С Кахой о жизни

Мнение правильного бизнесмена о неправильной экономике

Недавно журнал "Эксперт" посетил Каха Бендукидзе, собственник крупнейшей в России машиностроительной корпорации "Объединенные машиностроительные заводы", активный член РСПП, постоянный участник "круглых столов" с президентом и представителями бизнеса и вообще очень интересный человек.

О первоначальном накоплении капитала

- Типичная история накопления первоначального капитала состоит, как правило, из описания того, кто у кого сколько и при каких обстоятельствах украл или отнял.

- Я знаю много таких историй...

- А сами-то вы деньги на покупку заводов откуда взяли?

- Я начал бизнес в восемьдесят седьмом году с друзьями. Вернее, так: я начал свой бизнес, он у меня не пошел, и тут меня друзья пригласили к себе работать. Мы занимались производством всяких биохимических препаратов. Время было хорошее, поскольку все, что было нужно, было в дефиците. Это позволяло нам финансироваться за счет покупателей, поскольку репутация в глазах потребителей у нас уже была. Позднее я понял, откуда деньги. Нам платили деньги, мы производили что-то на эти деньги, поставляли товар покупателям. А прибыль оставалась у нас.

- И что же такое дефицитное вы производили?

- Вещества для диагностики и для научных исследований, например - 5-бром-4-хлор-бета-D-галактопиранозид, или эндонуклеазы рестрикции.

- Ага, а оборудование, на котором вы производили эту гадость, было государственное?

- Да нет. Чтобы нас не обвинили в том, что мы на своих рабочих местах что-то делаем налево, в соседнем учреждении арендовали помещение и оборудование, купили реагенты. Один из моих партнеров, человек чрезвычайно щепетильный и дотошный, думаю, до сих пор хранит документы на аренду восемьдесят седьмого года.

- Тогда почему покупали у вас, а не у госинститута?

- Источников аналогичных веществ было, кроме нас, всего два. У потребителей была альтернатива: либо импортировать, либо покупать в российских госучреждениях. В первом случае процедуры оформления занимали год-полтора, во втором случае от заказа до поставки проходило тоже не менее года.

Поэтому возникли коммерческие структуры. Одна была во Львове, другая работала в Вильнюсе, а третьей были мы. Сначала конкуренции практически не было. Но мы быстро поняли, что этот рынок очень маленький - несколько миллионов долларов. И мы начали, как, наверное, и все в это время, диверсифицировать бизнес. Самыми неудачными были наши попытки коммерциализовать научно-технические разработки. Именно после тех опытов я сейчас питаю к этому бизнесу сильнейшее недоверие.

- А почему, собственно?

- А потому, что очень много было проектов, на которые мы потратили несколько лет без особого результата, если не считать убытки. Ведь от идеи до результата проходит много лет. А наши ученые, большинство из которых не имело опыта завершенного внедрения, считали, что отдача будет уже через год. Много чего мы пытались делать, от видеопроекторов до медицинских препаратов. Мало что получилось эффективно.

- То есть вам хотелось быстрой оборачиваемости, а не получилось?

- Нам не хотелос