Для Лондона Москва - Воронеж

Экономика и финансы
«Эксперт» №21 (375) 9 июня 2003
Денежные ресурсы российского происхождения обращаются в зарубежных финансовых центрах - их способность собирать и перераспределять деньги во много раз выше, чем у Москвы

В России пока складывается модель финансирования реального сектора, когда крупные экспортные компании идут за по-настоящему большими деньгами на западные рынки. Иного не дано, пока примерно у 40% российских банков, как и до кризиса 1998 года, уставные капиталы ниже 1 млн долларов, а валютный эквивалент рублевой денежной массы, находящейся в обращении, всего 80-90 млрд долларов. По-прежнему невелики прямые иностранные инвестиции в российскую экономику. Из года в год (включая и 2002 год) они составляют 2,1.2,8 млрд долларов. Подмена кредитами прямых инвестиций - основа для сохранения отгороженности российской экономики от мирового хозяйства, ее высоких финансовых рисков, показатель недоверия к ней. В Китае, Бразилии, в Восточной Европе прямые иностранные инвестиции существенно превышают кредитные потоки.

Офшорным становится не только российский кредитный рынок. В этом же направлении развивается и фондовый рынок. Хорошо известна схема (она многократно применялась в России), когда за региональными предприятиями остаются функции процессинга, а все движение денежных потоков, все финансы и вся прибыль сосредотачиваются в управляющих компаниях, расположенных, например, в Москве. Экономика страны с крупнейшими компаниями, чьи денежные потоки сосредоточены за рубежом, работает по существу по той же схеме процессинга. Денежные ресурсы российского происхождения обращаются в зарубежных финансовых центрах, способность которых собирать и перераспределять деньги во много раз выше, чем у Москвы. С 1999 года предлагаются программы создания в Москве нового международного финансового центра ("Финансовая площадка Россия"). Но они не имеют никакого отклика. Теряются прекрасные шансы и в Калининграде, где можно было бы создать свободную банковскую зону, сделать попытку основать свой Сингапур или Гонконг. Нет отклика. Если Франкфурт, Лондон, Париж открыто с помощью государства конкурируют между собой за рынки и денежные ресурсы, если биржи в Китае все больше становятся международными, то Москва даже не ставит такую задачу - создать внутри страны рынки для длинных денег нерезидентов.

В принципе ничего плохого в зависимости экономического роста и отечественного финансового сектора от внешних источников нет. Вспомним, что индустриализация российской экономики в ХIХ веке происходила во многом за счет иностранных инвестиций. К 1914 году доля нерезидентов в акционерных капиталах предприятий, производящих средства производства, составила около 60%. Около 30% акций и корпоративных облигаций, более 70% облигаций городов обращались за границей.

Еще один пример - США, страна-должник в XIX веке, в ее индустриализации существенную роль сыграли английские капиталы, американские же банки были слабы. Остается пустяк - чтобы длинные деньги из-за рубежа действительно пришли, чтобы были использованы шансы, которые они дают, и чтобы при этом планомерно проводилась политика последовательного укрепления национальной финансовой системы.

Говоря о возможных моделях развития финансового рынка в