывают, что слова Владимира Путина оказались правдивыми. Распад СССР запустил целую череду конфликтных ситуаций на всем пространстве от Европы на западе до Китая на востоке, и от России на севере до Ирана на юге. Ну а что касается катастрофы, то она состоялась не только для большой геополитики. Ряд (а точнее почти все) страны постсоветского пространства так и не смогли реализовать те цели и задачи, которые они ставили перед собой на момент распада.

Экономику сейчас в расчет не берем, дабы не впадать споры о трактовке (да, рост экономики и показателя ВВП на душу населения по сравнению с 1990 годом наблюдается почти во всех странах, однако вопрос, насколько их экономический уклад соответствует развивающимся странам и тем более национальному достоинству жителей этих постсоветских государств).

Демократию, в общем, тоже. Да, ни на одном из стран постсоветского пространства не сложился подлинно демократический режим. На Украине власти нет вообще, в Прибалтике апартеид, в Молдавии и Армении олигархат, в Азербайджане наследственная монархия, в Средней Азии ханства (от мягкой формы как в Казахстане до жесткого туркменского варианта, с ритуальным целованием книги президента о чае), в России и Белоруссии чрезмерно сильна исполнительная ветвь власти, и разве что Грузия приближается к демократической модели. Но можно ли рассматривать отсутствие либеральной демократии в странах, ментально не готовых к ней, как к минус? Ближний Восток показал, что это скорее плюс.  

А вот с суверенитетом дела обстоят куда более однозначно.

Зачем выходили?

Большая часть государств постсоветского пространства (в том числе Россия) выходили из Советского союза потому, что хотели сами решать свою судьбу, а не жить по звонку из Москвы. Суверенитет они получили, но как они им распорядились за последние 25 лет?

Некоторые нашли себе другую «Москву» в лице Брюсселя, который оказался гораздо менее справедливым, чем столица Советского союза. Первым свой суверенитет к ногам Писающего мальчика положили страны Балтии, которые вступили в ЕС в 2004 году. Однако особых бонусов от этого вступления население не получило – ну, кроме возможности уехать из страны на работу, проживание и учебу в другие страны ЕС, чем оно тут же и воспользовалась. По оценкам Еврокомиссии Литва и Латвия за последующие 50 лет будут лидерами по сокращению населения среди стран-членов ЕС (численность людей в этих государствах сократится на 38% и 30% соответственно). Хотя, конечно, можно воспользоваться примером фрау Меркель и заполнить демокрафическую дыру беженцами с Ближнего Востока.

Другие страны постсоветского пространства (Украина, Молдавия, Грузия) не выучили прибалтийские уроки и тоже готовы отказаться от своего «завоеванного в борьбе с коммунистами» суверенитета в пользу Брюсселя. Поскольку войти в ЕС они не могут (Брюссель-то как раз выучил уроки поспешного присоединения десятка бедных стран Восточной Европы), элиты этих стран заключили кабальные (в случае с Украиной) или неравноправные (в случае с Молдавией и Грузией) Соглашения об ассоциации с Евросоюзом, предоставляя европейским компаниям полный доступ на свой рынок и убивая тем самым целые сектора национального производства. Для сравнения, в период главенства Москвы в этих странах не убивали, а создавали отрасли.

Наконец, появилась третья группа государств, которая поняла, что суверенитет – это, конечно, хорошо, но совместное развитие лучше. Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и пока еще колеблющийся, но готовый Таджикистан готовы снова консолидировать экономики с Россией в рамках формально равноправного Евразийского союза. В ту же сторону посматривает Азербайджан, а также готовится посмотреть Узбекистан (туркменам же с их запасами газа вообще уже ничего не надо). Вопрос о том, зачем тогда было разбегаться, висит в воздухе.

