Непризрачная угроза

Экономика и финансы
«Эксперт» №47 (259) 11 декабря 2000
Кризис в Турции не представляет опасности для мировой экономики. Главный источник нестабильности - Соединенные Штаты Америки

Бурными выдались последние две недели для финансовых рынков. Предкризисное состояние экономики Аргентины, стоящей на грани дефолта по внешним долгам. Едва не переросший в экономическую катастрофу для страны банковский кризис в Турции, потребовавший экстренного вмешательства МВФ. Обвальное падение котировок российских акций 30 ноября, которое заставило ФКЦБ почти на час приостановить торги в РТС, чего отечественные брокеры не припомнят с 1998 года. Чем не начало новой череды кризисов в развивающихся странах, которая способна разрушить заслуженное благополучие стран развитых? На самом же деле ситуация, скорее, как раз противоположная.

Нет вестей - плохая весть

Начнем с России. Никаких внутренних причин для падения фондового рынка не было. Максимум, в чем можно обвинить российскую сторону, - местный рынок "информационно стагнировал" на протяжении нескольких недель, не получая положительных новостей. Этим объясняет тот факт, что российский фондовый рынок отреагировал на негативную информацию из-за рубежа значительно сильнее, чем другие emerging markets. В целом причины обвала 30 ноября, в этом сходятся все эксперты, находятся за пределами России.

Негативный фон был подготовлен затянувшейся неопределенностью вокруг американских президентских выборов, которая в сочетании с инфляционными ожиданиями и прогнозами падения корпоративных доходов вызвала серьезное падение NASDAQ. "Когда на этот фон наложились события в Турции (где ситуация напоминает российскую 1998 года) и отчасти в Аргентине, инвесторы, и без того уже не желавшие брать на себя дополнительные риски, увидели, что развивающиеся рынки еще более рискованные, чем это казалось совсем недавно", - говорит начальник отдела аналитических исследований Альфа-банка Сергей Глазер. И даже если в этой ситуации западные деньги не утекали с российского рынка (а по многим данным, это было именно так), то по крайней мере они, уж точно, не притекали. В итоге произошел обвал котировок.

Спустя некоторое время начали поступать хорошие новости. В США появились признаки того, что ситуация с выборами может скоро определиться. Кроме того, выступление Алана Гринспена о возможности снижения процентных ставок в целях предотвращения излишнего замедления темпов роста экономики, вызвали рекордный взлет индекса NASDAQ (более чем на 10% за один день 4 декабря). Из Турции пришли сообщения о значительном прогрессе в переговорах с МВФ о выделении 10-миллиардного пакета помощи (2 млрд долларов уже выделено). Тем не менее, по мнению аналитиков, полной уверенности в том, что ситуация переломилась, нет. После резкого роста на американском рынке скорее всего в ближайшие дни там следует ожидать коррекцию вниз. Если на следующей неделе выяснится, что тех мер, которые намеревается предпринять правительство, и тех денег, которые сейчас выделяет МВФ, недостаточно для стабилизации Турции, станет возможным новый виток продаж. Что, конечно, негативно скажется и на России.

Все, что могло упасть, уже упало

Однако даже худший сценарий развития

На фондовом рынке США начались интервенции

До октября 2000 года фондовые рынки США (NYSE, NASDAQ) отличала достаточно высокая стабильность объемов торгов. Для первого из этих рынков "нормальный" дневной объем составлял 0,7-1,0 млрд акций в день, для второго - 1,0-1,5 млрд акций в день. В периоды падения эта цифра обычно приближается к максимуму, а в периоды роста - к минимуму. Но с середины октября 2000 года ситуация меняется, дневные объемы торгов начинают существенно расти. Особенно ощутимо объемы торгов увеличились к концу ноября - началу декабря. Так, за пять рабочих дней (29, 30 ноября, 1, 4, 5 декабря текущего года) средние значения дневных объемов составляют 1,25 и 2,26 млрд акций для соответствующих рынков, причем 5 декабря, в день скачкообразного роста, они равнялись соответственно 1,39 и 2,46 млрд.

По аналогии с валютным рынком естественно предположить, что рост объемов вызван присутствием крупного игрока с нерыночным поведением, который стремится поддержать рынок. Для российского валютного рынка это ЦБ, для фондового рынка США, надо полагать, это представители денежных властей. Такое мнение подтверждается и тем, что уже 6 декабря оба рынка (по всей видимости, уже без вмешательства нерыночных субъектов) "отыграли назад" значительную часть предыдущего роста.

