Красивые и молодые навсегда

Бизнес
Москва, 18.02.2013
«Обзоры стран» №1 (61)
О борьбе с болезнью Альцгеймера и о рынке эстетической медицины «Эксперту» рассказывает генеральный директор компании «Мерц Фарма» Ольга Авдошина

Как давно «Мерц Фарма» работает на российском рынке?

— Мы пришли в Россию в 1997 году и свои первые шаги здесь делали накануне и во время дефолта. Тогда многие иностранные компании решили уйти, переждать время нестабильной экономической ситуации. Некоторые из них потом так и не вернулись на российский рынок, другие пришли опять, но рынок уже стал значительно более конкурентным. Мы же пережили дефолт сравнительно спокойно. Отчасти это было связано с уникальными для российского рынка лекарственными препаратами, которые мы предлагали потребителям, а отчасти с тем, что фармацевтический рынок страны все еще формировался и наши подходы к развитию бизнеса пришлись как нельзя кстати.

Сегодня компания «Мерц Фарма» занимает на российском рынке лидирующие позиции практически во всех нишах своего присутствия. Можно сказать, что мы являемся производителями трендов. Темпы нашего роста тоже выглядят впечатляюще. В 2010 году, когда я пришла работать в компанию, объем продаж составлял порядка 25 миллионов евро, а к концу этого финансового года (к июлю 2013-го) мы планируем выйти на 65–67 миллионов евро.

Какова специализация вашей компании?

— В России «Мерц Фарма» представлена тремя подразделениями: мы занимаемся продвижением рецептурных и безрецептурных препаратов, а также формируем рынок эстетической дерматологии. В рамках первого своего подразделения мы занимаемся деменцией (постинсультной, болезнью Альцгеймера и так далее), болезнью Паркинсона и проблемой постинсультной спастичности. Годы исследований и множество уникальных даже для мирового сообщества наработок сделали нас настоящим экспертом в этой области. А учитывая ту социальную работу, которую мы ведем, еще и в какой-то степени просветителями. Ведь деменция (старческое слабоумие) не просто заболевание. Это еще и большая социальная проблема.

Мировая статистика неумолима: население активно стареет. В Америке и европейских странах дементные больные и их родственники (для них это тоже тяжелое бремя) поддерживаются на государственном уровне. Россия в этом плане пока отстает. Основная ответственность (в том числе финансовая) за лечение и уход за такими больными ложится на родственников.

По сравнению с развитыми странами осведомленность нашего общества о деменции также довольно ограниченна. Большинство людей, столкнувшихся с неожиданно возникшими «странностями» пожилых родителей, не склонно видеть в них симптомы начинающегося грозного заболевания. Мало кто знает о методах диагностики, симптомах и необходимых в таком случае действиях. Отсюда, кстати, и низкая выявляемость деменции на ранних стадиях, а ведь при ранней диагностике больше шансов эффективно помочь больному и улучшить качество жизни — его самого и родственников.

Загадочный Альцгеймер

А сколько вообще в России людей, страдающих этой болезнью?

— Официальных данных нет. Считается, что их от 1,2 до 2 миллионов человек. Это если брать население в возрасте старше 65 лет. Но болезнь молодеет, и чем раньше она появляется, тем активнее протекает. В целом, по данным экспертов ВОЗ, в 2030 году в мире будет 100 миллионов дементных больных — в три раза больше, чем сейчас.

И что компания делает для исправления этой ситуации?

— В первую очередь мы поддерживаем научные конференции и научные работы на эту тему — для нас важно донести информацию до врачей, чтобы они знали о существующих методах лечения, делились своим опытом, хорошо разбирались в препаратах, которые есть на рынке. Мы делаем очень многое для того, чтобы пациент, пришедший в районную поликлинику и жалующийся на начавшиеся проблемы с памятью, получил качественную консультацию и лечение. Еще несколько лет назад таким пациентам говорили: «А что вы хотели, в ваши-то годы?» Кроме того, мы всеми силами стараемся привлечь внимание населения к этой болезни — уже на протяжении пяти лет мы ведем социальную работу, рассчитанную на широкие круги общества.

А чем ваш препарат от этого недуга отличается от препаратов других компаний? Насколько я знаю, в мире не существует лекарства, которое полностью излечивает эту болезнь.

— Вы правы, лекарства, которое полностью излечивает деменцию, пока нет. Но наш препарат позволяет эффективно сдерживать симптомы и значительно улучшает качество жизни пациента. Его эффективность уже признали по обе стороны Атлантики. В 2000 году оно получило Немецкую премию инноваций и было досрочно зарегистрировано FDA (американское управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов. — «Эксперт»).

Сегодня по химической формуле конкурентов у нас нет — только дженерики (патент на наш препарат в ряде стран мира, в том числе в России, уже истек). И, кстати, тот факт, что дженерики в области терапии деменции делаются именно с нашего препарата, — еще одно доказательство его эффективности.

Скидки не главное

А каково ваше положение на рынке эстетической медицины?