Время наций прошло

С национальной идеей ситуация обстоит еще грустнее. Советский союз был не просто мультинациональным проектом – он (как США и ЕС) был ступенькой перехода человечества к новому этапу развития, от идеи национального государства к наднациональному. Этнический национализм – важнейший элемент в деле создания национальных государств в XVII-XIX веках – на сегодняшний день безнадежно устарел, и наиболее прогрессивные общества заменяли его концепцией гражданской нации. Советской, американской, европейской, югославской и т.п. И советский эксперимент вполне мог бы получиться, если бы в конце 80-х годов отдельные политики, желающие получить власть на местах, не начали бы раздувать затухающее было пламя национализма. Именно оно сожгло в итоге Советский союз.

Сжечь-то сожгло, но смогло ли помочь выковать новые национальные государства? По сути на момент распада Советского союза длительная история самостоятельной государственности была лишь у нескольких стран – России, Армении, Грузии и Литвы. Все остальные страны либо веками были частью других государственных проектов, либо вообще были скроены в нынешних границах большевиками. А некоторые – та же Украина - вообще были собраны из населения, существовавшего веками в конкурирующих друг с другом цивилизационных проектах. Неудивительно, что перед всеми ними встал вопрос по строительству собственной государственности, и далеко не все из них с этим вопросом справились. Именно потому, что попытались в короткие сроки создать национальные государства.  

Проблема была в том, что выстраивание государственной модели на националистической основе нормально работало лишь в тех странах, население которых было более-менее мононациональным, и получилось, по сути, лишь в одной только Армении (Туркмения тоже обошлась без больших проблем, но там все понимают, что открытие рта может привести к сокращению желудка, который набивается очень неплохо). В ряде других государств эта концепция столкнулась с последствиями культивируемого в СССР мультинационализма в виде значительных общин «чужих» национальностей, не желающих становится чужими в своей стране. А поскольку в процессе создания государства национализм обычно принимает достаточно радикальные формы, конфликт оказался неизбежен. В некоторых случаях он закончился подавлением их сопротивления (страны Прибалтики). В других же ситуация вылилась в регулярные столкновения на национальной почве (Киргизия, Узбекистан) или гражданскую войну – например, в Грузии, Молдавии, Азербайджане, Украине, отчасти Таджикистане (хотя там конфликт имел скорее клановые причины).

Вернемся к советскому человеку?

Однако лидерам некоторых государств удалось найти лекарство от межнациональных конфликтов – они просто взяли на вооружение наднациональную формулу Советского союза. Речь, прежде всего, о Белоруссии, России и отчасти о Казахстане. Да, вотчина Нурсултана Назарбаева начала свое существование в качестве независимого государства с массового вытеснения русских и разгула казахского национализма, однако затем власти быстро одумались и стали вводить термин «казахстанец».

Итогом правильной политики стала социальная стабильность и титул самой успешной страны Средней Азии. Батька же не просто начал с правильного варианта, но и немного перегнул с его реализацией – президент суверенного государства в быту и на экранах говорит по-русски, язык повседневного общения белорусов тоже русский, а белорусский стал ассоциироваться скорее с деревней или оппозицией (хотя сейчас ситуация меняется, и родной язык входит в моду у молодежи). Москва после разгула национализма в 90-е и заигрывания с нациками в нулевые также осознала, что в многонациональной России может быть только наднациональная идеология, тоже стала продвигать идею «российскости» и термин «россияне». И сейчас Россия пытается внедрять концепции евразийской идентичности.

Это, конечно, не термин «советский человек», но уже хотя бы что-то. И если Кремль наконец-то научится эффективно использовать мягкую силу на постсоветском пространстве, то ему удастся исправить геополитическую катастрофу XX века и вновь собрать большую часть стран региона вокруг российского культурно-информационного ядра. Пусть даже оно будет называться евразийским.




    Реклама

    Секрет успеха производственной системы технониколь: вебинар с Сергеем Колесниковым

    Вебинар-интервью от журнала «Эксперт» с Сергеем Колесниковым, президентом корпорации ТехноНИКОЛЬ, где производительность труда в 8 РАЗ ВЫШЕ, чем средняя по стране


    Реклама