Социальный фьючерс

Экономический анализ
Российское правительство оснастилось идеологией, которая может стать основой контракта между властью и обществом

Слова "либеральная экономика" чиновники российского правительства все еще произносят тихой скороговоркой, как бы стесняясь. Ничего, скоро это пройдет, пообвыкнутся и начнут оперировать понятием либеральности не только в общении с МВФ, Мировым банком и клубами кредиторов, а так запросто - между собой в буфете. Причем, что особенно отрадно, произойдет это практически безо всякого давления извне, в том числе и со стороны упомянутых международных институтов, зачастую ставящих фиолетовое "либерал" или "нелиберал" должнику на лоб - на манер печати. Сами выстрадали. Беда только в том, что примитивно понятый либерализм может сослужить кабинету плохую службу.

Грефомания

В конце прошлого года, накануне своего вероятного президентства, премьер Владимир Путин, видимо, осознал отсутствие во власти понимания того, куда движется, а главное, - куда должна двигаться страна. В результате появился Центр стратегических разработок под руководством Германа Грефа. Полгода ЦСР работал не покладая рук, провел около сотни "круглых столов", выслушал, похоже, всех, у кого было что сказать о перспективах отечества. В процессе работы на-гора стали выдаваться варианты документа, который вполне можно было назвать "Стратегией либерального развития России".

Нам уже доводилось его критиковать за недостаточную стратегичность, прежде всего - за отсутствие сколько-нибудь внятных слов о субъекте необходимых нашей стране реформ включая модернизацию экономики: кто все это социально ориентированное рыночное благолепие создавать-то должен? По нашему убеждению, таким субъектом может быть только бизнес - предприниматели и менеджеры. А вот качество той среды, в которой действует бизнес, в значительной степени определяется государством. Отсутствие в стратегическом документе главного субъекта реформ сильно настораживало предпринимательское сословие, заставляя его подозревать государство, и прежде всего и. о. президента, в тайной склонности к дирижизму. Согласитесь, в отсутствие элементарного доверия говорить о социальном контракте не приходится.

За этим исключением продукт ЦСР мог обоснованно претендовать на роль президентской программы. Однако когда Путин занялся выборами, заявка на этот документ утратила статус президентской, к его доработке - уже как программы правительства - были подключены сторонники руководящей роли государства в экономике, а будущий премьер Михаил Касьянов в момент своего представления Госдуме и вовсе высказался в том духе, что, мол, может быть, что-то из грефовской программы правительство и воспримет. Эти слова, да вкупе с некоторыми назначениями в правительстве, характерными для предыдущей политической эпохи, увеличивали предпринимательское уныние.

Тем более неожиданными оказались программные документы, одобренные правительством на заседании 28 июня. Пусть собственно программой из них можно назвать лишь план действий правительства до конца следующего года, пока не преданный гласности. Ну опасается еще наш кабинет планировать на более отдаленную перспективу, что ж тут