Игра с двух рук

Вчера
«Эксперт» №1-2 (214) 17 января 2000

Победа на думских выборах блока "Единство" считается чудом политических технологий. Многие, прежде всего противники "Единства", объясняют этот успех беззастенчивым использованием "грязных" политических технологий. Однако, рассуждая так, мы фактически предполагаем, что реальной политики нет, а есть только политический PR. О том, как развивались реальные политические события в прошедшем году и как они повлияли на думскую кампанию, рассказывает руководитель Фонда эффективной политики, один из участников организации кампании "Единства" Глеб Павловский.

- Глеб Олегович, насколько известно, вы были одним из участников организации предвыборной кампании "Единства". А общее мнение по поводу "Единства" таково: продемонстрировано чудо избирательных технологий. Три месяца назад никто не мог поверить, что этот блок без заметных политиков и ясной идеологии сможет стать лидером на выборах в Госдуму. Как это получилось? Что произвело такое сильное впечатление на электорат?

- В принципе тезис о том, что за три месяца нельзя создать партию, которая могла бы называться партией, и сделать ее самой популярной в стране, совершенно правильный. Однако в нашем случае (да, скорее всего, и в любом другом) был особый политический контекст, который и надо проанализировать, чтобы понять, почему произошло то, что произошло.

А контекст был таков: уход Ельцина. Это событие стало влиять и на политическую систему, и на массовое сознание чуть ли не с осени девяносто шестого года, а по мере приближения июня двухтысячного года этот фактор становился все более значимым. Очевидно, что для многих политических течений уход Ельцина означал бы и их собственный уход. Даже ненависть к тому же Чубайсу теряла свою энергетику. Кто такой будет после Ельцина Чубайс? Никто. Что будет происходить с Москвой, московской экономикой и феноменом Лужкова? Ельцин уходит - все. Условно говоря, нет этой экономики. Она вся выстроена на особых отношениях к Ельцину: ты мне - безопасность, я тебе - бюджет. КПРФ тоже вся целиком паразитировала на Ельцине. Она отжимала тот же бюджет, только через другие позиции. С уходом Ельцина такие возможности исчезали. Оставался только последний тощий ресурс - пенсионерский консерватизм, на котором долго не проживешь.

Все политическое движение выстраивалось вокруг этого. И когда внутри власти начался поиск проекта "мягкого" ухода Ельцина, она неизбежно должна была пойти путем решения всех этих проблем. Проблемы правых. Проблемы коммунистов. И наконец, проблемы преемника.

Фактически в контексте поиска преемника мы находились с девяносто седьмого года - с кабинета молодых реформаторов. Потом Кириенко. Потом произошел августовский зигзаг. Примаков, конечно, не рассматривался как преемник, а только как пожарник. И в этом смысле вся история с Примаковым для политической команды власти была потерей времени. Но им пришлось заниматься, потому что он совершенно правильно оценил процесс, а значит, представлял исключительную опасность.

- Что он сделал?

- Он дал идею. Он стал альтерн