— Когда «Мерц Фарма» три года назад приняла решение об открытии целого направления — Merz Aesthetics, как такового рынка эстетической медицины не было. Были дистрибуторы, которые привозили из-за границы препараты и продавали их врачам, медицинским сестрам. Найти методику использования, технологии введения — это было на совести врача. Мы же, фармацевтическая компания более чем со столетней историей, не могли позволить себе так работать. Мы сосредоточились на объяснении эффективности и безопасности наших препаратов (тем более что все соответствующие клинические исследования у нас для этого есть), на обучении новым техникам введения препарата, революционным подходам к омоложению лица, когда все морщины необходимо рассматривать в комплексе, а не маскировать одну-единственную. Практически сразу мы запустили проект «Академия Merz Aesthetics», обеспечив врачей полным сервисом.

Конечно, такие нововведения на рынке эстетической дерматологии кому-то казались слишком революционными. Нам говорили, что главный аргумент здесь — скидки, и мы со своим подходом быстро прогорим.

Есть ли у вас какие-либо особенные наработки в области эстетической медицины?

— Мы предлагаем волюмайзер на основе гидроксиопатита кальция, который позволяет проводить лифтинг лица без операции, возмещать утраченные объемы. А разработанный в компании ботулинический токсин без комплексообразующих белков вообще наша гордость.

Что это за белки?

— Предыдущее поколение ботулотоксинов содержит белки, которые сохраняют молекулу ботулина в активном состоянии. Такой вот своеобразный консервант. Но любой чужеродный белок — это потенциальный риск для возникновения аллергических реакций, воспалительных процессов. Сейчас специалисты активно обсуждают тему вторичной нечувствительности к ботулотоксинам первого поколения. Это когда препарат «не работает». Такие нежелательные эффекты в эстетической медицине, возможно, не столь страшны. Но токсин ботулина применяется еще и в неврологии для лечения постинсультной спастичности, кривошеи, блефароспазма.

В 2009 году компания «Мерц Фарма» представила новейшее поколение ботулотоксинов, которым комплексообразующие белки не нужны. Молекула нашего ботулотоксина стабильна. Препарат не требует хранения при специальных условиях, а значит, эффективности и безопасности терапии ничто не мешает. В эстетике врач может работать очень точечно, сохраняя естественную мимику лица — это крайне важно, поскольку пациенты хотят иметь максимально естественный вид.

Красота с доставкой на дом опасна

Какова динамика фармацевтического рынка в России?

— Он растет в основном не за счет увеличения объемов, а за счет повышения стоимости препаратов и частичного переключения с более дешевых препаратов на препараты с улучшенной формулой. Рост в среднем составляет 10–11 процентов в год. Что касается рынка эстетической медицины, то здесь точных данных нет. Мы опираемся на данные Таможенной службы России, то есть на количество ввезенных препаратов. А также на собственные наблюдения и исследования. Например, данные исследования Harris Interactive, которое проходило при поддержке компании «Мерц Фарма» в пяти странах Европы и в России, показало, что российские женщины наиболее благосклонны к идее сохранения красоты и молодости. 66 процентов из них заявляют, что подумывают о таких процедурах. Так что рынок эстетической медицины только-только начинает заявлять о себе, и у него огромные перспективы.

У вас три направления деятельности: эстетическая медицина, рецептурные препараты для неврологии и безрецептурные препараты для поддержания красоты изнутри. Что для вас является приоритетом?

— Сравнивать все эти направления несколько некорректно. Все они нацелены на повышение качества жизни, в какой-то степени жизненно необходимы. Вы, например, знаете, на что готова пойти российская женщина ради того, чтобы сделать омолаживающие процедуры? 47 процентов опрошенных готовы найти дополнительную работу, 42 процента — отказаться от покупки новой одежды, обуви и аксессуаров, а 25 процентов — от отпуска. Для них хорошая внешность — залог успеха на работе и в личной жизни.

Если все же пытаться расставить приоритеты, то неврология — это основа компании сегодня. Но на перспективы ее развития влияет большое количество факторов, в том числе отношение государства и общества к проблемам людей пожилого возраста. А вот эстетическая дерматология и препараты для поддержания красоты изнутри — наше будущее. Эти рынки не требуют государственных дотаций, их перспективы прозрачны. Они будут расти.

За счет чего?

— В первую очередь за счет естественного желания сохранить гармонию между тем, как мы себя ощущаем, и тем, как мы выглядим. Вряд ли найдутся люди, которые бессознательно в душе не «списывают» себе годы. И происходит диссонанс: внутри человек чувствует себя таким же, каким он был вроде бы совсем недавно, в десятом классе… А в зеркале отражается сорокалетнее лицо. Это шокирует! И когда есть средства, позволяющие гармонизировать внутреннее и внешнее, безусловно, к ним возникает колоссальный интерес.

А что, на ваш взгляд, является главным препятствием для динамичного роста рынка эстетической медицины?

— Несерьезное отношение к «уколам красоты» со стороны пациентов. Мы не решаемся лечить зуб у себя на кухне. Никому не приходит в голову вызвать врача, чтобы тот прооперировал вас в собственной гостиной. А вот некоторые женщины почему-то считают нормальным, что их посетит врач (и врач ли?) и за чашкой чая сделает инъекции. А дальше — нежелательные явления, воспаления от несоблюдения элементарных правил асептики и антисептики. Такие случаи, конечно, становятся антирекламой процедурам, тем более что истинная причина такой ситуации чаще всего замалчивается. Востребованный врач (а это говорит о качестве его работы) никогда не поедет «на дом».            

У партнеров

    Реклама