Михаил Хазин

Кризис приходит внезапно

О своих взглядах на события в Турции рассказывает аналитик Commerzbank Securities по Восточной Европе и Турции Андрей Никитченко:

- Еще месяц назад финансовые рынки ожидали повышения кредитного рейтинга Турции. Оптимисты говорили о повышении сразу на два пункта, что делало бы Турцию страной с твердым "ВВ" кредитным рейтингом. Сегодня все боятся понижения рейтинга и полного обвала государственных ценных бумаг с негативными последствиями для всех развивающихся рынков. Причина тому небольшой банковский кризис.

Вернее, небольшим он казался 17 ноября (похоже, число "семнадцать" становится роковым для развивающихся рынков), когда Турецкий фонд страхования депозитов объявил о планах продать восемь из девяти проблемных банков, находящихся под его управлением, расследования в двух других банках продолжались. Общие убытки десяти банков превысили семь миллиардов долларов США - эта сумма больше ресурсов самого фонда. Решение фонда ожидалось давно, но пришло оно на фоне новостей о том, что ЕС не торопится приглашать Турцию к переговорам о членстве, а рынок узнавал все более пикантные подробности коррупции в банковской сфере и высшем государственном аппарате. И грянул кризис. Межбанковский рынок распался, поскольку банки перестали ссужать деньги друг другу. Центральный банк начал проводить чрезвычайные аукционы ликвидности, продавая валютные резервы. Коммерческие банки стали закрывать позиции на валютном рынке и платили по обязательствам в твердой валюте, иностранные инвесторы бросились выводить деньги из страны, а зарубежные банки закрыли кредитные линии на многие турецкие банки. Резервы центрального банка упали на 7,5 миллиарда долларов за две с половиной недели, и 29 ноября он прекратил аукционы ликвидности. Ставки overnight превысили 1700 процентов годовых. Доходность государственных бумаг непрерывно росла. Спрэд над Libor по турецким еврооблигациям вырос вдвое. Вслед за небольшими банками угроза банкротства нависла над Demirbank, девятым по величине банком страны. Правительство Турции обратилось в МВФ за помощью.

Реакция МВФ была на удивление быстрой, но жесткой. Фонд пообещал выделить 7,5 миллиарда долларов по линии Supplemental Reserve Facility (SRF) в дополнение к существующему займу в 2,5 миллиарда долларов. SRF выдается в случаях угрозы международной финансовой системе, идущей со стороны расширяющегося кризиса в какой-либо стране, когда местные власти не в состоянии сдержать панические настроения. До сих пор только Корея (20 миллиардов долларов в декабре 1997-го), Бразилия (12 миллиардов долларов в декабре 1998-го) и Россия получали финансирование в рамках SRF, которое сопровождается требованиями реформ со стороны МВФ. Надо признать, рынок не ожидал такой щедрости, замер и начал осторожно возвращаться в нормальное состояние. Преодолен ли кризис?

По моему убеждению, в Турции не кризис ликвидности, а настоящий банковский кризис, как часть структурного кризиса. Турецкая экономика, построенная по семейно-клановому принципу, неэффективна в условиях современной конкуренции. В Турции много прекрасных предприятий и современных преуспевающих бизнесменов, но принципы, лежащие в основе экономики, безнадежно устарели. Они подрывают доверие к экономике в целом. Суть их в том, что финансовые ресурсы распределяются не в соответствии с принципом эффективности, а по принципу "капитализм для своих" при активном вовлечении государственного аппарата. В результате мы видим коррупционные скандалы, необоснованные субсидии, скрытые убытки. Иностранным инвесторам трудно оперировать в такой среде: они вкладывают капиталы из-за высокой доходности, но и бегут при первых признаках кризиса, так как непрозрачность финансовых потоков и структур на местном рынке делает оценку кредитных рисков простым гаданием.

Многое в сегодняшнем кризисе напоминает события августа 1998 года в России. Как и тогда, страна столкнулась с неработающей банковской системой, убытки которой неясны, с бегством капитала из страны и угрозой девальвации. В основе турецкого и российского кризисов лежат одни и те же фундаментальные причины - долгосрочная несостоятельность семейно-кланового капитализма в условиях финансовой глобализации и либерализации.